"Фантастика 2023-203", Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Синицын Владимир Сергеевич

Спустя минуту, в поле зрения попала одинокая белая машина. Попытка не пытка. Быстро сложив приклад на трофейной винтовке, я снял ранец, сунул её туда, застегнул штормовку, спрятав тем самым разгрузочный пояс, и осмотрел себя. Только приоделся, а уже опять оборванец. Вероятность, что меня подберут минимальная, но рискнуть стоило. Отбросив сомнения и сделав, как мне казалось, благодушное лицо, я вышел на дорогу.

Белая нива-пятидверка приближалась. Сквозь лобовое стекло, было видно только одного человека – водителя. Вопреки моим опасениям, скорость он не прибавил, а напротив, вильнул в мою сторону и поравнявшись остановился. Пригнувшись, я заглянул в салон. Под семьдесят, но на вид довольно крепкий, чёрная ряса, седая борода, умные глаза смотрели с интересом и толикой сочувствия.

– Здравствуй, батюшка! – повезло, этот человек не может бросить в принципе.

– И тебе не хворать, сынок, ты откуда такой красивый? – приятный низкий баритон с характерной буквой О.

– Долго рассказывать, батюшка, до города подбросишь?

– Отчего же не подбросить, чай не на горбу понесу, садись.

Машина тронулась, как только я уселся на переднее сидение.

– Отец Дионисий, – представился священник, протягивая руку.

– Кнут, – ответил я, пожимая неожиданно крепкую сухую ладонь.

"Почему я сказал Кнут? Ведь я же… вот чёрт!" Прошлое имя, всплыло не сразу, словно что-то старое и не особо нужное. А ведь всего-то пару дней прошло.

Как не странно, но отец Дионисий не удивился ни моей кличке, ни обгорело отбитому виду, возможно, принял за должное или просто виду не подал.

– Был мне сегодня странный сон… – произнёс священник, не отрывая глаз от дороги – Будто мир изменился, – тут он бросил на меня короткий пронзительный взгляд.

"Ну что тут сказать? Человек похоже догадывается."

– Прав ты, батюшка, это уже не твой мир и не мой, это Стикс, – я сделал паузу ожидая реакции, в таких случаях принято крутить пальцем у виска или хотя бы поднять человека на смех. Но он меня удивил.

– Как-то ты странно сказал, не твой и не мой, обычно же говорят не наш. Я правильно понял?

"Вот же умный чертяка, саму суть уловил."

– Правильно…я из другого мира, и мы не на Земле.

– Про то мне ведомо, – выехав на более ровный участок дороги, он прибавил газу. –Как проснулся, понял. Вера, она материальна…глубоко верующий человек всегда чувствует её благодать, это энергия, чтоб ты понимал, – он посмотрел на меня, словно ожидая опровержения.

Но я промолчал, просто не знал, что на это сказать, одолевала та самая неистребимая жажда, головная боль с тошнотой шли рядышком.

– Нет её здесь, той благодати, ни следа, ни маленького родничка энергии. Но есть что-то другое, оно не плохое и не хорошее, просто другое, не знаю, как сказать, – закончил он, повысив голос.

Деревья закончились, пошли поля, засеянные пшеницей. Указатель на обочине, сообщил, что мы приближаемся к Междуреченску. Про такой город я не слышал, отец Дионисий, судя по озадаченному хмыканью, тоже. Неожиданно, из пшеницы выросла фигура человека и дергано бросилась нам наперерез.

– Видишь это? – привлёк я внимание священника, указывая рукой на право.

– А как же, чай не слепой, – ответил тот, угрюмо косясь на приближающегося.

– Прибавь газу, и не вздумай останавливаться, это уже не человек, – в ответ, он озадаченно покосился на меня, но просьбу, сказанную в приказном тоне, выполнил чётко. С заражённым, мы разминулись на несколько метров, пробежав за нами какое-то время, он, в конце концов сдался.

– Всё расскажу, объясню, – ответил я, на немой вопрос в глазах священника. –Сначала в город меня доставь, лекарство нужно сделать…кстати, батюшка, ты как себя чувствуешь?

– Хворый я с утра, голова чугунная и тошнит, что за оказия… не знаю.

– Это вылечим, – с уверенностью заявил я. Но затем добавил. – Главное, чтобы ты иммунным оказался.

