Королевская страсть - Патриция Хортон

Она чувствовала тревогу, подобно тому, как беспокоятся животные перед грозой, реагируя на изменение атмосферы. Барбара старалась по возможности не думать о предстоящей женитьбе Карла, и тем не менее эта мысль жила в ней и омрачала счастье. Часто впадая в уныние и раздражаясь, она все же пыталась скрывать свое настроение от Карла. Он так любил мирную спокойную жизнь! Но ей не всегда удавалось совладать со своим вспыльчивым характером, и подчас она причиняла ему боль, устраивая сцены ревности. Он терпеливо сносил ее дурное настроение, но больше не находил милым и очаровательным ее необузданный темперамент, как в те времена, когда она впервые выпустила коготки.

Однажды ночью она колотила Карла своими маленькими кулачками и кричала:

— Конечно, мы могли бы пожениться! Я тоже принадлежу к древнему знатному роду! — Крупные слезы катились по ее щекам, а рот искривился в гримасе мучительной боли.

Карл перехватил ее руки и вздохнул, взглянув на ее разгневанное лицо.

— Но, милая, ты так же бедна, как и я.

В другой раз он успокаивал ее, крепко прижав к себе:

— И к тому же ты замужем, любовь моя. Возможно, абсолютный монарх мог бы избавить тебя от мужа и сделать королевой, но я взошел на трон Англии по воле этих людей, и они закрывают глаза на наш роман, но не позволят, чтобы их королевой стала разведенная женщина.

У Барбары еще была слабая надежда, что Карл отменит свадьбу, надо только умело повести себя, найти правильные слова, и тогда она убедит Карла, что он может жениться только на ней.

Утром в день коронации Карл рано покинул ее постель, спеша начать приготовления к пышной праздничной церемонии. Барбару весь день обуревали противоречивые чувства. Наконец настал долгожданный день! Прошло время бесконечных заговоров и тайных собраний. Как они мечтали о моменте, когда корона Англии будет возложена на голову Карла Стюарта. И однако… другая женщина будет сидеть рядом с ним на троне.

Охваченная суматохой всеобщего возбуждения Барбара радовалась вместе со всеми. Народ ликовал так же, как год назад в день въезда короля в Лондон.

Один момент живо запечатлелся в памяти Барбары. Тот волнующий момент, когда король в своем парадном облачении склонил темноволосую голову и на нее возложили корону Англии. Тысячи голосов слились в едином крике: «Да здравствует король!», и Барбара заплакала от радости, не скрывая своих слез.

Она обожает этого мужчину и постарается сегодня ночью подарить ему райское наслаждение, ее страсть и любовь прозвучат финальным аккордом этого незабываемого дня. Она чувствовала восторг при мысли, что именно она, Барбара Палмер, царит в сердце короля в важнейший день всей его жизни! Именно она делит с ним королевское ложе! Катерина еще в далекой Португалии, а этот момент безраздельно принадлежит Барбаре. Она знала секрет счастья: надо уметь отбросить тревожные мысли о будущем, не позволять им роиться в голове и портить настоящее, надо наслаждаться сегодняшним днем, одним мгновением.

На следующее утро, взглянув на маленькую Анну, Барбара почувствовала, что новая жизнь шевельнулась в ней. К горлу подступил комок, ведь всем известно, что Анна — дочь короля и что Барбара носит другого ребенка королевской крови в своем чреве. Почему же из-за такого пустяка — всего нескольких слов, произнесенных у алтаря, они с Карлом не могут признать их открыто?

Настроение Барбары совершенно испортилось; бросившись на кровать, она в бессильной ярости колотила подушку.

«Вот если бы Карл был Генрихом VIII, — думала она. Но быстро поправила себя: — Нет, не хочу! Терпеть не могу толстых мужчин». Она приподнялась на локтях, задумчиво откинув голову на спину. А все-таки интересно, насколько сильно Анна Болейн и Катерина Говард любили Генриха? Могли ли они умереть за него? История описывала их как жадных до власти и эгоистичных куртизанок. Но история могла то же самое сказать и о Барбаре.

Возможно, вместо смиренного подчинения необходимости женитьбы Карла Барбаре следовало бы эффектно подставить свое белое горло под нож. Она попыталась представить себе, как бы вел себя Карл во время этой экзекуции, но не смогла.

Тихо открылась дверь, и в комнату проскользнула Нэнси.

— Вы не собираетесь ложиться спать?

Барбара села и протянула к ней руки.

— Ах, Нэнси, тебе всегда можно было доверять! Скажи, разве я не подхожу на роль королевы?

— Вы же королева его сердца, — успокоила ее Нэнси.

— А что будет, когда мне стукнет семьдесят и я сморщусь, как печеное яблоко? И еще того хуже — озлоблюсь от постоянных схваток с придворными? Будет ли он любить меня тогда? Буду ли я сама любить себя тогда? — закончила Барбара.

— Пойдемте, — спокойно сказала Нэнси. — Вы переволновались и устали. Сейчас самое время выпить теплого настоя и лечь в постель.

Барбара с облегчением отдалась во власть Нэнси. Вскоре, погружаясь в сон, она по-детски сказала:

— Нэнси, наверное, я малоприятная особа. У меня отвратительный вспыльчивый характер!

Все оставшиеся до приезда Катерины месяцы Барбара старалась, старалась изо всех сил быть милой и покорной, чтобы покрепче привязать к себе Карла. Но ее хандра усиливалась, и, поскольку они проводили вместе целые дни, Карл начал уставать от этого.

Как-то она обвинила его в трусости и с презрением говорила, что он не настоящий мужчина, раз не может жениться по любви. Самообладание наконец изменило Карлу, и лицо его угрожающе потемнело.

— Я хочу, чтобы этот брак был похож на браки предков, основанные на взаимном уважении и внимании. Возможно, мне повезет, и у нас с Катериной получится такой союз. Насколько я понял, это милая леди с мелодичным голосом и спокойными манерами. — Он окинул Барбару гневным взглядом, прежде чем уйти. — С тобой же мне явно не найти покоя!

Барбара несколько мгновений ошеломленно смотрела на захлопнувшуюся за ним дверь, затем схватила туфельку и с размаху швырнула ее вслед Карлу.

— Будь ты проклят, Карл Стюарт! Ненавижу тебя! Никогда больше не подпущу тебя к своей постели!

На следующую ночь она лежала, уютно положив голову на его плечо, нежно прижимаясь к нему, точно листок к стеблю цветка. Стараясь доказать свое превосходство над остальными женщинами, Барбара превзошла самую себя в любовных играх. Ей нечего бояться, эта португальская дурочка не затмит ее в искусстве любви! Барбаре хотелось навсегда запечатлеть в душе Карла свою огненную страсть.

Они узнали день прибытия Катерины в Англию. Барбара очень расстроилась, осознав, что это время приходится на конец ее беременности. Значит, она будет в муках рожать его дитя, пока он будет целовать ручки новой королевы!