Очень долгое путешествие, или Инь и Ян (СИ) - Соловьёва Яна

— У них не так много вариантов, поэтому они повторят тактику Хенсельта, понадеявшись на численный перевес.

— Значит, для меня пункт первый — лагерь, где они встанут, — я поставила свой крестик на карте. — Потом нужно дать им возможность прорваться ко входу в Тоннель Основателей.

— И они не должны заподозрить, что мы этого хотим, — дополнил Иорвет.

Саския кивнула:

— А после того, как они разделятся, и часть уйдёт в шахты…

— Навсегда, — гоготнул Ярпен.

— Оставшиеся, а их всё равно будет не меньше пяти тысяч, — Саския недовольно глянула на краснолюда, — пойдут к западным воротам.

— Ещё часть они пустят на прорыв у восточных ворот, — добавил Иорвет, — требушетов у них полно, будут пробиваться и там и тут. К северным воротам подъезда нет.

— И ещё маги…

— Мы с Титом заготовим бомбы с двимеритом, это должно ослабить силу магов, — начала я. — Но вот что меня волнует…

Саския, почуяв перемену в моём голосе, подняла глаза от карты.

— Рецепт пороха прост. И если сейчас мы можем сыграть на неожиданности, то потом так или иначе Нильфгаард его узнает. И хоть у них нет таких запасов селитры… В общем, я думаю, как бы нам скрыть то, что порох можно легко произвести самим.

Ярпен задумчиво поскрёб бороду:

— Жалко, что у нас нет чародея, можно было бы сделать вид, что это его рук дело…

— Значит, надо его придумать, — вкрадчиво сказал Иорвет. — Сделаем куклу, поставим сверху на ворота, где стояла чародейка Эйльхарт. Издалека никто и не разберёт.

— Решено, — кивнула Саския, — теперь ещё раз шаг за шагом…

Домой я шла в приподнятом настроении. У меня появилась мысль, что если нашему чародею воткнуть в руки бенгальские огни, то он будет выглядеть совсем как настоящий. Воландеморт! Трепещите, нильфгаардцы! Я рассмеялась и толкнула дверь.

Раздался сдавленный смешок, и я увидела обнажённую Шани, восседающую на бёдрах Александра. Шани потянула на себя покрывало.

— Ширма, товарищи, величайшее изобретение человечества, и она у нас есть! — выпалила я и, сдерживая смех, проскользнула в свою комнату.

За спиной послышалось хихиканье и возня. Я бухнулась на постель — подходящее время, чтобы отправиться в наш мир, надо почитать про бенгальские огни. Надев на палец кольцо, я уснула под успокаивающие охи и вздохи из соседней комнаты.

***

Напряжение нарастало. Иорвет получал отчёты от скоя'таэлей — войска Нильфгаарда перешли Дыфню и двинулись к Вергену. Последние обозы с женщинами и детьми из деревень отправили в ближайшие города долины. В Вергене остались только жители и те, кто мог хоть чем-то помочь. Приезжих перевели внутрь городских стен и разместили в старых шахтах.

Мы с Титом приводили в исполнение план: краснолюдские портнихи шили из тонкой кожи оплётки для бикфордовых шнуров, которые потом смолили, кузнецы отливали корпуса бомб. Первую половину дня я проводила в седле, чтобы с точностью до метра рассчитать места для закладки бомб, время, нужное для подрыва, и длину шнуров.

Скален и Сесиль Бурдоны помогали подготовить Тоннель Основателей к приёму гостей.

Пару раз я заходила в лагерь скоя'таэлей, чтобы проведать Мону, но она уехала. У белок было много дел за городскими стенами. На вергенских площадях с утра и до вечера шли учения. Вчерашние крестьяне уже слаженно отрабатывали удары под резкие команды аэдирнских рыцарей.

С Иорветом я пересекалась только на вечерних советах, и у меня совершенно не было возможности рассказать ему, наконец, про поручение Аэлирэнн. Сейчас это всё равно было не актуально, и я решила отложить разговор на потом.

В народе поползли слухи о тайно прибывшем в город волшебнике, адепте чёрной магии. С помощью скоя'таэльских эльфиек мы соорудили несколько кукол в одинаковых тёмно-синих одеждах с восковыми мрачными безносыми лицами. Одной из кукол, давясь от смеха, вместо головы мы вставили череп от шаниного скелета. Воландеморт обрёл плоть.

