Варрэн-Лин: Сердце Стаи - Юна Ариманта

Воспоминания потянулись цепочкой: бушующий огонь, растрепавшиеся в ходе сражения волосы цвета огня, руки Штороса сжимающие короткий острый кинжал, точное движение у горла жертвы, фонтан крови, и ва́ррэн отбрасывает от себя безвольно обмякший труп.

Она будто бы снова была не одна. Словно воочию она увидела перед собой презрительную ухмылку рыжего наглеца. Неужели, она и правда всего лишь коза, которая позволит сделать с собой все, что угодно? А еще радовалась своей свободе и самостоятельности! Чтобы стать свободной мало сбросить оковы, надо еще и уметь защитить себя. Страх начал отступать. Она сможет. Это не так уж и сложно. Если ва́ррэны могут, то и она сможет. Динка еще раз прокрутила в голове воспоминание о том, как Шторос перерезал горло своему противнику, и поняла, что она справится. Надо только решиться.

Динкины штаны были спущены уже до колен, и разбойник наклонил ее туловище вперед, пристраиваясь членом между ее ягодицами. Динка нащупала правой рукой спрятанный под рукавом нож. Это был тот самый нож, которым Шторос рассекал горло человека, словно это было расплавленное масло. Динка аккуратно вытянула нож из ножен, стараясь не издать ни звука. Сердце колотилось в груди, будто колокол, но рука с ножом была твердой и не дрожала. Она сможет.

Динка сделала шажок вперед, и резко развернувшись, точным движением глубоко полоснула по горлу разбойника, который был слишком поглощен ее телом, чтобы заметить перемену в ее настроении. Вот и все!

Разбойник издал короткий булькающий звук, и Динку окатило горячей кровавой струей, выплеснувшейся из глубокой раны, разверзшейся на его шее. Мужчина схватился рукой за горло и тихо осел на землю, заливая все вокруг своей кровью.

Динка подтянула штаны и обернулась на второго противника. Но он ее не видел, потрясенно перебирая в руках горсть золотых монет. Динка превратилась в хищника. Жестокого и безжалостного. Вся залитая чужой кровью, с оружием, зажатым в кулаке, она уже не думала ни о чем. Сердце билось ровно и мощно, кровь бурлила от возбуждения, зрение обострилось. Лес больше не казался пугающим. Еще одна жертва ждет ее, беспечно повернувшись к ней спиной.

Она стянула сапоги, наступив сначала на один запятник, затем на другой. И босиком шагнула вперед. Не издать ни звука. Ни одна веточка, ни один сухой листочек не должен привлечь его внимание. Шаг, еще шаг. Динка кралась, как зверь, мягко ступая босыми подушечками пальцев по лесному ковру, и сжимая в руке окровавленный кинжал. Расклад был предельно прост. Шанс на жизнь теперь был только один: или он или она. Но она не может погибнуть. Просто не имеет права. Если Динка погибнет, то никто больше не придет на помощь ва́ррэнам, запертым в клетке. Шаг, еще шаг. Динка подкралась совсем близко и задержала дыхание, чтобы не выдать себя случайным движением воздуха.

— Эй, что ты там притих? — разбойник вдруг оторвался от золота и вспомнил о напарнике.

Для Динки время словно остановилось. Мужчина ме-е-едленно-ме-е-едленно повернулся в ее сторону. Но она уже стояла прямо перед ним. В его глазах мелькнули изумление и непонимание. А в ее глазах снова был Шторос, точным движением рассекающий горло жертвы. Кинжал вспыхнул в свете ущербной луны, словно молния. Под лезвием разошлась мягкая податливая плоть. В нос ударил резкий запах крови, и на лицо брызнули горячие капли. Жертва, захлебываясь собственной кровью, осела наземь. А Динка опустила кинжал и остановилась в оцепенении, глядя на агонию убитого ею человека. Осознание накрыло ее мгновенно, придавливая к земле неподъемной плитой.

Она убила человека.