Попаданец. Маг Тени. Книга 10 - Серг Усов

До него быстро дошло, что реши враг не хватать его за горло, а нанести неожиданный резкий удар, от которого можно было бы потерять сознание, то нападение бы увенчалось успехом. Даже амулеты полного восстановления, которых у Немченко при себе имелось два, ни один бы не активировался, ведь беспамятство не смерть.

— Как видишь, не получилось. — сказал благородный Анд, поднимаясь на ноги. — Ладно, я свою часть уговора тоже выполню.

Он вначале вновь объятиями сумрака погрузил пленника в сон, а лишь затем нанёс смертельный удар стилетом в сердце. Жестоко? Да. Но бывший финансовый аудитор уже давно изменился, подстроился под реалии Герталы. К тому же, десятник — не невинный агнец, на нём крови столько, что не у каждого земного серийного убийцы имеется на руках.

Как-то маскировать следы своего нападения, точнее, изменять их, чтобы выглядело будто нападение отряда разведчиков, Немченко не стал. Нет здесь поблизости дознавателей, которые бы смогли вычислить, что тут произошло на самом деле, да и не будет этим никто заниматься. Уничтожать бочонки и крупы Андрей тоже не захотел. Его поход разведывательный, а не диверсионный.

На трофеи поначалу махнул рукой, да вовремя вспомнил, что он в этих краях со спутниками. Помощники хоть напрямую в сражении не участвовали, но обеспечивают ему сейчас тыл с горячим питанием и удобной стоянкой. Это для него амулеты клертонца ерунда, а Номус с Радой и таким будут рады. Если что, продадут.

Немченко снял с десятника перстень с лечилкой и кулон с защитой от магии — оба амулета второго уровня — положил их в карман и сумрачным путём вернулся к соратникам.

Номус с Радой во время его отсутствия сложа руки не сидели. Костерок уже прогорел, оставив угли, на которых сейчас обжаривалась тушка, похожая на заячью. В том, что дичь добыла бывшая лесная разбойница, попаданец не сомневался, однако радости на её лице не наблюдалась. Полулёжа на боку рядом с крутившим импровизированный вертел лейтенантом, девушка грустно ему жаловалась:

— Господин совсем на меня внимания не обращает.

— Что ты такое говоришь, Рада? — также вполголоса ответил ей Номус. — И в дружину тебя взял, и постоянно ты его сопровождаешь, даже во дворец, я вот туда ни разу не ездил, и вскоре тебя десятником сделает, раз обещал. А сколько трофеев тебе выделял? Как же не обращает? Обращает.

— Да я не про то, старик. — вздохнула дружинница. — Не смотрит как на девушку.

— Какой я тебе старик, девчонка глупая?

Направление, которое у спутников принимал разговор, попаданцу не нравилось. Разумеется, он замечал, что девушка к нему, что называется, неровно дышит, только ни отвечать на её намёки не хотел, ни даже говорить на эту тему.

— Разве команда охотиться была? — строго спросил благородный Анд, выйдя из сумрака и присаживаясь на корточки перед жарящимся зайцем. — Чего вы вскочили? Садитесь. Чья работа? Ух, как вкусно пахнет. Где приправы взял, лейтенант?

— Я ж всегда их с собой вожу, господин. — объяснил Номус.

— Заяц сам сюда выскочил. — ответила на первый вопрос Рада.

— Ага. — не поверил землянин. — Выскочил и стоял, ждал, пока ты арбалет взведёшь, да болт наложишь. Ладно, за проявленную инициативу хвалю. Сейчас поедим и двинемся дальше. Нам за сегодня нужно будет нанести обстановку по фронту миль на десять и в глубину Миллета на столько же. Потом дальше переместимся, севернее. Вот там отличные охотничьи места, если верить моему шурину. А он врать не будет.

Глава 25

Четыре дня ол Рей перемещался среди полков миллетцев и их союзников, его карта густо покрылась знаками, обозначающими не только расположение подразделений противника, путей подвоза и складов, но даже примерное количество магов в том или ином полку. Однако, выяснить, прибыли ли уже на фронт члены ровенского клуба в дополнение к клертонке Гите ол Вайс или ещё только собираются, он достоверно не смог. Чтобы узнать это точно, требовалось проникнуть в штаб вражеской армии, но землянин посчитал такую наглость со своей стороны слишком вызывающей и опасной.

Утро пятого дня рейда он со своими спутниками встретил на заброшенной лесной заимке, потерявшейся в огромном лесу севернее Пронска, довольно крупного города в полутора десятках миль от границы.

Солнце ещё не пробивалось через плотную стену деревьев, окружающих ветхий дом с дырявой крышей и два сарая с колодцем, когда благородный Анд вышел на развалившееся крыльцо и позвал Номуса, дежурившего вторую половину ночи у коновязи:

— Лейтенант, не в службу, а в дружбу, помоги умыться.

Смысла выставлять на ночь часовых не было, Таня бы предупредила своего адепта, да и Аэр, тоже бы не подвёл, у воздуха даже больше дальность обнаружения угрозы, чем у Тени или Арнольда, но Андрей не считал правильным нарушать им же установленные правила.

Ведра они на заимке вчера не нашли, зато обнаружили старый бронзовый котелок с гнутой ручкой, им и пользовались, доставая воду из колодца, благо, она там стояла неглубоко, близко к поверхности.

Марина, в гости к которой ол Рей перед сном заходил, с некоторым укором напомнила ему, что будучи её адептом, тем более, самым лучшим и любимым, он не нуждается ни в вёдрах, ни в котелках, достаточно самым простеньким заклинанием направленного потока пустить воду хоть вверх, хоть ещё куда. Попаданец подругу поблагодарил, однако, оставил всё как есть. Номус с Радой конечно его доверенные люди, но пусть меньше знают, крепче спать будут.

Правда, пока у его спутников нормально выспаться не получалось, лишь урывками по пять-шесть часов. Впрочем, они не жаловались и лечилками ни разу не воспользовались, хотя господин снабдил их ими щедро — у каждого по три двухуровневых.

Вот и сейчас, Немченко, ополоснувшись по пояс, только начал вытираться, а из избы уже вышла и Рада. В её волосах запуталась солома, на охапках которой они провели ночь, в руках же держала нечто напоминавшее куклу. Да, собственно, куклой этот кусок дерева и являлся.

— У подружки в детстве такая же была, — сказала она мужчинам, спрыгивая с крыльца, чтобы не наступать на сгнившую ступень. — Я тоже о такой мечтала, да только никто не подарил.

— Бери эту, — усмехнулся землянин. — Я разрешаю. Лучше ведь поздно, чем никогда. Будем считать трофеем.

— А как же разница между их сбором и мародёрством? — дружинница протёрла тыльной стороной ладони заспанное лицо. — Вы же нам