Пламя внутри - Артемис Мантикор

Чуть отдохнув, я за едой принялся обдумывать свою дилемму.

Пятый пункт берём однозначно, что бы он там не делал. Мне просто любопытство не позволит поступить иначе. Хотя, глядя на оттаивавшее тело лидера сектора, легко можно было поверить, что эта тайна приведёт меня к чему-то вроде послания «не парься чувак, ты ничего не изменишь».

Но до чего же обидно брать кота в мешке, когда все остальные четыре были реально круты!

Эх…

Тридцать девять тысяч в уровне… Жесть какая-то.

Сдаётся мне, все эти уровни — хрень собачья. Этот парень видел пятый этаж, да? Так до пятого и я дойду — просто буду ассимилировать всё подряд и катиться снежным комом. Но у меня уровень угрозы какой-то смешной, даже не тысячный. Ну бред же!

Белая говорила, уровень определяется по количеству убитых за единицу времени универсальных врагов, уязвимых ко всему. Потому система порадует нас высоким уровнем у парня с гранатой, но не даст его мне, потому как я слишком медленный, и полагаюсь на свой боевой огород. Тогда выходит, у всех саммонеров будет заниженный уровень.

Да, загадка или очередной баг Стены?

Перед глазами всплыл образ птичьего логова за спиной у Странника.

Это громадная дыра, даже не понятно, что её смогло сделать. Стена её пытается зарастить, но делает это медленно, через множество пересборов. Может, сотни и тысячи — кто знает? И всё это время Стена будет генерировать в том месте локации так, будто никакой дыры нет. Жаль, нельзя было рассмотреть, что находится на дне. Что там, декорации вместе с монстрами просто падают с неба в месте, где нет стен? Или Стена создаёт только крайние локации?

Я тяжело вздохнул. Все эти размышления затягивали, но ни разу не приближали к решению главного, насущного вопроса…

Первая, вторая, третья или четвёртая?

Условно, частичный призыв убежища, боевой потенциал, броня и что-то крутое для магии.

Последнее отпадает. Я просто не знаю, насколько это ценная штука. Из всей группы только Мерлин слышал о такой способности, и по его словам, она была очень узкоспециализированной:

— Обычно маги стремятся наоборот, смешать стихии, чтобы усилить их. Вот та птичка, что встретила нас у выхода наверх, помнишь? Она фигачила огнём и ветром, как по отдельности, так и комбинируя их. Так получаются гибридные стихии у монстров и некоторых магов. Это естественный процесс. А без смешивания… это значит что комбинировать магию надо будет как-то хитро… или никак. Если честно — не знаю нафиг он нужен.

Это стало решающим, чтобы отсеять четвёртый вариант.

Ускорение подбора гибридов растений в бою и броня — их я могут поднять и так, другими методами. Не столь эффективно, но нужно брать то, что я не получу нигде в другом месте. Уверен, аналог доспехов леса и параллельного мышления во время крафта новых древесных химер, мне предложит и один из обычных терминалов. Может, не каждый, но уверен, что такие есть. На доспехи гарантированно, на мышление… думаю, тоже.

Значит, первая? Частичный призыв?

Мне вдруг стало немного обидно. Вот ведь глупо устроен человек — нет бы чтоб радоваться ништякам, мозг сразу начинает думать о том, чтобы получить их ещё больше…

Лёгкое раздражение я решил выместить на замёрзшем растамане-смотрителе.

В конце-концов, души в мёртвом теле уже давно нет, но чего добру зря пропадать?

Ладно, мне немного стыдно так думать. Надо бы его похоронить по-людски… Но с другой стороны им-то что? Ни ему, ни замёрзшим ребятам снаружи уже ничем не поможешь. И вообще, это можно рассматривать естественным процессом. В конечном итоге все бренные тела отойдут природе…

— Арк, Тия закончила, ты последний в терминал, — сообщил Мерлин. — Ну, не считая овоща.

— Да, спасибо, — я посмотрел в сторону несущейся ко мне однокрылой девушки, и поднялся. — Позови-ка Сайну, Рейна и Гвидона с Хантером. Есть одна неприятная работёнка…

— А я всё думал, когда же ты попросишь нас сохранить для тебя замороженные трупы, — ухмыльнулся алхимик. — Не против, если я тоже проведу пару опытов?

— Вперёд, — отмахнулся я. — Главное ещё придумать, как их сохранить в целости.

