Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

уверена, что это было: то ли благодарность за спасение его жизни, то ли своеобразное приветствие на темной стороне. В любом случае я чувствовала себя крайне несчастной.

Что теперь? Как мы должны были объяснить произошедшее здесь? Были ли мы вообще в безопасности?

– Нам нужно уходить отсюда. Одевайтесь, – изложил Ноар мои опасения словами, пока освобождал моих братьев и сестер от кляпов и веревок. – И поторопитесь. У нас не так много времени.

Ник проигнорировал его и вместо этого устремил свой взгляд на меня:

– Где мама?

Я сглотнула и несчастно покачала головой. Анни расплакалась, в то время как Ник и Дженни ошеломленно молчали. Я не могла разделить их скорбь, но боль моих родных отчетливо отзывалась во мне. Мо внезапно появился в гостиной и подбежал к Адаму, который все еще лежал на полу без сознания.

– Что с папой? – хотела я знать, хотя мне и было тяжело задавать этот вопрос в присутствии Мо и Анни.

Лицо Ника заметно потемнело.

– В палисаднике. – Было единственным, что он произнес.

Это просто ужасно. Рационально я могла понять, что это значило для меня. Должно было значить. Должно. Но тем не менее я чувствовала лишь пустоту и невиданную до этого беспомощность.

В течение сотен лет все решения принимали наши родители. Без них мы были всего-навсего неорганизованной кучкой детей.

– Вы слышали Ноара, – повторила я, словно по велению пульта управления, и стала спускаться по лестнице. – Нам нужно отсюда уходить.

– С какой это стати мы должны делать то, что он говорит? Кто это вообще такой? – спросил Ник сурово. Я закатила глаза. Было ясно, что теперь он чувствовал себя ответственным за нас. По крайней мере до тех пор, пока Адам не очнулся.

– Ник! – вмешалась теперь и Дженни. – Он спас нам жизнь. – Ей было явно неприятно обсуждать эту тему в присутствии Ноара.

Судя по всему, моему брату было на это наплевать:

– Но мы же совсем не знаем этого типа!

Ноар же, который между тем обыскивал тела злоумышленников, судя по всему, совсем не был удивлен этой дискуссией. Хотя я ясно видела, что его терпение было на исходе. Поэтому он, видимо, решил вмешаться.

– Придет еще больше людей. Эти фахины работали только ради выкупа. Но те, кто придет следом, не будут так вежливы по отношению к вам.

– Нет никого, кто заплатил бы за нас выкуп, – вздохнув, постановила Дженни.

Ноар тихо фыркнул:

– Вы будете удивлены.

– Я хочу сейчас же знать, что здесь происходит! – Ник был практически в ярости. Его руки беспомощно сжались в кулаки, пока он злобно смотрел на Ноара. Я не могла винить его. Даже если это было совсем неподходящее время для того, чтобы терять самообладание.

Я как раз раздумывала, как успокоить Ника, когда Ноар бесцеремонно схватил моего брата за ворот.

– Я уважаю твое желание защитить своих братьев и сестер, но у нас нет сейчас времени на разговоры о компетентности. Если бы я хотел что-то сделать с вами, вы были бы давно уже мертвы. Так что делай то, что я говорю, и радуйся тому, что я не принуждаю тебя, – прошипел он с отчетливым предупреждением в голосе. Какое-то мгновение Ник, казалось, хотел возразить, но потом кивнул:

– Мудрое решение. Мы выдвигаемся через пять минут. Упакуйте теплую одежду, оружие и все, что может пригодиться. Но только легкие сумки. Мы должны передвигаться быстро.

Время сказок в китайском ресторане

Ноар вел нас через лес. Уже рассветало, но холод ночи все еще неумолимо сохранялся в промокшей под дождем долине. Хотя я и одела себя, Мо и Анни как можно теплее, мы замерзли, преодолев первые несколько километров. Ноар периодически останавливался, чтобы замести наши следы и определить дальнейший путь. Однако, я думаю, он это делал чаще, чем требовалось, чтобы позволить нам немного перевести дух. Когда Адам снова пришел в себя, он, конечно, был не в восторге от того, что мы доверили наши жизни незнакомцу. И, как и Нику, Адаму пришлось сначала иметь дело с Ноаром, прежде чем неохотно уступить ему лидерство. Я была обеспокоена тем, как происходящее влияло на нас.

Даже несмотря на то, что я считала Ноара в высшей степени опасным, стоило признать, что без него мы бы не справились. К тому же он ни разу не использовал против нас свою волю. Я знала это, потому что уже несколько часов не спускала с него глаз, уставившись в широкую спину, скрытую под этим необычным плащом. В дневном свете его волосы выглядели чуть ярче: они уже не были похожи на засохшую кровь, а скорее напоминали каштаны на солнце. Он передвигался быстро и уверенно. Было в нем что-то кошачье, правда, что-то от очень большого кота. Мускулистый и с острыми зубами. Играть с ним было опасно. Вот черт! В мыслях я вылила себе на голову ведро ледяной воды. Я ведь на самом деле только что пялилась на Ноара и наградила его такими же глупыми кошачьими сравнениями, как и он меня! Да, он был привлекателен, и у меня уже было достаточно (пусть и несущественного) опыта с парнями, чтобы понять, что такое влечение. Это была простая формула природы. Женщина в беде + сильный защитник = праздник для гормонов.

Теоретически это все имело смысл, просто жизнь продолжалась даже после чрезвычайной ситуации, и тогда сильные защитники часто становились отъявленными психами или нуждающимися в помощи совершенно разбитыми людьми. Кроме того, здесь и сейчас, безусловно, была наихудшая ситуация, чтобы надевать розовые очки. И у Ноара словно табличка светилась над головой с надписью «ОПАСНО!». Так что он мог уже не раз быть героическим спасателем… Нельзя терять голову!

– Долго еще? – тихо спросила Анни, когда мы снова остановились передохнуть под парой елей. Я посмотрела на нашего самопровозглашенного предводителя, который только что поднялся на возвышенность, и вздохнула.

– Не знаю, но я выясню это.

Пока Ник раздавал несколько злаковых батончиков, я последовала за Ноаром вверх по склону. Вернее, я поскользнулась и ползла, потому что мокрая листва и грязь мало способствовали стабильному равновесию. Оказавшись, наконец, наверху, я крайне удивилась тому, как далеко мы уже зашли. По другую сторону склона проселочная дорога петляла сквозь лес. Если я правильно запомнила карту нашего участка и окрестностей, то позади нас должно было быть уже более пятнадцати километров.

Мрачный взгляд Ноара уперся в дорогу, где редкие машины проносились мимо. Как раз когда я хотела дать о себе знать, он, не оборачиваясь, сказал: