Я – дочь Кощея, или Женихи, вы попали! (СИ) - Лоя Дорских

своей дочери, с укором смотря на замершего у окна супруга. – Кирьяна всё равно не вернётся. Сегодня так точно.

– Уже проследила за ней? – обернувшись в сторону супруги, Кощей скрестил на груди руки.

Он прекрасно знал Елену. Переживала за дочь она не меньше чем он, и, если уж и была сейчас спокойна, значит точно знала, где Кира.

Скорее всего отправила за ней волков. Для птиц было темно уже, разве что сов призвала… пауков не стала бы просить покидать границы Чёрного леса.

– Она там, где и собиралась быть, – вздохнув, Елена прошла к кровати, присаживаясь на край и расправляя осторожными движениями складки на покрывале. – У ведьмочки. Вельки, кажется.

Бессмертному от этого знания легче не становилось.

– Она выросла, Кош. Ты не сможешь уберечь её от всего.

Вновь отвернувшись к окну, Кощей положил ладони на подоконник.

Выросла…

Как он может не пытаться уберечь её? Особенно сейчас, когда Кира осталась без сил? Без поддержки Кладенца? Без бессмертия, в конце концов!

Выросла она. Может и так. Но точно не готова к самостоятельной жизни.

Да и сам Кощей не был готов отпустить дочь. Не так. Не сейчас. Беззащитной? Не бывать этому.

Он и так с трудом смирился с мыслью о возможном… даже думать было трудно на эту тему! О возможном… союзе Кирьяны и Мракьяна. Но странное дело, когда его дочери не пришло приглашение на смотрины, Кощей… огорчился. Всё же в чём-то Елена была права всё это время. Между этими двумя что-то происходило, но…

– Ты мне сейчас напоминаешь разгневанного ежа, – хихикнула Елена, подходя к мужу.

– Нет. Гневно сопящий ёж в нашей семье один. И это ты, – улыбнулся Бессмертный, обнимая супругу и прижимая её к себе. – И как ты только меня терпишь.

– Люблю, наверное, – тихо отозвалась Елена, прижимаясь щекой к груди мужа.

– Наверное? – усмехнулся Кощей.

– А есть ещё причины терпеть твою тиранию?

– Мою тиранию? – прошептал он в ответ, уткнувшись носом в макушку жены.

– Мы ведь правильно всё сделали, Кош? – неожиданно серьёзно спросила Елена. – Может стоило ей сразу про смотрины рассказать…

– И что это смогло бы изменить? – резонно заметил Бессмертный.

– Ничего, – согласилась Елена, поднимая голову и взгляд на мужа. – А может что-то не чисто здесь? Кош, я же видела, как он на неё смотрит. Да и Кладенец… сам же рассказывал, вопила про их недопоцелуи…

– Не начинай, – поморщился Кощей, вспомнив детальные подробности подобных разговоров с мечом.

– Да и Кира ждала не просто так этого приглашения, – Елена сделала вид, что не заметила недовольное лицо супруга. – Сам подумай, всё выискивала причины наведаться в Китеж, а потом… этот Светлояр. Скользкий он какой-то.

– Согласен, – кивнул Кощей. – Слишком он…

– Положительный, – помогла Елена подобрать нужное слово.

Но сколько за ним не следили звери, ничего странного за мужчиной замечено не было. Вообще ничего. Абсолютно.

Со всеми был вежлив и доброжелателен. Но несмотря на это и Елена, и сам Кощей, словно чувствовали подвох. А своей интуиции они привыкли доверять.

– Отмороженный сегодня заходил, – решил рассказать Елене Бессмертный о появлении в замке Мракьяна.

– Что? – неверяще переспросила супруга. – Сюда? Когда?!

– Минут за двадцать до твоего прихода, – ответил Кощей. – Я попросил его уйти.

– Подожди, – Елена отстранилась, пристально смотря на мужа. – Он пришёл прямо сюда? В комнату? И опять ночью?!

– Что значит «опять»? – нахмурился Бессмертный. – Елена, этот мерзляк уже смел приходить по ночам в комнату моей…

– Да подожди ты, – отмахнулась Елена от его вопросов. – Что он сказал? И почему ты его выгнал?!

– Я не говорил, что выгнал его, Елена, – вкрадчиво ответил Кощей. – Я попросил его уйти и пощадить чувства нашей дочери. К чему ей слышать, чем он руководствовался, когда выбирал себе достойнейших на смотрины? К чему унижать её гордость?

– Ни к чему, – задумчиво отозвалась Елена. – Но… зачем ему вообще понадобилось приходить с какими-то пояснениями к ней? Да ещё и ночью…

– Да ещё и не в первый раз ночью, как выяснилось.

– Нет, серьёзно, – Елена едва ощутимо ударила мужа ладошкой по груди. – Тебе это не кажется странным? Ну сам посуди, ты бы пошёл что-то кому-то объяснять в ночь перед днём самого выбора?

– Если смотреть с этой точки зрения, – нахмурился Кощей. – Или ты снова всё романтизируешь.

– Я не…

– Послушай, – Бессмертный отстранился, поглаживая плечи жены. – Он появился, сказал, что хочет поговорить с Кирьяной. Я попросил его уйти. Вежливо. И именно попросил.

– И он так просто ушёл? – грустно уточнила Елена.

– Он выслушал мою просьбу не огорчать Кирьяну лишними фразами и ушёл, согласившись, – ответил Кощей, с каждым словом хмурясь всё больше. – Поздравляю, Елена. Ты снова заставляешь меня сомневаться.

– Я сама ничего не понимаю, если тебе от этого станет легче, – едва заметно улыбнулась ему супруга. – Нужно сказать об этом Кирьяне. Про его попытку поговорить с ней.

– Сейчас? – с сомнением переспросил Кощей.

– Не знаю, – Елена мотнула головой. – Она с ведьмой, за ними Серый присматривает. Там всё вполне спокойно сейчас...

– Но что-то не так? Верно? – Бессмертный чувствовал, что Елена ему что-то недоговаривала.

– Как тебе сказать, – нехотя протянула супруга в ответ.

Она и сама не понимала, как это объяснить, но словно с того момента, как Кира утратила тьму, Елена начала в ней чувствовать… что-то. Это нельзя было сформировать в слова, это было подобно лёгкому шлейфу духов. И то же самое чувствовали звери. Елена разговаривала и с Серым, и с Сивкой, но оба отмахивались лаконичным «Всему своё время». Если судить по их спокойствию, то ничего страшного Кирьяне не грозило, но всё же…

Елена не могла заставить себя перестать волноваться за Кирьяну. Какая разница, сколько ей лет и насколько она самостоятельная? Она её дочь. Какая мать не будет переживать за своего ребёнка только потому, что тот пересёк какой-то возрастной рубеж?

– Не хочешь рассказывать? – устал Кощей ждать ответа.

– Я просто не знаю как рассказать, – честно ответила Елена. – С Кирьяной всё хорошо. Это ведь главное, верно?

–