Крестные дети - Николас Колридж

домой? Не хочешь по пути заскочить куда-нибудь?» Но чаще всего она проводила вечера вместе с Кларой, читала ей сказки, которые девочка очень любила, даже несмотря на то, что едва ли понимала, о чем в них рассказывалось. Постепенно Мэри все больше и больше убеждалась, что отцом Клары был не Криспин, и любая мысль о муже причиняла ей мучительную боль.

На развитие дела ушло больше времени, чем она рассчитывала. Экономический спад все усугублялся, и потребность во временных работниках и секретарях становилась все меньше и меньше. Огромное количество людей металось по Лондону в поисках работы. Каждую свободную минуту Мэри тратила на звонки во всевозможные местные компании, уговаривала отделы кадров дать им какую-нибудь работу. Если бы ее прежнее агентство не перепоручило им часть своих клиентов, «Меррет и партнеры» вряд ли пережили бы первые полгода. Со временем Мэри удалось завоевать репутацию надежного поставщика сообразительных и исполнительных работников. Она могла за один день принять несколько десятков девушек и составить правильное впечатление о том, кто из них по понедельникам никогда не приходит на работу вовремя. Ей удалось разработать скользящую систему оплаты (скучные компании — например, финансовые организации — платили по двадцать процентов от годового оклада: «Кристис», «Сотбис», ювелирные и картинные галереи с Бонд-стрит — по пятнадцать, а официальные благотворительные организации вроде «Фонда добровольной помощи музыкантам» — всего по десять процентов).

За шесть первых месяцев Мэри удалось пристроить только одиннадцать человек. За следующее полугодие — тридцать четыре. После обсуждения со Стюартом Мэри решила, что ее дело уже достаточно велико, чтобы она позволила себе нанять второго консультанта. Первый год «Меррет и партнеры» закончили с чистой прибылью в тысячу восемьсот фунтов.

Глава 25. Сентябрь 1986 года

Размещение займа «Группы компаний Брэнда» на Лондонской бирже стало одним из самых значимых событий 1986 года. Еще много лот Чарли Криф любил вспоминать, как он представил Маркуса главному партнеру «Крукшанка и Уиллиса» и договорился об их участии в качестве компании, размещавшей облигации на рынке. Говоря по правде, «Крукшанк и Уиллис» работали совместно с «Роу и Питманом», но Чарли любил хвастаться: «Это было наше дело. Мы пригласили других ребят, только чтобы отдать им старый должок».

Как бы то ни было, выход на рынок такого могучего конгломерата, ведомого великим Маркусом Брэндом, стал главной темой всех газет на несколько недель. Об этом писали не только финансовые разделы. Светские страницы и колонки слухов переполнялись подробностями о лошадях, отдыхе, домах и подружках великого магната, чье состояние через некоторое время должно было перевалить за два миллиарда фунтов.

Всеми единодушно было признано, что это был один из самых успешных проектов на бирже за последние десять лет. Заем «Группы Брэнда» целиком и полностью был детищем своего владельца. Прогноз прибылей на три года вперед обещал заметный рост. Список дочерних предприятий и представительств в регионах занимал больше одиннадцати страниц плотного текста в восьмидесятистраничном рекламном проспекте. Под руководством Маркуса компании начинали приносить больший доход в любом секторе экономики, чем бы они ни занимались. Основными направлениями деятельности «Группы компаний Брэнда» были названы автомобильное производство, выпуск кондитерской продукции и приправ, поставки товаров в страны Дальнего Востока и добыча полезных ископаемых.

Ни одна компания не научилась пользоваться магией связей с общественностью с большим умением, чем «Группа Брэнда». В качестве внешних консультантов использовалась фирма «Дью Роджерсон», а под отдел по связям с инвесторами был отведен весь шестой этаж корпоративной штаб-квартиры. С национальной и международной прессой денно и нощно работали четырнадцать менеджеров, а одним из первых сотрудников нового отдела стал крестный сын Маркуса Джеми Темпл.

Для Джеми это был шанс. Он уже три года работал мальчиком по вызову, — и однообразие этой работы начало надоедать ему. После завтрака в ресторанчике на Бромтон-кросс он отправлялся на первое задание — к жене европейского директора какого-то американского инвестиционного банка. В обеденный перерыв он обслуживал известную телеведущую. После этого следовали два часа передышки перед вечерними заказами, которые менялись в зависимости от дня недели. Как он часто говорил Чарли, женщины трогательно благодарили его за старания — приглашали в магазины одежды или на обед в ресторан.

Самой преданной клиенткой Джеми была Камилла Силкокс, жена совладельца «Крукшанк и Уиллис» сэра Яна Силкокса. Как-то раз, во время званого обеда в честь выпуска займа Маркуса. Камилла сидела за столом рядом с великим магнатом. Во время разговора Маркус упомянул, что у него есть шестеро крестных детей. Всплыло имя Джеми. Камилла густо покраснела и призналась, что знакома с этим молодым человеком. («Он был школьным товарищем моего сына».)

Маркус смерил ее пристальным взглядом, давая понять, что знает больше.

— У моего крестного сына Джеми сеть только один недостаток: он не умеет держать свой член за ширинкой, — сказал Маркус. — И еще пристрастие к наркотикам…

— Уверена, это неправда, — возразила вновь раскрасневшаяся леди Силкокс. — Он кажется таким добросовестным молодым человеком. Думаю, он просто ждет своего шанса. — Маркус многозначительно закатил глаза. — Вы обмолвились, что ищете молодых людей для работы в вашей общественной службе. Почему бы вам не взять на службу Джеми?

Маркус задумался.

— Если бы он только мог выбраться из постели раньше обеда, то я дал бы ему шанс. Это странно, но, скорее всего, у него неплохо получилось бы с общественными связями. Он очень правдоподобно врет.

Так все и решилось. На следующее утро Джеми призвали в «Брэнд-Хаус» и предложили место координатора по связям с общественностью.

С самого начала он проявил себя прирожденным пиарщиком. Его простое обаяние и открытость располагали к нему людей. Очень скоро Джеми обнаружил, что ему дозволялось говорить все, что придет в голову, — журналисты сразу же запишут его слова в блокноты, и на следующий день все сказанное появится на страницах деловых изданий. Ему очень нравилось, когда его именовали «пресс-секретарем «Корпорации Брэнда»». Работа оказалась даже проще, чем ублажать разочарованных домохозяек, да и кормили на новом месте не в пример лучше. Вскоре Джеми стал одним из завсегдатаев Речного зала «Савойя», кухня которого нравилась всем финансовым журналистам без исключения.

Не меньшей популярностью Джеми пользовался и в офисе. Он гениально пародировал Маркуса — весь отдел катался по полу от смеха. Он называл Маркуса крестным отцом, но делал это так непринужденно, что никто и не подумал бы, что он хвастается этим. Через несколько дней половина женского населения шестого этажа «Брэнд-Хаус» влюбилась в юного Темпла.

Единственным, кому новый поворот событий был неприятен, оказался Чарли, который изо