Warm. Генезис - Сергей Анатольевич Панченко

Александр с благоговением взял её в руки, забыв помочь Гурьяну взобраться на плот. Частичка прежнего мира, ностальгия и спасение в одном предмете.

— Что это? — Гурьян поднялся на плот и осмотрел банку.

Надписей на ней не осталось. Александр потряс ею перед ухом.

— Не рыба и не тушенка. Кукуруза, горошек или фасоль, — предположил он. — На фрукты тоже не похоже.

— Я бы за тушенку душу продал, — Гурьян немного расстроился. — Откроем?

— Не, рано. Я сейчас если поем, то меня в сон начнет клонить, — Александр полез в ящик с припасами и вынул из него пустую походную котомку с фирменным вензелем «Зарянка». — Подниму еще, тогда и отпразднуем.

— Много не берите, а то не даст подняться, — предупредил Гурьян.

— Понял, не дурак, — Александр повесил котомку через шею, как почтовую сумку и нырнул.

Дорогу до цели преодолел на автомате. Заплыл в дверь и сразу же направился в темный угол. Нащупал столешницу и по ней добрался до открытого шкафа. Пошарил рукой и нащупал банки, штук пять или шесть. Оттопырил котомку и закинул их в нее. Медлить, чтобы проверить соседние шкафы он не стал, боясь, что ноша помешает ему всплыть. И оказался прав. Путь до поверхности дался ему с трудом.

Он видел темный прямоугольник плота над собой, который никак не хотел приближаться. Организм находился на грани самопроизвольного вдоха, когда наконец-то удалось всплыть. Гурьян схватил Александра за руку и вытянул на плот.

— Я так и знал, Сергеич, что вы не удержитесь и возьмете всё, что есть, — укорил он его.

— Не думал…, что пять банок… будут так тянуть, — Александр лежал на спине и часто дышал.

— Шесть. Вы взяли шесть банок. Около двух килограмм, и еще котомка в воде потяжелела. Все вместе, как ружьишко весит. А бывали случаи… в кино видел.

— Это все жадность, — Александр сел. — Всего и сразу. Проверил?

— Во всех как будто одно и тоже, — Гурьян потряс по очереди каждой банкой. — Горошек, — уверенно заключил он.

— Там, в других шкафчиках могут быть и другие продукты. Надо будет проверить.

— Может, перекусим? — Гурьян умолял взглядом.

— Давай. Только остальные банки не тронем, отвезем в Зарянку.

— Конечно, Александр, даже и думать забуду, чтобы покуситься на такое добро.

— Лады. Открывай, только осторожно, сок не пролей.

— Что-что, а руками я владею хорошо, — Гурьян выбрал из всех банок самую неказистую на вид, мятую и подпорченную окислами. — Посуда нужна, сок слить.

Александр подал ему деревянную кружку из инвентарного ящика. Гурьян приставил нож к торцу банки и коротким ударом ладони вогнал его на сантиметр в железо. Провернул, чтобы получилось отверстие, и сделал еще одну такую же дырочку с противоположной стороны этого же торца. Затем слил мутную желтоватую жидкость в кружку.

— По глотку, — протянул он кружку Александру.

Тот взял ее в руки и принюхался. Желудок предательски заурчал. Жидкость не пахла ничем подозрительным. Александр попробовал ее на вкус. Это был маринад для кукурузы, сладковатый и с явным запахом консервированного злака. Он сделал глоток и зажмурил глаза.

— Что, прокис? — испугался Гурьян.

— Ни грамма, как вчера сделанный, — Александр протянул кружку, нетерпеливо ерзающему Гурьяну.

Тот сразу сделал глоток, доверившись авторитетному мнению бывшего начальника. Задержал маринад во рту, погонял его и сглотнул.

— Вкус прошлого, — заключил он.

— Которого не вернуть, — добавил Александр. — Понравилось?

— Чего спрашивать, конечно, понравилось. Это вам не червей дождевых трескать.

— Это точно, с червями не сравнить.

Гурьян снова отдал кружку Александру. Он взял ее и сделал глоток.

— Допивай, — протянул назад.

Гурьян выпил одним махом, после чего вскрыл банку. Чуть больше половины ее объема занимали золотые зерна кукурузы, мягкие, ароматные и невообразимо вкусные. Мужчины достали ложки и в полной тишине приступили к трапезе. Меньше, чем через минуту они застучали ложками по дну банки. Еда из прошлого закончилась слишком быстро.

— Умели же раньше делать, — Гурьян утер губы рукавом.

— И мы научимся постепенно, — Александр откинулся на инвентарный ящик и понял, как сильно устал, и как ему не хочется шевелиться. — Лет через десять тоже будем консервировать какие-нибудь растения на зиму или для… салатов.

Он зевнул и сонно заморгал. Гурьян выглядел таким же уставшим, едва сдерживающим позывы занять горизонтальное положение.

— Надо сделать перекур перед второй частью погружений, — предложил он.

— Полностью поддерживаю, — Александр сложил руки на животе и закрыл глаза.

Под ритмичный стук воды, гипнотически действующий на сознание, он уснул, как младенец.

Проснулись они почти одновременно. Вечерело. Туман рассеялся полностью, открыв взору невероятную картину. Над поверхностью воды возвышались развалины, а иногда и целые здания, нагнувшиеся фонарные и электрические столбы, вышка сотовой связи и самое удивительное, большое количество сохранившихся деревьев, погибших, но не сгоревших. И все это правильными рядами, улицами и перекрестками. В лучах закатного солнца погибший поселок выглядел фантастически, как на картине художника, пишущего апокалиптические сюжеты в реалистичной манере.

Александр понял, что пока отсюда никуда плыть не стоит. Место могло оказаться самой настоящей кормушкой для Зарянки. Удивительно, что люди из плавучего домика ничего не сказали об этом затопленном поселке. Александр посмотрел на банку, их подарок, и ему вдруг стало ясно, что она, скорее всего, была добыта здесь. Возник вопрос, а почему они не находились у самого поселка, занимаясь чисткой домов, как своей работой. Трудно представить в современных условиях, чтобы кто-то решил, что добытой еды будет достаточно.

Гурьян зашевелился и открыл глаза.

— Ух, ты! — вылетел у него возглас удивления и восхищения. — Да здесь целый затопленный город.

— Ну, для города маловат, поселок какой-то или большая деревня. Карту бы, понять, где мы есть.

В изменившемся мире существовала целая проблема с ориентацией.

— Не поможет, — решил Гурьян. — Надо свои рисовать.

— Я понятия не имею, как это делается, — признался Александр. — На уровне ребенка из детского сада, тут озеро, тут речка, дорога. Надо учиться этому с нуля, включать логику и пробовать.

— Я придумал, как это можно сделать, — довольным тоном произнес Гурьян.

— И как?

— Надо будет рядом с Зарянкой нарисовать прямо на земле большую выдуманную карту с горами, реками, озерами и представить себя на ней маленькими путешественниками.

— А зачем?

— Смотрите, вы будете глядеть на это дело сверху, чего нам не хватает сейчас. Мы же не видим размеров озера и не представляем себе очертания его береговой линии. Если бы мы поднялись в воздух, то увидели бы и поняли, что нам надо, чтобы перенести его на карту в точности.

— Это, наверное, хорошая идея, Гурьян. Надо будет ею, как следует заняться по возвращении. — Александр присел на край плота