Локки 5. Потомок бога - Евгений Валерьевич Решетов

что я поворачиваю всегда налево. Блин, кажется, придется изменить план, чтобы сбросить с хвоста этого упертого беловолосого барана.

Я помчался направо, а уже потом повернул налево. И очень вовремя. Бог как раз в этот миг добежал до предыдущего перекрестка.

— Я все равно догоню тебя! — долетел до моих ушей его удаляющийся вопль, пропитанный таким гневом, что аж виски разболелись.

Бог купился на мою уловку и свернул налево.

— Дурачок, — презрительно прошептал я и побежал дальше, стараясь отрешиться от боли, терзающей мое тело.

Однако далеко я не убежал…

По зеркалам вдруг пробежала рябь, как после дуновения ветерка по воде, а затем в них заклубилась тьма. Свечение исчезло, оставив меня в кромешном мраке.

— Вот и потаенные страхи подъехали, о которых говорил Иврим? — пробормотал я. — Но тьмы-то я никогда не боялся, даже в детстве.

— Ты не успеешь… не успеешь… Тебе не хватит двух часов, — прошелестел в темноте мерзкий скрежещущий голос, будто кто-то царапал гвоздем по стеклу. — Ты провалишь задание. Тебя ждет смерть. Ты не выкрутишься… Кто-нибудь наверняка убьет тебя. Хи-хи. Может, Один, а может Иврим или кто-то из славянских богов. Хи-хи.

Вот это уже серьезнее. Пусть это и не самые главные мои страхи, но того, о чем говорил голос, я опасался.

Готов поспорить, что это место наверняка выудит из моей памяти и что-то более серьезное. Оно явно запустило в мою голову щупы ментальной магии. Я вдруг почувствовал, как они возятся в ней, словно холодные склизкие щупальца, выискивая все самое грязное и болезненное.

И кое-что это место действительно нашло и обрушило на меня. Оно голосом бога Локи принялось насмехаться надо мной, говоря, что я самый ничтожный его потомок. Следом появился отец. Он говорил, что такой засранец, как я, никогда не станет богом. Матушка же со злым смехом вторила ему, шепча, что я сдохну в безвестности в какой-нибудь канаве.

— Идите вы все к Хель! — прорычал я и двинулся во тьму, выставив руку.

Спустя пару секунд она уперлась в прохладную гладь зеркала. И тогда я, поддавшись гневу, ударил по нему. Но оно не раскололось. Лишь боль обожгла костяшки моих пальцев, а голоса зашлись злорадным смехом.

Я сделал несколько шагов вдоль зеркал, и голоса слегка поумерили свой пыл. Почему? Нет, они продолжали выводить меня из себя, топтаться по больным мозолям и пугать, пугать, пугать… Но делали это ужекак быбез прежней прыти. Хм…

Развернувшись, я пошел через мрак в противоположную сторону. Голоса стали крепчать и буквально исходить ядом, а затем опять начали стихать.

Я вернулся в ту точку, где они звучали сильнее, нашел в темноте боковое ответвление и пошел по нему. Голоса стали еще мощнее и более изобретательными в своих издевательствах, раскаленными иглами тыча в мою душу.

— Иди туда, где страшно, и там ты обретешь силу, — прохрипел я, скрежеща зубами.

Внезапно до меня докатился полный ужаса и отчаяния вопль Хеймдалля:

— Прочь! Прочь! Этого никогда не случится! Асгард не будет разрушен!

Кажется, голоса нашли ключ к душе бога. Но надо признать, что и мою душу они крутили так, что меня в какой-то миг перестали держать ноги. Пришлось на четвереньках ползти к цели, тряся головой в рефлекторной попытке избавиться от голосов, превратившихся буквально в ураган.

Но внезапно все стихло. Как отрезало. Более того, пропал мрак, сменившись зеркальным коридором, упирающимся в арочный проход, нутро которого было затянуто голубой дрожащей энергией портала. Невозможно было понять, куда он ведет. Но, кажется, я сумел-таки пройти как минимум первый уровень башни.

— Это было довольно легко, — вымученно произнес я почему-то прокушенными до крови губами и кое-как поднялся с пола на трясущихся ногах. — Ну, пошли дальше. Время терять нельзя.

— Куда собрался, выродок? — ударил меня в затылок злой хрип Хеймдалля.

Я на остатках бензина ринулся к порталу, мельком бросив через плечо взгляд на бога. Тот выглядел так, будто прошел через жестокий бой. Белые волосы слиплись от крови, рубашка оказалась порвана на мускулистой груди, но в янтарных глазах горело торжество.

Он в три громадных прыжка догнал меня, повалил и схватил волосатыми руками за шею.

— Ты сдохнешь, сдохнешь, и тогда Асгард будет в безопасности. Иврим не разрушит его! — прохрипел он мне в лицо, роняя слюни с золотых зубов.

— Вот… уж хрен тебе… — с трудом прохрипел я, пытаясь оторвать от своей шеи его клешни.

Попутно я изо всех сил извивался, пытаясь скинуть с себя бога. Но тот был крупнее и сильнее.

— Локки, я действую во благо! — прорычал Хеймдалль, стискивая пальцы на моем горле. — Вам с Одином не удастся переиграть Иврима. Он очень хитер. Даже Локи не сумел бы одурачить его. Только твоя смерть может положить конец планам Иврима. Кажется, ты действительно избранный, о котором говорилось в пророчестве. Да, да, я все знаю! Я подслушал разговор Одина и Хродгейра, когда слепец уговаривал моего отца принять твое предложение.

— Ты… не убьешь мою душу. Тут не работают артефакты. Тебе не удастся развоплотить меня, — просипел я, чувствуя, как щиплет глаза с полопавшимися капиллярами. — Лучше отпусти… и давай поговорим… кха…

— О-о-о, не беспокойся! Сейчас я убью это тело, а потом найду и тебя настоящего. Я знаю, что ты спрятал свое тело где-то в мире греческих богов. Мои слуги уже ищут его. Они смогут понять, куда именно полетела твоя душа, дабы воссоединиться с телом.

— Блаженный идиот… — прохрипел я. — Тебе место в самой глубокой камере темницы Асгарда, где сидят такие же придурки, которые, руководствуясь высшим благом, залили кровью целые миры… кха…

Неожиданно портал мигнул, и энергия из его центра начала разбегаться к краям арки, обнажая полутемную камеру, где к стенам цепями были прикованы грязные бородатые мужики. Они все как один вскинули лохматые головы и в шоке уставились на нас.

— Порази меня Перун, кто вы? — прохрипел один из них на языке Асгарда.

Хеймдалль ничего не ответил. Он изумился не меньше, чем бородачи. Его янтарные глаза округлились, а рот с золотыми зубами приоткрылся. Но он не переставал душить меня.

А я, в свою очередь, моментально проанализировал ситуацию и пришел к ошеломляющему результату. Неужели⁈ Неужели⁈ Неужели портал отреагировал на мои слова? Я ведь только что послал Хеймдалля в темницу Асгарда. А эти мужики говорят на языке мира скандинавских богов и явно торчат в камере. Логично предположить, что портал открыл переход именно в темницу Асгарда, приняв мои слова за приказ. Весьма вероятно, что портал слушается меня. А ежели все это правда, то, кажется, я