По мостовой из звёзд - Иван Галкин

Посол смотрел на появившегося как на равного. И как с равным завел разговор, когда седоволосый лесник приблизился.

Лесник оглядывал посольство, вслушиваясь в слова посла. Затем что-то спросил у своего сопровождающего. У посла вопросов почти не задавал. Только один был сказан с явным непониманием:

— Что за мальчишка? — спросил лесник, указав на Сашу.

— Член посольства… от церкви.

На лице лесника явно читалось отношение к послу, взявшего в земли врага мальчишку. Но он ничего не сказал.

— Владыка на охоте. Несколько позже он примет вас в общинном доме. За совместной трапезой в честь вашего прибытия. Пока же попрошу вас располагаться на постой.

Лесник разделил их на две группы, направив в два больших дома.

Кром глядел вслед княжеским посланникам. Что скажет Владыка? Примет ли мир? Кром никогда не мог угадать его поведения. Он вздохнул и отправился на доклад.

Саша обернулся на пороге, взглянув на седого лесника. И вдруг Ворон показал ему образ.

Деревня горела. Под гогот товарищей, огромный воин в серой накидке пронзил бородатого мужика. Убитый нелепо запрокинулся на спину, дополняя картину. Земля была устлана телами и больше всего здесь было тел в буро-зеленых накидках. Еще недавно они, как и погибший, выскакивали из домов с рогатинами и короткими луками.

Женщины и дети до сих пор прятались в тех домах, что были еще целы. Воины со смехом выволакивали их наружу. Кого несли, кого тащили за волосы. Воины получали свою награду от жизни. Слабые — свою.

Высокий и широкий в плечах мужчина сидел на крупном стиде, наблюдая за грабежами. На голове его сидел шлем с металлической фигуркой шестилапого ящера. Изогнутый меч, с рукояткой, оканчивающейся коротким кинжалом, был чист. Здесь не было необходимости показывать храбрость. Лишь очередная деревня лесников на его пути. Пути на юго-восток.

Выходить им не давали. Снаружи стояла стража. Уставшие дружинники вповалку дремали на лавках. Только посол не спал, нервно размышляя. Но сидеть взаперти пришлось недолго.

Через пару часов зашел седой лесник. Посольство разоружили. Дружинники с тревогой переглядывались, но сдавали мечи. Затем их проводили в общинный дом.

Княжеских посланников ждал огромный стол, составленный из нескольких поменьше. Рассаживались по лавкам, по одну сторону стола. По другую сторону сидели лесники. Обе стороны напряженно, но с интересом разглядывали друг друга.

На столе дымились мясные блюда — птица, мясо. Ждала рыба и холодец, мед и пироги. Соленья и кувшины с брагой. Никто не начинал — ждали Владыку.

Наконец он появился в сопровождении десятка телохранителей. Каждый из которых был вооружен. Они заполнили зал, но не садились. Не сел и сам лесной вождь. Он одет был в серо-зеленую одежду из волчьих шкур, на плечах лежала серебряная мантия, а лицо закрывала зеленая маска. Сапоги были грязны.

Судя по костюму, Владыка не удосужился по прибытии переодеться для приема послов. Разве что накинул поверх охотничьего костюма мантию. В голове Саши настойчиво пульсировало: «Опасность!». Ворону даже не нужно было говорить этого, хотя он и произнес:

— Вас будут убивать.

Дружинники напряглись, но с мест не вставали. Только посол поднялся со своего места и поклонился вождю лесного народа.

Саша видел, как в узких прорезях маски горели глаза Владыки. Не было в них ненависти. Но было уже утвердившееся мнение — Владыка видел перед собой врагов. Врагов, борьба с которыми была смыслом его жизни. Врагов, с которыми нельзя было проявлять слабости и милосердия.

— Приветствую, Лесной Владыка… — начал посол.

— Что тебе нужно здесь? — жестко прервал его вождь, упредив цветистую речь.

— Я направлен к тебе, Владыка леса, от светлейшего князя Верского, дабы предложить народу вашему мир и…

— Я не желаю слушать твои речи. Говори сразу, что ты предлагаешь?

— Светлейший князь признает силу лесного народа, и, обращаясь к твоей мудрости Лесной Владыка, предлагает земли восточные, со всеми деревнями и людом…

Владыка расхохотался.

Это было намного позже. Огромный меч с волнистым лезвием снес варвару голову одним ударом, оставив изорванное туловище истекать остатками жизни. Стройный черноволосый мужчина, еще совсем молодой, оправил матово-черный плащ с изображением ласчи на нем.

Подошел воин в забрызганной кровью кольчуге.

— Это все, Ульр, — сообщил подошедший.

— Нет, — Ульр оглядел поляну, заваленную буро-зелеными телами и стройные ряды деревьев вокруг. — Где-то здесь их селение. Во имя Пальда, так просто мы отсюда не уйдем.

Он посмотрел на солдат, уже примеривавшихся к скудной одежде убитых и на его тонком лице проступило презрение.

— Собери их. Мы зайдем глубже в чащу. — С этими словами мужчина в черном снова закинул меч за спину и несильно ударил стида каблуками в бока. Стид неторопливо побрел вперед.

— Предлагает! Князь земли предлагает, — Владыка снова рассмеялся. — То есть отдать. Ты думаешь, эти земли ваши? Или, может, ты думаешь, мы не способны их вернуть? Мне не нужно ваше разрешение, как и ваш мир. Я возьму всё сам.

Владыка склонил лицо к послу.

— Я приму ваших послов, когда получу желаемое. Сильный диктует правила. Вы научили этому наш народ и, не насмехаясь, я благодарен за это. Вы вернули нам благосклонность богов. Теперь пора насытить их.

Владыка отступил назад и взмахнул рукой. Его тут же закрыли телохранители. И в двери тут же ворвались вооруженные лесники. Уже сидевшие дружинники вскакивали с мест. Часть окружала посла, часть хватала ножи со стола, готовясь встретить ворвавшихся в избу.

В этот момент Сашу охватила злость. Он пришел сюда, чтобы помочь заключить мир, но этот, человек даже не слушал их. Собирался убить их из прихоти. Убить пришедших со смирением.

И Саша ничего не мог сделать. Мечтал что-то изменить, и не мог ничего. Когда он подумал о том, что Лера ждет его, а месяц уже давно истек и ничего не изменилось за это время… Ярость захлестнула его волной. Даже во время наступления ришей им двигало желание защитить, желание прекратить бой. Сейчас была только ярость.

Словно слепой, мальчик поднялся со скамьи.

По всему поселению заскулили хаяс. Бились о двери загонов, рвали привязи. Хорхи разом бросились прочь из деревни, поджимая хвосты. Стаи ручных сидов вырывались из своих темных клеток, взмывая над лесом. Даже людей охватил беспричинный страх. Словно все они были лишь игрушками, поделками кукольника. И хозяин готовился смести деревянные фигурки со стола.