Диагноз: женщина - Ирина Чернова

- Спасибо, дорогой, - Каррина была сама любезность. - Господа, было очень приятно с вами познакомиться. Райда, ужин был выше всяких похвал, ты хорошая хозяйка. - С этими словами она взяла кувшин вина со стола и подозвала слугу. - Отнеси к нам с мужем этот поднос, мы поужинаем вдвоем.

И уже почти у выхода, полуобернувшись, бросила через плечо:

- Запомните все - мы сперва бросаем ножи, а потом спрашиваем что за дело к нам. Имена нас совершенно не интересуют. Герхарк, я жду тебя. Провил, ты как командир решай, когда мы уйдем из этой дыры.

В комнате Каррина сняла с себя жилет, перевязь с ножами, пояс и села в кресло, улыбаясь в глаза Герхарку. Тот сидел в одной рубашке, заправленной в штаны и постукивал пальцами по подлокотникам, собираясь с мыслями. Эмоции почти не отражались на его лице, со стороны казалось, что он совершенно равнодушно смотрит на нее черными раскосыми глазами, но Каррина совершенно точно знала, что это не так. В первую очередь она была женщиной и хорошо чувствовала отношение к себе, под какой бы маской оно не скрывалось. И про Герхарка она знала все...почти все, чтобы быть уверенной в сегодняшнем разговоре с отцом.

- Каррина...- голос мужчины звучал низко и хрипло, у них у всех были такие голоса, но он еще и волновался, - Каррина, ты перед отцом назвала себя моей женой. - Он перевел дыхание и сжал подлокотник. - Я могу спросить, почему ты это сделала? Тебе надо было сбить спесь с отца и мачехи, а я подошел для этого больше всего? Тебе это удалось, я заметил. Если ты больше во мне не нуждаешься, я уйду к Провилу в комнату, когда в коридоре никого не будет и не буду тебе мешать...

- Герхарк, а сам-то ты действительно хочешь уйти? - девушка уже не улыбалась, она смеялась и серые глаза смеялись тоже веселыми искорками. - Ну, что же ты молчишь? - И притворно тяжело вздохнула, - ну до чего же вы, мужчины, бываете глупы, хоть вы люди, хоть арки, хоть гоблины, все вы совершенно одинаковы...когда дело касается женщин.

Герхарк действительно не мог в это поверить, поэтому только помотал головой и спросил:

- Каррина...не может быть...но почему я? Это действительно правда?

Девушка уже сидела у него на коленях, обнимая за шею, мужчина прижал ее к себе, чувствуя, как бьется ее сердце через тонкую рубашку и уже почти нашел ее губы, как она ответила:

- Потому что ты всегда закрывал меня по ночам вторым одеялом.

Дальше в комнате были слышны только звуки поцелуев...

Из замка отряд ушел утром следующего дня. Новость о Каррине и Герхарке быстро распространилась, восприняли ее все спокойно, поудивлялись немного - и все. Ну, любят друг друга - и хорошо. А то, что она человек, а он - арк, так до этого никому не было дела.

Вместе они пробыли в отряде пять лет. Провил перевел наемников на королевскую службу, обеспечив и себе командирство и новым королевским солдатам прикрытие власти. Король был умным человеком - зачем гонять по всей стране отряды наемников, когда их можно приспособить к делу - быть на страже королевства и поддерживать существующую власть. В городах жизнь легче, но бывшие наемники - особый народ, они не признают над собой воинской дисциплины, потому такие отряды было решено отправлять на граничные рубежи Тигории. Пусть строят там крепости, обживаются, отражают всяческих супостатов, разевающих рот на королевские земли, а взамен они имеют вполне легальное существование, вполне приличную свободу действий и своих командиров. Ну стоит ли проводить расследование, кто там вылез из гор, писать докладные и спрашивать разрешения - не нарушают ли действия какого-нибудь договора? Солдаты с границы сами вызнают, кто и зачем пришел, если явный враг, то и уничтожат втихую - никто не докопается. Бывали случаи, что и докапывались, тогда на месте крепости оставалось пустое место, а королевские секретари в спешке отписывались послам, что никто в столице не ведал ни сном ни духом о сей постройке и отряде в ней, а приносим всяческие извинения и т.д. и т.п. И опять спешил курьер с очередным письмом очередному отряду - всегда найдутся желающие ощутить на себе милость королевской власти. Стоило признать, что случаи такие бывали редки...но бывали.

