Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

Комодофлоренсал быстро взглянул на Таласку. Тарзан утвердительно кивнул головой.

— Ты хочешь сказать, что не любишь Таласку? — удивился принц.

— Наоборот. Я очень люблю её, — ответил Тарзан с улыбкой. — Но не так, как ты думаешь. Я люблю её потому, что она добрая и отзывчивая девушка, настоящий друг. Она попала в беду, и ей надо было помочь. В моей стране у меня есть жена, которую я очень люблю.

Комодофлоренсал ничего не ответил и задумался. Что будет, если они сумеют вернуться в его родной город? Ведь по традиции, насчитывающей сотни лет, он был обязан жениться только на принцессе другого рода. Он мечтал о Таласке, об этой маленькой рабыне, которая едва помнила свою мать и ничего не знала об отце. Он мечтал о Таласке, но не мог сделать её своей женой в родном королевстве, где она была бы только рабыней. Он любил её и был в этом уверен, но сделать принцессой не имел права.

Но размышлять над этим горьким вопросом не было времени, надо было думать, как выбраться отсюда.

— Скоро придут кормить животных, — сказал Зоантрохаго, показывая на маленькую дверь в стене. — Вряд ли она запирается — заключенному до неё все равно не добраться из-за кошек.

— Посмотрим.

Тарзан пересёк комнату и толкнул дверь. Дверь распахнулась, и он увидел узкий коридор. Пятеро беглецов, освещая дорогу свечами, двинулись в путь. Присмотревшись к коридору, Жанзара сказала:

— Прекрасно! Он ведёт на мою половину. Перед дверью моей спальни стоит часовой, он готов жизнь за меня отдать. Благодаря мне он освобожден от податей, так что вперёд! И ничего не бойтесь!

Правда, была опасность, что часовой поднимет шум прежде, чем узнает принцессу, поэтому Жанзара пошла первой. Когда часовой загородил проход, она воскликнула:

— Ты что, ослеп? Не видишь, кто перед тобой!

— Я в вашем распоряжении, принцесса Жанзара, — прозвучало в ответ.

Она приказала ему достать пять лошадей и оружие. Часовой взглянул на её спутников и, вероятно, узнал Зоантрохаго. Интересно, кто двое других мужчин? Немного подумав, часовой сказал:

— Я могу не только ослепнуть для моей принцессы сегодня, но и умереть для неё завтра.

— В таком случае приведи шесть лошадей! — приказала принцесса и повернулась к Комодофлоренсалу. — Это ты принц Троханадалмакуса?

— Да.

— Если мы укажем тебе путь к свободе, ты не обратишь нас в рабство?

— Я введу вас в город как моих личных рабов, но потом освобожу.

— Такого ещё никогда не случалось в истории, — засомневалась девушка.

— Не случалось, так случится. Не стоит тратить время.

Вскоре вернулся часовой с окровавленным лицом и руками.

— Пришлось захватывать лошадей силой. Надо торопиться, иначе мы можем попасть в капкан. Он передал нож и шпагу Зоантрохаго. Они быстро продвигались вперёд. Тарзан впервые

сидел на маленькой лошадке Минанианс, но чувствовал

себя вполне уверенно в седле.

— Троханадалмакус расположен восточнее Велтописмакуса, и, если мы помчимся по Коридору женщин, они сразу сообразят, куда мы держим путь. Надо сбить их с толку. Лошади у них быстрые, и они, без сомнения, догонят нас. Единственная возможность на спасение — направить их по ложному следу.

— Деревья, растущие вокруг выхода на поверхность, скроют нас. Быстрее! — вскричала принцесса.

Все пришпорили лошадей. Сзади уже слышался шум погони.

Никогда ещё Коридор воинов не казался таким длинным и никогда ещё лошадей не понукали так яростно, пытаясь заставить их скакать быстрее.

Они домчались до выхода на поверхность, и Оратарк, часовой, вырвался вперёд, крича во все горло:

— Прочь с дороги! Дорогу принцессе Жанзаре!

Шум погони раздавался все ближе, и стражник у входа, подозрительно оглядев их, сказал:

— Подождите минутку, я спрошу у Нованда. Принцесса, погодите, вот он…

Ничего не оставалось делать, как пришпорить лошадей, и те, взвившись на дыбы, рванулись к выходу. Нованд со своими стражниками шарахнулись в сторону.

Теперь беглецам предстояло как можно быстрее пересечь открытое пространство и достигнуть деревьев. В этом заключался их шанс на спасение. Ещё одно усилие, и вот уже пятеро беглецов оказались среди деревьев.

Теперь они ехали рысью, обдумывая, где остановиться на ночлег, поскольку в лесу рыскали дикие звери.

Обогнав спутников, Тарзан ехал впереди, высматривая подходящее место. Пожалуй, безопаснее всего было бы расположиться на деревьях, но какими гигантами они сейчас казались!

Вернувшись к остальным, он услышал, как Комодофлоренсал сказал:

— Первым пойду я.

Другие стояли перед входом в глубокую яму и заглядывали вглубь. Тарзан знал, что это вход в пещеру, в которых часто жили африканские племена, и сомневался, что там будет безопаснее.

— Зачем принц это делает? — спросил он Зоантрохаго.

— Если там кто-нибудь прячется, он убьёт его.

— Почему? Разве вы едите их мясо?

— Нет. Но у нас будет ночлег, — объяснил Зоантрохаго. — Я совсем забыл, что ты не Минанианс. Мы устроимся на ночлег под землей, и нам будут не страшны ни тигры, ни кошки. Это лучше, чем ничего.

Через несколько минут Комодофлоренсал вылез из проёма.

— Все в порядке. Там никого не было, кроме змеи, которую я убил. Пошли! У всех есть свечи?

Один за другим беглецы скрылись из виду, и только Тарзан задумчиво стоял около входа, и горькая улыбка играла на его губах. Ему казалось невероятным, что он, Владыка джунглей, должен прятаться от каких-то Нумы или кошки.

Вдруг стоявшая рядом лошадь шарахнулась в сторону, и прямо