Твой первый - единственный - Ники Сью

Эпилог

Девять лет спустя.

Витя привалился к подоконнику, лениво разглядывая пустой школьный коридор. Он ждал Рыжова, того самого тренера, который когда-то научил его не просто играть, а выигрывать в баскетболе. Плюс Витя помнил свое обещание и планировал сдержать его. Он даже нашел школу, куда перевелся тренер. Новая спортивная гимназия, пускай не в самом удачном месте, пускай транспортной развязки нет, но зато здесь были хорошие педагоги и все условия для комфортного обучения.

Вытащив телефон из кармана, Витя провел пальцем по экрану просматривая входящие сообщения в мессенджере. Там как всегда было много вопросов, которые требовали его вмешательства, как руководителя. Подчиненные любили советоваться с Витей, и не стеснялись иной раз переспросить что-то. Иногда это раздражало, а иногда наоборот, вызывало приятные эмоции.

– Простите, – послышался мужской голос. Витя поднял голову и буквально сразу узнал в мужчине напротив Рыжова. Он, конечно, внешне изменился: постарел, виски покрылись сединой, казалось и ростом меньше стал. Но зато в спортивном костюме с идеальной осанкой и свистком на шее.

– Андрей Игоревич! – воскликнул радостно Витя.

– Шестаков, ты что ли? – не сдержал улыбки Рыжов. Он покачал головой, окинув взглядом бывшего ученика. Может и надо было обняться, все-таки столько лет прошло, но как-то не принято у них было, не девочки ведь.

– Он самый!

– Какие люди!

Они обменялись рукопожатиями и Андрей Игоревич, предложил войти к нему в тренерскую комнату. Витя не стал отказываться, тем более он здесь по делу, а не просто вспомнить о былых временах. Хотя, конечно, и о них вспомнить хотелось. Расспросить, что стало с командой, добились ли каких-то успехов. Витя с тех пор ни с кем не общался, связь не поддерживал, но вот сейчас переступил порог школьного спортзала и в груди екнуло.

Он будто вернулся в свое прошлое, в те дни, когда они еще мальчишками гоняли мяч по залу, когда соревновались друг с другом и забивали победные очки. Вспыхнула и первая игра, первое поражение и как все вместе горевали сидели на лавке в раздевалке, опустив руки.

Нет, это был не их спортзал, не в этих стенах Витя взрослел, обзаводился друзьями и толпой поклонников. Это яркое помещение только с виду походило на картинку из воспоминаний. На деле же, оно было абсолютно другим.

Витя остановился напротив кольца, его губы растянулись в улыбке. Он поднял руки, сжал пальцы, представляя, что держит мяч. Казалось, это было вчера. Вот также он стоял на одной из тренировок, целился и попадал в корзину. Детство все-таки быстро закончилось. Быстрее, чем хотелось бы. И тут бы отмотать время назад, вдохнуть полной грудью, но машина жизни не умеют поворачиваться. Да и впереди так или иначе, много не менее интересных событий.

– Скучаешь? – спросил Рыжов, напоминая о себе. Витя уже и забыл, что он не один.

– И да, и нет. На самом деле, времени не так много, чтобы скучать.

– Занятой значит стал? – усмехнулся Андрей Игорев. Мужчина открыл дверь своего кабинета и жестом показал, чтобы Витя входил.

– Сам не знаю, откуда эта занятость берется. Видимо эта проблема всех взрослых.

– Да, – вздохнул Рыжов. – Когда ты ребенок, с этим как-то попроще. А у взрослого с утра уже дела. И главное, пустяковые же! Но все равно дела.

Они переглянулись и оба засмеялись.

– Чай может хочешь, Вить? У меня тут даже конфеты есть.

– Откажусь, у меня в запасе всего десять минут.

– Ого, ну тогда давай тезисно, – сказал Андрей Игоревич, усаживаясь в свое тренерское кресло. Витя сел напротив, окинув взглядом небольшую комнату. Она была чистенькой, с новой мебелью, в светло-абрикосовых тонах. Ничего лишнего: настенные часы, пару шкафов, дверь в кладовую, где хранился инвентарь и у стенки кожаный диван, накрытый пледом. Однако в тренерской не было пока плакатов и кубков, словно тренер забыл о своих старых достижениях или же хотел сбежать от прошлого. Вите было жутко любопытно узнать и об этом, однако спрашивать он не стал. Чего лезть в чужую душу.

– Сначала хотел спросить, что стало с “Воронами”?

– Я думал, ты знаешь.

– Да нет, – пожал плечами Витя. – Откуда бы?!

– Год отыграли и распались, – сухо ответил Рыжов. Будто исход для команды был слишком предсказуем.

– Вот как… – Витя вздохнул, стараясь не выдать грусть. Он ожидал другого.

– Ну а что ты хотел, Вить? Аким стал капитаном, но какой из него капитан? Он как только не пытался вдохновить ребят, да толку-то? Понимаешь, носить повязку все могут, а вот вдохновлять людей способны только настоящие лидеры.

– Да я никогда не считал себя таким уж… – замялся Витя, немного смутившись похвалы на свой счет.

– Кому ты в уши льешь? – усмехнулся тренер. – Не считал он, ага. Видел я твое “не считал”.

– Все равно обидно, – честно признался Витя. Он думал, на тот момент, поступает правильно. Да и сейчас казалось, что решение было верным. Он спасал команду, а выходит она все равно потонула.

– Понимаешь, сынок, – вздохнул Рыжов, сжав перед собой руки и упершись локтями об стол. – Юность прощает ошибки, а спорт нет. Но ведь ты ко мне пришел поговорить не о прошлом, ведь так?

– И то верно, – кивнул Витя. Он открыл рот, планируя рассказать причину своего появления, как в кармане завибрировал телефон. Пришло входящее сообщение. – Так рано… Андрей Игоревич, а мы можем с вами выйти в коридор на минутку?

– Что-то случилось? – удивленно взглянул Рыжов.

– Нет, но… просто пойдемте, – настаивал Витя. Ему очень хотелось запомнить этот момент, навсегда запечатлеть его в памяти, как снимок с полароида. Он будто сам оказался ребенком, до того было волнительно.

– Ладно, ладно, – согласился Андрей Игоревич.

Они вышли из тренерской и довольно стремительно вернулись в школьный коридор. Пока еще тихий и пустой. Витя вглядывался вдаль, а Рыжов лишь заинтересованно рассматривал бывшего ученика.

– Слушай, пока мы тут, может уже расскажешь, чего пришел-то, Шестаков?

– А вы учеников берете? – спросил Витя, переводя взгляд на тренера. Тот несколько раз моргнул, будто озадачился неожиданным вопросом. И это его секундное размышление, даже немного напугало. Вернее посеяло страх, что ничего не выйдет. Нет, Витя, конечно, не планировал сдаваться легко.