Закатное солнце почти не слепило (СИ) - Артем Губкин

на Иру, а потом тоже стали смотреть на Таню, только не вопросительно, а просительно. Тане на мгновение захотелось кинуть шапкой о землю и отправиться навстречу приключениям, но потом она вспомнила о девочке с ножиком, какой у той был потерянный вид и сказала:

— Нифига. Давайте запускайте красную ракету, или как там у вас вызывают вожатых.

Девочки надулись.

— Надо набрать на часах сигнал «sos». — Сказала маленькая Таня, демонстративно протягивая руку с розовым браслетом.

— А мы то забыли! — Ира потрясла своим запястьем с кремовым ремешком, а потом взяла для наглядности еще и руку Хиз, поболтав в воздухе и её запястьем с точно таким же устройством. — Таня и Ира, давайте, нажимайте!

Те с неохотой принялись клацать кнопочками на торцах навигаторов.

— У меня ничего не выходит, — сказала Таня.

— У меня тоже, — согласилась Ира и под строгими взглядами старших добавила: — Попробуем еще. — Они снова принялись нажимать кнопки, но, по прежнему, без какого-либо успеха.

— Давайте мы на своих попробуем, — сказала Хиз и приготовилась отбивать сигнал на навигаторе.

— Ты хочешь вызвать наших вожатых? — спросила Ира.

— Любых, лишь бы отозвались, а то у меня чувство, что мы одни в лагере — волосы дыбом встают. Помнишь, что нажимать?

— Четыре длинных.

— …Нажала. И что дальше?

Время на экране — часы показывали 12.07 — мигнуло, появилась стрелка направления, а под ней счётчик расстояния, ноль метров, стрелка описала полный круг, нолик мигнул и снова появились часы — 12.08.

Хиз опять нажала четыре раза на кнопку, повторилось тоже самое.

— Не фурычит наш «sos», — заметила Таня. Она, хоть и подозревала, что никакие вожатые не откликнутся, но лишнее подтверждение серьёзности ситуации не радовало. — Торжествуйте, малявки, мы идём искать кого-нибудь сами. — В устах Хиз это прозвучало мрачно и малявки не сильно обрадовались.

Хиз встала, опять стала нажимать кнопки на устройстве.

— Навигатор тоже не работает, — сообщила она, — так что запоминаем дорогу. Лагерь, конечно, не дремучий лес, но лишний час кружить тоже не хочется. Ира, — обратилась Хиз к подруге, — мы в полной жопе…

— Мы всё слышим! — пропела маленькая Таня.

— Это очень хорошо, что вы всё слышите. Итак, девочки, мы в полной… — Ира выразительно посмотрела и Хиз подобрала другие слова. — Мы находимся в крайне затруднительном положении, может быть даже в опасном.

— Она не шутит. — Сказала Ира. — Помните того дятла? Так это был не дятел! Это маленькое неопознанное чудовище из другого мира.

Малявки смотрели на своих старших тёсок широко открытыми глазами, полными недоверия.

— Также здесь могут водиться и более крупные чудовища, мы сами не видели, нам рассказали вчера друзья, мальчишки, которые еле спаслись от какого-то людоеда, похожего на бомжа с акульими зубами.

— Вы нас хотите напугать! Думаете, если мы младше, то сейчас развесим уши, а вы потом смеяться будете!

— Мы сами напуганы! Вот смотрите! — Таня протянула руку, и все увидели тонкие белые волоски на загорелой коже, которые поднялись дыбом.

— Ой, я и вправду боюсь! — жалостливым тоном сказала младшая из Ир.

— Ты чего!? Они нас разыгрывают!

— Хотите — верьте, хотите — нет, но сейчас мы пойдём для начала вверх к нашему корпусу и…

— А почему именно к вашему? — Возмутилась, видимо, из вредности, Таня.

— Мы с ними в одном корпусе, ты что забыла отряд, который вчера на дискотеку не пошёл?

— Так это вы? Вы что, правда все гриппом заболели?

— Нет, конечно, разве похоже, чтобы мы кашляли или сопли утирали?

— Не-ет. — Протянула недоверчиво Таня. — А где вы тогда вчера вечером были?

— Сидели в общем зале у себя на этаже и допрашивали девчонку, которая пришла из другого мира. — Хиз увидела, как от неверия маленькие мордашки сморщились, особенно презрительно смотрелись складки с веснушками на носу у Тани. — Разумеется, вожатые всё отрицали, но потом пришёл директор лагеря…

— Спартак Петрович?

— Он. И всё нам рассказал.

— Что он вам рассказал?!

— Вот если бы не перебивали меня, уже бы узнали! Он рассказал, что в «Кристале» с давних пор происходят странные вещи и об этом знали все предыдущие директора. Но только Спартаку Петровичу пришло в голову попробовать усилить местную аномалию, поэтому у нас лагерь и разделён на две части — девичью и мальчишескую.

— А зачем ему это? — Малявок увлекла история и они жадно ловили каждое слово.

— Думает, наш мир изменится к лучшему, если откроются врата в другой мир и оттуда к нам полезут тамошние жители.

— Но могут полезть и чудовища, — вставила Ира, — об этом нас предупредила девочка, что пришла оттуда.

— Она пришла оттуда, где живут чудовища?

— Нет. Или да. Она так и не сказала

— Долго объяснять, — вздохнула Хиз, она так и стояла напротив лавочки. — Расселись тут, пошлите, по дороге будем болтать. — Она протянула руку Ире, та взялась за неё и легко встала, малявки вскочили, словно на пружинах.

Маленький отряд из двух горных фантастических персонажей и двух горных же цветков отправился в обратный путь вверх по горе.

— А почему мы идём именно к корпусу? — спросила Танюша.

— А ты знаешь еще какое-нибудь место, куда можно пойти?

— В столовую!

— Будет по дороге, заглянем.

Четвёрка маршировала по лестнице и Хиз с Ирой не спешили продолжать раскрывать тайны, вместо этого они ровно и глубоко дышали. Таня подумала о том, что взбегая дома на третий этаж, она и не думала о сбережении ритма вдохов и выдохов, а теперь вместе с Ирой они, как заправские йоги, вдыхают воздух, раздувая крылья носа, отправляя живящий поток в самую глубину нетренированных разгорающихся ненасытным огнём лёгких. Ну да, сравнила пятьдесят четыре ступеньки сырого и пыльного подъезда с бесчисленными лестницами парка лагеря — настоящего леса рядом с теми парками, которые Хиз доводилось видеть раньше.

— А о каких чудовищах рассказывала та девочка? — Ворвался в размеренные думы Хиз голосок Тани, неровный, запыхавшийся и любопытный.

— Ни о каких. — Ответила Ира. Они с Хиз по последнему разу глубоко вдохнули носами и принялись пересказывать теорию множественных миров. На подходе к столовой справились, несмотря на множество попыток увести повествование в сторону: «Вот бы покататься на единороге!», «Ерунда, лучше покататься на драконе!». Девочки пришли в восторг от идеи, что рядом может существовать проход в какое-то, вернее из какого-то необычного, совершенно нездешнего и, предположительно, фантастического и сказочного места. Никакие слова о том, что эксперимент в «Кристале» может стать опасным не то, что для всего мира — Бог с ним, с тем миром, абстрактным и далёким, — а для них самих, вполне конкретных и животрепещуще близких к полной неизвестности девочек и мальчиков,