Потянулись дома частных застроек. Стали попадаться машины, народ спешил, сам не зная куда, пешеходы стояли кучками, то и дело озадаченно тыкая пальцами, то в одну, то в другую сторону. Люди не узнавали родных мест и понятия не имели, что их ждёт. Глянув в зеркало заднего вида, я заметил столб чёрного дыма рядом с громадиной элеватора, похоже огонь, нашёл себе пищу. В отличии от них, я кое-что знал и подозревал, с того костерка, что в нескольких километрах позади, может такое прибежать, все местные бабушки с инфарктами попадают. Как вспомню эту образину, аж испариной солёной покрываюсь.

– Ты иммунный? – неожиданно спросил отец Дионисий.

– Вроде да, – ответил я, испытывая некоторые сомнения. – Вторые сутки уже здесь и пока не обратился, – понятно, что такой ответ вызовет ещё больше вопросов, ну а как тут отвечать?

Сомнения в моей иммунности возникали, Хром говорил, что живчика нужно, двести пятьдесят или триста грамм на день, с условием, если не ранен. А мне же литра не хватает, хоть и здоров, царапины и ожоги, думаю, не в счёт. Боль в голове останавливается на час после большого глотка пойла, ещё столько же я терплю до очередной дозы, что не так? Может я обращаюсь?

– Тот, что бежал за нами…

– Это заражённый, увидишь такого – беги, прячься или убей, иначе он тебя сожрёт. Их легко узнать, урчат, бегают не по-человечески. Так, теперь забирай на право, – сменил я тему. – По окраине город обойдём, думаю, там есть большие магазины.

Не знаю, почему священник, так просто принял моё шефство, проняло? Сомнительно. Не тот человек. Может он и в правду что-то чувствует? Как он выразился? "Вера, она материальна." Вполне возможно, если я не ощущаю, это не значит, что ничего нет.

Супермаркет нашёлся на северной окраине, отдельно стоящее здание с большой парковкой, машин было не много и нам удалось припарковаться у входа. Отец Дионисий пообещал, что дождётся меня, несмотря ни на что, но ранец я на всякий случай захватил. Не то чтоб не доверял, мало ли, что может случиться, заражённые или вооружённые. За последние пару дней я убедился в незаменимости огнестрела. И впредь, даже в сортир, без автомата не пойду.

Магазин встретил меня полумраком и гомоном, люди ходили в потёмках стеллажей, выискивая продукты, у кассы стояло с десяток бабушек с авоськами, подойдя ближе, я понял, что они вовсе не продукты оплачивают, а просто общаются.

– Мериканцы на нас опыты устраивают, – голосила одна. – Племянник в компютере прочитал, что президент наш земли вокруг города вместе с речками мериканцам продал, вот теперь эти нехристи и чудят. Да-да.

– Дура ты старая, какие на хрен мериканцы, куда полгорода делось, а речки? Нехристи упёрли?

– Говорю же, инопланетяне это…

– Они же вроде католики!? Крещёные значит!

– Кто, инопланетяне?

– Тьфу, куры! – выразил своё мнение проходящий мимо старик.

– Ты иди-иди, старый, корвалола накапай, – прикрикнула на старика, голосистая бабуля.

Старые страсти накалялись, того и гляди авоськи с тележками в ход пойдут. Бросив бесполезную прослушку, я ушёл в торговый зал, времени не так много, народ скоро начнёт обращаться, да и голодные гости вот-вот нагрянут.

Вместе с погрузкой двух огромных пакетов в машину, на всё про всё ушло не больше двадцати минут, получилось бы быстрее, но кассирша долго разглядывала мои деньги, пятитысячную купюру, которой так и не суждено было попасть к молодым. Что-то ей не нравилось, она даже старшего продавца позвала. Та, пощупав купюру, посмотрела на мой потрёпанный, но всё ещё грозный вид, и дала добро. К тому времени в городе началась стрельба.

– Начинается, – констатировал я, усаживаясь на переднее сидение. – Батюшка, давай-ка вон за те гаражи, с глаз долой.

Тот без вопросов, завёл свою старушку ниву и перевёз нас в укромное место.

– Рассказывай, Кнут, – требовательно произнёс священник, заглушив двигатель. – Что за чертовщина тут творится?

И я начал говорить, одновременно готовя живчик, пересказал ему всё, что узнал от Хрома: про тварей и трофеи с них, мультиверсум со множеством миров и наши копии. С самого начала, со свадьбы до момента нашей встречи на лесной дороге. Поспрашивал и самого батюшку. Как выяснилось, он попал в кислый туман более восьми часов назад и умудрился не разу не нарваться на заражённых.