Несбыть - Капитонова Елена Анатольевна

— Так чем закончилась тамошняя вакханалия? — спросила Баньши.

— Вы оказались правы, Фея, — склонил голову Влад. — Джерарда стоило освободить от таких терзаний. Только сделал это Охотник, а не я.

— Я знала, что он небезнадежен, — щелкнула пальцами девушка. — Вот увидите, вы еще сможете с ним подружиться.

Лицо вампира исказилось саркастической гримасой, как будто он, скорее, поверил бы в идеи Джерарда, чем в возможность завязать приятельские отношения с Охотником.

Волк хрюкнул от удовольствия и почесал задней лапой вспотевший от волнения бок. Многое, однако, по-прежнему оставалось неясным.

— Штейн, кстати, исчез, — выдал он самую скандальную из своих новостей. — Сразу после того, как вы вылетели в окно, доблестный герой с арбалетом обнаружил, что душит воздух. Нет тела — нет дела. Предлагаю больше о нем не вспоминать.

— Сомневаюсь, что мне это удастся, — ответил Влад, до неприличия откровенно пялясь на Фею. — Из-за него я чуть второй раз в жизни не почувствовал себя убийцей. Не будучи притом уверенным в правильности такого решения проблемы.

— Да бросьте! — тряхнула белой копной волос Баньши. — Даже если бы Дарк в итоге не осознал, чью сторону ему следует принять, вы бы прекрасно справились и сами. Месть за мою смерть того наверняка стоила. Хотя, справедливости ради, собственной кончины я ни в одной вероятности развития событий не видела.

— А утверждали, что погибнет большинство, — сверкнул на нее глазами вампир.

— Пара влюбленных и мохнатый хвост против двоих выживших, возненавидевших самих себя.

Теперь она показывала Графу язык. Нет, они — самые странные существа из всех, что ему доводилось встретить. Или был еще кто-то? В воспоминаниях вспыхнули огромные желтые глаза и воинственно торчащий на макушке пучок синих перьев.

— Как тебе удалось пройти мимо фахана? — поинтересовался волк у Баньши. — И куда он потом подевался? На обратном пути к воротам я его не встретил.

— Дама осознала, что ошиблась, отдав сердце столь ветреному существу, как болтливый рыжий оборотень, — усмехнулась Фея. — Мы сыграли с ней в загадки, а потом она ушла искать счастье в другом месте. Передала тебе прощальный подарок. Примешь или благородно откажешься?

Длинные белые пальцы проворно достали из сумки подвеску на кожаном шнурке. Металлический прямоугольник покрывали символы — солнце, месяц, пирамида и зависший над ней глобус с меридианами и параллелями.

— Какое-нибудь проклятие? — От женщины, чувства которой он предал, ничего хорошего ждать не приходилось.

— Стыдись, трусишка, это всего лишь ант, — рассмеялась девушка. — Астрологический навигационный талисман. Настоящий. Насколько я могу судить, создан примерно в начале восемнадцатого века в окрестностях Средиземного моря.

— И зачем он мне? — Уши еще не успокоились и изменнически прижимались к голове.

— Если верить легендам, талисман защищает в дороге и приносит новые знакомства. Раньше его также использовали для поиска кладов и сокровищ.

— И штуковина действительно работает?

Вррык подцепил подвеску за шнурок и завороженно следил за тем, как покачивается в его лапах изображенный на ней мир.

— Влад, нам надо непременно его испробовать! На здешних землях саксонцы, валахи и турки бились веками. Только дурак думает, что все богатства доставались завоевателю. Многое наверняка припрятано в земле, и мы это обнаружим! Дверги еще пожалеют, что слиняли так не вовремя!

Его воодушевление привлекло внимание Графа, и тот наконец оторвался от созерцания профиля Баньши.

— Не глупи, — поморщился вампир. — Если бы я задался целью искать спрятанные в земле клады, справился бы и без амулетов. Людская алчность воняет за версту. Прямо сейчас вон из-за того куста несет жадностью купца, который скопил себе на шикарные похороны, но умер в обносках на грязной постели.

Лапы сами понесли оборотня проверять сказанное. Пока он раскапывал яму, фыркая от летящей в морду земли, разговор по ту сторону веток продолжался.