— Так у Сильвана же в таверне был ледник для мяса, помнишь? У него и спросим. Ну или будем дёргать торговцев Гильдии — стопудово ведь есть какие-то артефакты или холодильники…

— Ага, — я усмехнулся. — Привет, Будьдог, мне тут негде хранить трупы мёртвых проходчиков для опытов…

— Об этом я не подумал, — скривился алхимик. — Ненавижу моралистов! Хотя, ты мог бы спросить, как они хранят трупы редких монстров — у них же наверняка есть свои вивисекторы и специалисты. Да и всякие биологические фрагменты, которые могут испортиться, они тоже как-то хранят.

— Да, ты прав, — задумчиво кивнул я. — Пока что просто окружим их льдом, а там будем думать. После ассимиляции вопрос разложения отойдёт на задний план.

— Кстати, а Сайна-то тебе зачем? — продолжил алхимик. — Не думаю, что она оценит твою идею.

— Нет, она пусть займётся книгами — здесь же полно инфы, оставшейся от прежних хозяев. Как закончишь с телами — тоже присоединяйся.

— Понял, — кивнул алхимик. — И правда, годная мысль.

— Ладно, для начала хватит и этого, — я махнул рукой и обернулся к вечно хмурому Гвидону.

Сегодня он выглядел даже более мрачным, чем обычно.

— Ты уже прошёл модидификацию?

— Я… потом, после Дины, — ответил он, отводя взгляд в сторону. — Нести её?

— Ага, — кивнул я и развернулся в сторону терминала.

Несколько шагов с идущей след в след Тией. Альма, без которой терминал вообще ни на кого не реагировал, уже ждала там.

Коснувшись рукой, энхе обернулась ко мне. Вид у неё был немного усталый — ей пришлось гулять вместе с каждым по очереди к терминалу.

— Подтверждаю первую и пятую, — сходу сообщил я, и в терминале раскрылась вертикальная прозрачная капсула.

Терминал вносил изменения очень странно — он долго сканировал тело и затем устанавливал модификацию одним-двумя ударами крохотных разрядов электричества. Как это работает — хрен его знает.

Всё это время подопытный висел в невесомости внутри капсулы.

Странное ощущение.

Сделав шаг в сторону капсулы, меня будто магнитами подхватило, затянуло внутрь, и устройство принялось за работу. Друг другу навстречу по кругу капсулы бегали едва заметные разряды электричества, а внутри стоял хорошо слышимый писк, через который все звуки доносились будто бы в пол силы.

Двигаться самостоятельно в таком положении я не мог — терминал надёжно фиксировал положение. Но так было почти в каждом терминале, так что не удивительно. Зато я мог всё это время сохранять сознание и прекрасно видел происходящее за пределами капсулы.

Народ разошёлся выполнять полученные задачи, Сайна продолжала эксперименты с материальностью, Нэсса скучала неподалёку от входа в обсерваторию с какой-то книжкой из здешних. Тия сидела у самого терминала, поджав под себя колени, а из убежища Гвидон выносил тело Дины.

Бережно, будто самое дорогое, что у него есть. Обернулся в сторону терминала. Постоял так с пару секунд и развернулся к выходу.

Стоп, к выходу?

— Гарри, ты куда? — спросила Нэсса, назвав его прежним именем.

Но тот продолжил молча идти в её сторону.

— Всё ок? — повторила она, отставив книгу.

Гвидон же, перехватив тело Дины, рванул к выходу. Так, будто и не ощущал тела девушки.

И само собой, у него оказалась хренова туча козырей в рукаве.

Стоящая у самого входа Нэсса поняла, что дело здесь нечисто. Зачем бы ему убегать с телом суггестора из здания? Она оказалась у него на пути и лишь начала неловко выставлять копьё вперёд, когда получила локтем в горло и была отброшена в сторону жестким пинком.

Не ожидавшая атаки девушка повалилась на пол. Удар, усиленный магией и металлическими налокотниками, почти мгновенно вырубил её. Девушка болезненно повалилась, задыхаясь, потянулась к горлу и потеряла сознание.

В следующий миг в голову рыцаря-мистика прилетел арбалетный болт Хантера. Тот бил наверняка, усиляя стрелу маной. Но Гвидон отбил её клинком, проявляя до этого невиданную скорость и навыки мечника. Зачарованный болт, впрочем, попытался снова, развернувшись к своей цели самостоятельно, но её отбила вспышка света, выпущенная левой рукой рыцаря-мистика.

— Ах ты грёбаный фетешист! — рыкнул Мерлин, не став размениваться по пустякам и запулив сильнейшей способностью. Но рыцарь-мистик призвал что-то вроде зеркала,