Отряд Провила осел на севере королевства, основав очередную крепость и в ней потекла такая же жизнь, как и в других, подобных ей. Сын Каррины и Герхарка родился в этой крепости и с мечом начал управляться раньше, чем ходить, как шутили бойцы. Со временем они перебрались в город Угор, где Герхарк занялся обучением молодежи. Их союз вызывал сперва шок у людей, но потом к ним привыкли и даже гордились знакомством с ними. За Схаркром родились Айхара и Уркхарт - имена у всех были аркские, Каррина отказалась называть детей именами своего рода, тем более, что все они были похожи на Герхарка - смуглая кожа, продолговатые лица, черные раскосые глаза и небольшие клыки, которые были видны, когда дети говорили или улыбались. Черные волосы они традиционно связывали в хвост на затылке, падающий до плеч - головы брили только степные арки. Каррина своих детей очень любила, Герхарк же ставил жену выше детей и она знала об этом, хотя и сожалела. С отцом она больше никогда не виделась и даже не стремилась узнать о его дальнейшей жизни с Райдой. Как образованная дочь лерда, Каррина настояла, чтобы все дети получили хорошее образование, и Герхарк с ней согласился. Старший сын уже был хорошим мечником, потом его потянуло на приключения, но Герхарку с Карриной это не понравилось, они видели будущее сына в продолжении учебы в столице, возможно - в воинской Академии. Возник конфликт, Схаркр ушел из дома и с тех пор редко появлялся в окрестностях Угора. Он походил с отрядом наемников у Кобольдовых гор, перешел в крепость Провила, где встретил старых друзей отца, успел присоединиться к королевским солдатам и с ними дойти до столицы, пожил там и опять пошел бродить по королевству...Прошло уже семь лет, как он закрыл ворота своего дома.

...Герхарк вернулся из воспоминаний, когда в калитку вошел Лендин со своими чудодейственными настойками. За ним проскользнул Уркхарт - парень уже здорово вырос, ему исполнилось восемнадцать в этом году, он занимался с отцом в школе на мечах, но оружие его не особенно интересовало, читать он любил гораздо больше. Памятуя раздор со старшим сыном, Герхарк уже не настаивал на своем выборе дальнейшей судьбы второго сына - пусть сам определяется, что ему важнее. Еще была Айхара - девушке было девятнадцать лет, о замужестве разговор еще не шел, но кто знает, что еще может послать Судьба? Он повернулся и пошел в дом. Каррина должна подняться, он сделает для это все, что в его силах.

Жутко болела голова. Тошнило, но при каждом спазме желудка в голове что-то взрывалось внутри и хотелось просто умереть, чтобы не испытывать больше ничего подобного. Перед глазами расползалось неясное светлое пятно и было невозможно определить, что это такое. Под щекой и виском было нечто, что кололо кожу, но руки не могли ничего нащупать. Вокруг раздавался странный шум...ветер, что ли...Кажется, так же я чувствовала себя после операции, когда отходила от наркоза. Какая операция, какой наркоз? При попытке встать хотя бы на четвереньки опять затошнило, пришлось отползти подальше, чтобы не упасть лицом в эту мерзость. Зрение оставалось размытыми пятнами, было непонятно где я нахожусь, но ломота в мышцах усилилась настолько, что надо было двигаться хоть куда-то, чтобы она стихла и я опять поползла, натыкаясь головой на шершавые предметы. Под ладонями попадались колючие ветки, листья, трава - может, я в лесу? Вроде бы стало поровнее, под руками уже мелкие камешки, веток нет, но опять затошнило и я рухнула набок, желая только одного - чтобы наконец прошла эта страшная головная боль...