— Диапазон ваших способностей не перестает меня удивлять, Граф, — призналась девушка. — Согласна поверить вам на слово про запах алчности. Но как вы разнюхали детали смерти купца?

— Просто предположил, — в голосе Влада звучало неприкрытое веселье. — Скопление серебра неподалеку я еще могу почувствовать по мучительному покалыванию в пальцах. А вот медь и золото для меня, увы, недоступны. Только не говорите Вррыку, он может расстроиться.

Между комьев земли показался железный сундучок. Пока оборотень вытягивал его из ямы, внутри оптимистично позвякивало. Если там и правда серебро, они спокойно протянут на нем не меньше трех месяцев. Особенно сейчас, когда гостей в замке поубавилось.

Ящик оказался тяжелее, чем Вррык предполагал. Раскорячившись над ямой, волк покрепче уперся задними лапами, дернул и почувствовал, как его хвост и ноги резко уходят куда-то вниз. Похоже, его угораздило попасть в кроличью нору. В следующую секунду Вррык окончательно утратил опору и стал проваливаться под землю.

Оборотень не успел взвизгнуть, как погрузился по шею. В нос забилась мокрая грязь, которую он раскидывал вокруг в тщетной попытке выбраться из ловушки. Дышать становилось все труднее. Ветки куста над головой начали расплываться, словно он уже видел их сквозь слой погребающего его грунта. Еще секунда — и все будет кончено.

— Вла-а-ад! — визгливо завопил он, презрев всякие нормы приличия.

Вампир не откликнулся на его зов. Зато сквозь зажмуренные веки в глаза стало проникать солнце, а нос зачесался от его теплых лучей. Вррык чихнул и, по-прежнему не открывая глаз, попробовал пошевелить лапами. Тяжесть сдавливавшей его земли исчезла, а когти несколько раз гулко стукнули по чему-то твердому и гладкому. Отчаянно запахло гнилыми яблоками, хотя в начале марта в буковом лесу взяться им было неоткуда.

Убедить себя осмотреться удалось не сразу. От увиденного из пасти вырвалось тихое поскуливание, а хвост задрожал так, что вскоре затряслось все тело. Оборотень лежал внутри большого пустого ящика ярко-фиолетового цвета. Сквозь отверстие сверху виднелось голубое небо. Солнечные лучи не заслонялись деревьями и казались более теплыми, чем в их лесу. К запаху яблок теперь отчетливо примешивались ароматы другой не вполне свежей снеди.

В груди отчего-то защемило радостью узнавания — как будто вернулся домой после долгого и трудного путешествия.

Странно, что от безумных событий последних дней ему не пришло в голову тронуться умом раньше, философски рассудил Вррык и попытался встать. Когда из-под тебя выбивают твердую почву, лучшее, что ты можешь сделать, — это обрести равновесие, ровно усевшись на старой доброй мохнатой заднице.

Когти стукнули по гладкой поверхности ящика, и Вррык вывалился обратно в румынский лес. Едва вдохнул привычный запах, как кусты над ним зашевелились, и между ветками показалась плешивая осоловевшая рожа. Обнаженные в ухмылке зубы были желтыми и кривыми, а огромные вывернутые ноздри словно вынюхивали себе жертву. Оборотень в панике рванул на поляну, бросив клад на откуп чудовищу.

Вампир и Фея встретили его дружным смехом. Оказалось, что сивая кобыла заскучала в одиночестве и решила возобновить знакомство со старыми приятелями. О странном видении волк решил промолчать.

Отсмеявшись, Баньши посерьезнела и стала ощупывать карманы. Все необходимое было на месте. Даже сумку вампир не потерял — донес до места предполагаемого упокоения в полной сохранности.

— А теперь, Граф, давайте прощаться, — девушка решительно встала.

От этих слов Влад напрягся, а оборотень клацнул зубами от неожиданности и замычал, задев травмированный язык.

— Фея, вы только что воскресли. Не рановато ли строить планы на будущее? — Надо отдать должное вампиру: незаинтересованные, ленивые интонации удавались ему без видимого труда.

— Я не искала приключений, Граф. А здесь их для меня слишком много, — Баньши сморщила нос, сама сомневаясь в правдивости сказанного.