Эротические рассказы - Подростки - Stulchik

Киря попытался перехватить инициативу и начал трахать тетю Люсю в рот, сначала робко, а потом все уверенней. Видимо поэтому она сначала вынула мой член изо рта, потом такая же участь постигла Кирю. — Лешенька, — извиваясь, промурлыкала она, — я твою писечку полизала, теперь будь добр, пососи мою кисочку. И так хитро посмотрела на меня, видимо наслаждаясь эффектом от своих слов. Честно говоря, в то время я был уверен, что это дамы отсасывают у кавалеров, а не наоборот. Чего там сосать-то? «Тайга» и есть «тайга». Это, во-первых. А во-вторых, вроде оттуда и санье льется, да и задница недалеко. И как интересно это все «пососать»? Эти немудреные мысли живо нарисовались на моем раскрасневшимся лице, что тут же увидела тетя Люся. — Ну, глупенький, давай, поцелуй меня там, — и тетя Люся как могла, раздвинула ноги. Я понял, что хочешь — не хочешь, но сделать это надо и нехотя занял позицию напротив «райских кущей».

К моему удивлению никаких посторонних запахов я не обнаружил. Наоборот, от кучерявых каштановых волос, которые плотным «газоном» росли на жирных больших половых губах, пахло чем-то теплым и совсем не отталкивающим. Ближе к краям волосы свивались в причудливые завитки. Видимо, чтобы побудить меня к действиям ладонь её скользнула вниз, пальцы на секунду задержались там, где две волосатые складки сходились, безымянный палец потеребил бугорок, а потом пальчики со старым маникюром опустились вниз и утонули в жирных волосатых складках, стремясь раздвинуть их. — Кирюша, дай подушечку, — продолжала мурлыкать тетя Люся. Киря быстро отыскал в углу подушку, тетя Люся подтянула, насколько это позволял живот, ноги к груди и Киря отправил подушку под ее задницу. Теперь вход во влагалище располагался выше и я помимо него смог разглядеть и кольцо ануса, чуть выше которого волосатыми стрелами сходились половые губы. Киря, пристроив подушку, опять переместился к лицу тети Люси, они о чем-то пошептались, он перекинул ногу и оседлал ее лицо. Тетя Люся приподняла его за ягодицы, и я из-за ее живота разглядел, как член Кири опять погружается в ее рот. Обхватив руками ягодицы Кирюхи, она скорректировала и частоту, и глубину и его проникновения.

Я решительно вздохнул, хотя в этой решительности была большая доля обреченности, и придвинулся поближе к этим «райским насаждениям». Я колебался, не зная с чего начать, но высунул язык и лизнул кожу на левом бедре, потом на правом, постепенно приближаясь к «зарослям».

Ничего страшного не произошло и даже анус, чьим назначением было извергать наружу дерьмо, выглядел вполне мило, поблескивая бисеринками пота. Вдруг кольцо ануса резко втянулось, потом он опять распустился как цветок, а потом опять сжался. Я осмелел и руками растянул роскошные булки тети Люси чуть в сторону, отчего его темное колечко растянулось в некоем подобии улыбки. Не отдавая себе отчета, что я делаю, я вдруг приник к нему языком и чмокнул. Потом, расхрабрившись, лизнул. Тетя Люся, видимо несколько шокированная таким развитием событий, опустила обе руки и ладонями раздвинула волосатые неподдающиеся складки, открыв мне «фронт работ» и показывая, что надо лизать. Рот её был забит членом Кири, и видимо отвлекаться от его обсасывания она была не намерена. А чтобы я окончательно понял, что должен делать, она пару раз подмахнула своей задницей. Надо отметить, что две руки — это лучше чем два пальца. Волосатые складки поддались, открывая вход во влагалище. Стало понятно, почему этот орган окрестили именно так, а не иначе. Каштановые волосы резко контрастировали с нежным розовым мясом, которое окружало влагалище. От бугорка, который тетя Люся нам показывала на кухне, уходили вниз две темные складочки, похожие на петушиные гребешки. Под напором рук они разошлись в стороны, кожа натянулась и блестела от обильной влаги. Плоть стала еще нежнее, и моему взору предстали как будто створки ворот, чуть приоткрытых и готовых впустить любого агрессора.

Эта штука была посильнее ануса, и я переключился на влагалище. Видимо почувствовав, что я перестал вылизывать её попку, тетя Люся несколько ослабила хватку, нашла мою руку и положила ее на одну из волосатых складок. Вторую я положил сам, боясь, что этот волшебный вход закроется так же неожиданно, как и раскрылся. Только я собрался лизнуть это богатство, доперев, наконец, что у них «сосут», как вдруг в дверь раздался звонок.

От неожиданности я чуть не родился обратно, благо «объект» был рядом. Киря отреагировал по-своему и задвинул с перепуга член в рот тети Люси по самые яйца. Звонок звучал требовательно, что спокойствия не добавляло. Это была немая сцена, и я, и Киря смотрели на дверь, ожидая появления чего-то ужасного. Это же страшно было подумать: будущие комсомольцы, а ныне пионеры ублажали ответственного работника с кухни, который годился им если уж не в бабушки, то в матери, причем пожилые. Хотя наш статус пионеров отчасти соответствовал его переводу с французского языка (рiоnnier — первопроходец, зачинатель). Мы действительно были первопроходцами и отчасти зачинателями, но тогда страх парализовал нас. Казалось, что мир рухнул, что и подтверждал настойчивый звон. В голове звенело от звонка, а может, это крыша сигнализировала, что отправилась в путь. На удивление, но тетя Люся была совершенно спокойна. Она по-деловому вытащила проникнувший в горло член Кири, не забыв приласкать его, перекинула ногу через мою голову и вылезла из-под Кири, который тоже здорово испугался. Тетя Люся завернулась в простыню и пошла открывать. Мы с Кирей замерли, видимо надеясь, что это состояние позволит нам стать невидимыми.

Из прихожей меж тем, раздались женские голоса. Спокойное поведение тети Люси несколько успокоило меня, Кире тоже полегчало. А из прихожей раздался смех, и скоро в комнату возвратилась тетя Люся, сразу сняла с себя простынку и уселась на матрац. Киря пополз за подушкой, надеясь прикрыться ею, я огляделся по сторонам и, поняв, что срам прикрыть нечем, закрылся рукой. Тетя Люся улыбалась, что придало уверенности, хотя положение было двусмысленным: с секунду на секунду в комнату заявиться дама. Было даже несколько неловко. И дама не заставила себя ждать: улыбаясь, в комнату вошла стройная женщина. Светлые волосы, серые озорные глаза, на лице улыбка, своим появлением она разрядила атмосферу вокруг. Вид наших голых тел её тоже не смутил. — Надежда Григорьевна, — представилась она и протянула руку. Я как назло прикрылся правой, поэтому был вынужден поменять руки, прикрывающие «хозяйство». — Очень приятно, Леша, — вежливо пролепетал я. — И мне надеюсь, тоже будет приятно, — ответила Надежда Григорьевна и звонко засмеялась. К ней присоединилась и тетя Люся: — Кончай, Надька, напугаешь мужичков. Я думал на «мужичка» обидеться, но решил пока обождать. Потом она поздоровалась с Кирей, тот только кивнул, еще не въезжая в ситуацию. Я сидел, закрывая рукой не выдержавший испытаний и поникший член, и тоже ждал, куда это все выкатится.