Тран. Создатель чудовищ - Джордж Кинг

– Значит, ты все-таки выжил, – бесстрастно констатировала женщина. – Это хорошо. Я пришла за тобой. Постоянный портал открыт. Я расколола кристалл. Закрыть его можно только с помощью точно такого же камня.

Она подхватила Явгмота под руку и шагнула в межмирие. Они понеслись по пустынным пространствам: мироходец, величественная и спокойная, и согнувшийся пополам, растерянный бог.

Вступив в первую сферу, спутники оказались на опушке леса. Перед ними зиял круглый провал в темноту.

– За ним Пещеры Проклятых, – указала на портал Дайфт, отпустив его локоть.

Явгмот направился прямо в сияющую черноту. Попав в пещеру, он увидел невысокий пьедестал, с трех сторон окруженный зеркалами. Посередине лежала раскрытая книга. Ее металлические, испещренные загадочными знаками страницы слабо мерцали в свете, льющемся из открытого портала. Мироходец называла это сооружение якорем, удерживающим проход во времени и пространстве. Сложное устройство предназначалось для связи Доминарии и Фирексии и являлось не чем иным, как замком, ключом к которому служил опустевший, расколотый надвое кристалл, помещенный в самый центр книги.

Протянув ладони, Явгмот почувствовал его остывающее тепло. Последние искорки энергии пробежали по граням камня. Глубоко вздохнув, целитель положил обе половинки в карман. Их нужно спрятать в надежном месте, чтобы никто не смог сделать копии и закрыть портал.

– Безопасное место. – Горькая усмешка скользнула по его лицу, и в этот момент до слуха долетел тихий протяжный стон. Явгмот поднял голову и попытался определить источник звука.

Соседняя пещера была переполнена. На целителя смотрели сотни испуганных глаз. Лежа в своих ячейках, больные со страхом рассматривали спасителя, возникшего из ниоткуда. А потом бледные, изъеденные проказой лица засветились надеждой на исцеление. Между рядами ячеек белыми призраками стояли медики.

И прокаженные, и целители замерли в напряженном ожидании. Они ждали, когда их пригласят в новый рай.

Спаситель простер вперед руки и радостно воскликнул:

– Добро пожаловать, дети мои! Добро пожаловать в Фирексию!

Явгмот вдруг поймал себя на мысли, что испытывает к Гласиану некоторую симпатию. Устало опустив плечи, он сидел на высоком металлическом стуле рядом с ячейкой изобретателя и сквозь прорезь в повязке оглядывал опустевшую пещеру. Все пациенты уже были переправлены в новую лечебницу. Все, кроме Гласиана.

– …говорит, что больше не желает подвергаться этим… необычным… процедурам, – деликатно перевела Ребекка невнятную речь мужа и, смущенно поправив защитную маску, продолжала: – Он говорит, что по горло сыт пересадками кожи, инъекциями и компрессами…

– Если бы не все это, он бы уже умер, – возразил Явгмот, тупо уставившись на свой мешок с инструментами.

– Вы и ваши чудовища-евгенисты! – выпалил Гласиан. – Вы и ваши сумасшедшие ученые. Я видел ампутированные конечности и лица, сшитые из кусков. Я видел всю ту мерзость, которую вы скрываете внутри этих саркофагов!

– Он говорит, что отказывается от применяемых здесь методов лечения и просит вернуть его собственные аппараты.

– Эти аппараты работают от силовых камней, – проговорил целитель, – они убивают его. Разве ты не сказала ему о новой лечебнице и о новом мире?

Ребекка только раздраженно пожала плечами:

– Конечно рассказала. Он не верит ни одному моему слову. Извини, но он считает это одной из твоих уловок.

Явгмот склонился над изможденным телом гения и принялся терпеливо объяснять необходимость перехода в новый лазарет:

– Там применяется совершенно другая, намного более эффективная терапия. Я говорю о ваннах из нефти и ее составляющих. Смесь проникает в кровь, блокируя силовое излучение. Многим становится значительно лучше. Есть и другие методы. Например, имплантация деактивированных камней. Их вшивают в мышцы бедра, и кристалл начинает вбирать в себя излишки вредоносной энергии. Прооперированные пациенты практически исцелились, существенно укрепив свой иммунитет. Более того, их организмы приобрели способность не только регенерировать ткани, но и усовершенствовать их.

– Хватит! – прошипел Гласиан. – Довольно и того, что ты упек меня в свое подземелье и содрал мою кожу. Теперь ты хочешь перетащить меня в какой-то мифический мир и сделать из меня чудовище?!

– Он говорит, что не хочет никуда переезжать! – покачав головой, перевела Ребекка.

Явгмот еще некоторое время разглядывал струпья и гнойники на теле Изобретателя, а затем проговорил:

– Хорошо… я намеревался сообщить вам об этом в новой больнице… Кажется, я понял, почему он не выздоравливает… – Он поднял глаза на женщину.

– Не слушай его, – рычал Гласиан.

– Замолчи. Я хочу знать, – волновалась Ребекка. – Продолжай, Явгмот.

Целитель вновь задумчиво посмотрел на пациента:

– Инфекция… мне не удается справиться с ней. Джикс ведь ударил его силовым кристаллом…

– Да, Джикс. Твой прихвостень… – бесновался гений.

– Молчи, – оборвала его жена.

– Потом кристалл извлекли из раны. Возможно, он был поврежден, и, возможно, осколок камня все еще находится в теле, провоцируя дальнейший распад тканей. Если бы я только мог заново вскрыть рану и удалить его…

Услышав это, Изобретатель даже попытался подняться:

– Нет во мне никакого осколка!

Ребекка испытующе смотрела на Явгмота.

– Вы действительно считаете, что есть такая возможность? Вы думаете, что после операции Гласиану станет легче?

– Да, я так думаю, – ответил целитель.

Глубоко вздохнув, женщина сжала кулаки. Было видно, с каким трудом дается ей решение.

– Я не хочу, чтобы мой муж опять страдал от боли.

Явгмот устало кивнул и потянулся к мешку с инструментами. Ребекка с тревогой следила за его плавными точными движениями. Натянув перчатки, он достал наполненный шприц и уверенно ввел иглу в бедро Гласиана.

– Как ты можешь позволить ему… – Не договорив, Изобретатель откинулся на подушку и закатил глаза.

Женщина вскрикнула. Склонившись над супругом, она хотела опустить его веки, но не решилась прикоснуться к обезображенному лицу.

Между тем Явгмот обследовал шрам на животе Гласиана. За последние годы рана много раз открывалась и затягивалась вновь, а теперь при малейшем нажатии треснула и разошлась, как перезрелый стручок. Целитель слегка раздвинул края и присвистнул.

– Необходимо сделать расширяющий разрез, – констатировал он.

Ребекка отвела взгляд.

– Делайте то, что считаете нужным.

Она достала из мешка и надела пару перчаток. Гласиан тихо застонал. Женщина прикрыла его веки и нежно погладила супруга по щеке. На подушку капнули слезы.