Вечерами мы с Шани варили эликсиры. Я отыскала шпаргалки с рецептами, и мы растирали, уваривали, взбивали и перегоняли ингредиенты. Днём она пропадала в госпитале, который оборудовала для предстоящей битвы, и лечила раненых аэдирнцев. С местным доктором, низушком Виго Бамбергом, у медички разгорелась настоящая война. Как-то я застала в госпитале почтенного травника, который тряс от негодования головой.

— Гангрену нельзя остановить примочками из трав, — Шани промывала в спирту инструменты.

— А вам бы всё только отрезать да выкинуть! — плевался Виго.

— Самое эффективное лечение травами, которое я знаю, — Шани звякнула ножовкой, гневно сверкнув глазами на травника, — крапивой по жопе! А теперь, покиньте операционную!

Она повернулась к аэдирнскому рыцарю с размозжённой ступнёй, пальцы которой начали гнить от гангрены. Совершенно белый, как полотно, тот беспомощно переводил взгляд с Шани на травника. Дверь в операционную захлопнулась. Я прошла мимо к залу советов.

***

Вечером в Вергене зазвонил колокол. Осталось два дня до подхода армии нильфгаардцев. У нас с Титом всё было готово: бомбы зарыты, заложены в шахты; огнепроводные шнуры выведены, строго следуя плану. Про себя я молилась, чтобы не пошёл дождь — обеспечить достаточную герметичность шнурам было невозможно.

Ещё раз навестив эльфийский квартал, я, к своей радости, обнаружила, что Мона вернулась.

— Приходи вечером в таверну, — она обняла меня и потёрла глаза, размазывая пыль на усталом лице.

В таверну мы пришли вместе с Шани и заняли крохотный столик в углу, где я сидела с Мюриэль в прошлый раз.

— У тебя большой запас эликсиров для снятия опьянения? — спросила медичка.

— Хватит на целую армию.

— Отлично, мне они сегодня понадобятся. Эй! — Шани замахала руками трактирщику, — бутылку вина, нет, две! И стейк с кровью!

Тот ухмыльнулся. За столик присела Мона, и я познакомила её с медичкой.

— Как дела за городом? — спросила я.

Эльфийка осунулась, черты лица обострились, а глаза, казалось, стали ещё больше.

— Пока всё по плану. Все наши стянулись в город, только от отряда Гвеннита, который шёл со стороны Дол Блатанна, нет никаких вестей. Иорвет беспокоится.

Краснолюд-трактирщик подтащил на подносе вино, расставил тарелки с мясом. Шани взрезала свой кусок.

— Это кто же так мясо с кровью готовит? — повернулась она к нему. — Тут уже не только крови, тут и сока не осталось — подошва, как есть. Запомни, снимать с огня надо ровно между второй и третьей степенями ожога!

— Работы много, милсдарыня, не уследил. Целый день котлы ворочаю, руки уж не подымаются. Мне б массаж. Говорят, у лекарей новое слово в лечении, — краснолюд лукаво посмотрел на Шани.

— Массаж сковородкой. Без проблем, записывайся в очередь, — отрезала она.

Мы с Моной покатились со смеху. В таверне стоял возбуждённый гул, посетители пили, как в последний раз. Для многих он и был последним, это понимали все. Волнение и волны страха накатывали на меня, и я тоже забывалась, подливая вино в свой бокал и глядя на Шани с Моной, которые болтали и смеялись так, как будто предстоящая битва ничуть их не пугала.

Один из скоя'таэлей взял в руки лютню и заиграл. Меня разморило, я прислонилась к стенке и поняла, как сильно устала за последние дни.

На другом конце зала я видела Иорвета, который сидел за таким же маленьким столом, как у нас, вдвоём с Саскией. Они разговаривали, глядя друг на друга так, будто мира вокруг не существовало.

— Последняя почта! Последняя почта! — прыщавый паренёк с явно недавно сломавшимся голосом пытался перекричать гул таверны. Открыв пухлую сумку, он доставал конверты и пакеты.

Сегодня Верген окончательно закрыл ворота, связи с большой землёй больше не будет до конца сражения. Почтарик переходил от одной группы посетителей к другой и вручал посылки и письма. Я вернулась к вину и уже позабыла о нём, когда в мою сторону стали тыкать пальцами, и юный почтальон подошёл к нашему столу.

— Ведьмачке письмо, тут так написано.