Охотники за умами. ФБР против серийных убийц - Марк Олшейкер

Для решения задачи использовались и другие пути, вплоть до приглашения знаменитого иллинойского медиума, который, не потрудившись разобраться в деталях дела, сразу заявил:

— Я слышу, как капает вода.

Полиция связала его слова с бочкой, в которую преступник погрузил голову убитой Карлы. Кроме этого медиум сказал, что убийца проживает у железной дороги (как и большинство населения в штате Иллинойс). И больше толку от него не оказалось. Даже имея сведения об укусах, следствие продвинуть далеко не удалось. В июле 1981 года Дон Вебер с четырьмя коллегами, составлявшими его новый штат, приехали на семинар в Нью-Йорк, где обсуждались вопросы научного подхода к обследованию места преступления. Кемпбелл посоветовал показать фотографии по делу Браун выступавшему на семинаре судебному стоматологу доктору Лоуэллу Левину из Нью-Йоркского университета. Изучив отпечатки, он согласился, что некоторые из повреждений, безусловно, нанесены зубами, но затруднился с их помощью провести какую-либо идентификацию. Эксперт предложил эксгумировать тело, заметив, что «гроб — своеобразный холодильник для сохранения улик». Я лично Левина не знал, но его репутация говорила сама за себя. Он, например, проводил анализ в известном деле Франсин Элвесон в Нью-Йорке. (И проделал чертовски полезную работу после того, как Билл Хэгмейер и Розанна Руссо беседовали с Кармином Калабро и тот, чтобы избежать новых обвинений, вырвал себе все зубы. Доктор Левин был назначен руководителем подразделения судебной медицины штата Нью-Йорк.)

В марте 1982 года Вебер и двое других следователей штата присутствовали на семинаре для сотрудников Отдела по расследованию убийств Сент-Луиса. Я тоже выступал перед многочисленными собравшимися и говорил о психологическом прогнозировании и особенностях осмотра места преступления. Сам я нашей встречи не помню, но в захватывающем разборе дела под названием «Молчаливый свидетель» Вебер описал, как после лекции подошел ко мне и спросил, не может ли все, о чем я говорил, оказаться полезным в расследовании. Я, видимо, ответил, чтобы мне позвонили в Квонтико, и заверил, что окажу всемерное содействие.

По возвращении Вебер выяснил, что Рик Уайт из полиции Вуд-Ривера тоже присутствовал на семинаре и решил, что сотрудничество с нашим подразделением может оказаться полезным. Уайт связался со мной, и мы организовали ему поездку в Квонтико, чтобы у себя проанализировать фотографии с места преступления и дать заключение. Вебер был слишком занят подготовкой к очередному процессу, но вместо себя направил помощника главного прокурора штата Кейта Дженсона, а также Альва Буша и одного из полицейских чинов Сент-Луиса. Они вчетвером преодолели более восьмисот миль на полицейской патрульной машине. И хотя тогдашний начальник полиции Вуд-Ривера отдыхал во Флориде, он тоже присоединился к нам в Вашингтоне. Мы встретились в комнате для заседаний. Четверо следователей не знали, что я предпочитаю самостоятельно делать выводы, прежде чем на них повлияют чьи-то соображения, и большую часть дороги провели, формулируя мысли по поводу убийства. Но мы преодолели и это. В отличие от многих ситуаций, когда нас привлекали по политическим соображениям или требовалось прикрыть чьи-то задницы, на этот раз люди оказались в Квонтико просто потому, что не хотели сдаваться. Они надеялись, что я смогу помочь и направлю их усилия в нужную сторону. Особенно мне понравился Альва Буш, у которого были те же проблемы с начальством, что и у меня.

Как и я, своими откровенными высказываниями он настроил против себя массу людей. И чтобы ему разрешили ехать, Веберу пришлось нажать на все рычаги.

Я попросил фотографии с места убийства, какое-то время в них вглядывался, чтобы сориентироваться, задал несколько наводящих вопросов и начал:

— Вы готовы? Тогда включайте магнитофон.

Прежде всего я сказал, что, исходя из опыта, если тело оставлено в воде внутри дома — в ванне, в душевом поддоне или ином контейнере — то не потому, что преступник старался смыть улики, как в деле в Атланте. В данном случае речь шла об «инсценировке»: убийца стремился выдать одно за другое. Я настаивал, что следователи уже успели поговорить с преступником, который жил рядом или в пределах непосредственной досягаемости. Подобные убийства совершают соседи или домашние — для такого дела никто издалека не поедет. На преступнике наверняка остается кровь, и ему надо поскорее отмыться и избавиться от испачканной одежды. Наш тип чувствовал себя в безопасности — понимал, что ему никто не помешает: то ли потому, что хорошо знал Карлу, то ли долго за ней наблюдал и выучил привычки молодых. Когда с ним говорили, он охотно шел навстречу, потому что считал, что таким образом легче контролировать ситуацию.

Он явился в дом без мысли убить. Она пришла ему потом. Если бы он планировал убийство заранее, то захватил бы с собой орудие и что-то вроде «пыточного набора». Но вместо этого вскрытие показало, что удушение производилось руками, а на черепе остались следы от удара тупым предметом. Значит, нападение произошло в порыве ярости, когда девушка отвергла неизвестного. Подчинение, унижение, властвование — эти три слова характеризуют насильника. Видимо, преступник предложил свою помощь по дому, и поскольку Карла его каким-то образом знала и была человеком общительным, то открыла дверь. Он же намеревался ею овладеть. Девушка сопротивлялась, и, совершив насилие, неизвестный, как и убийца Мэри Фрэнсис Стоунер, решил избавиться от жертвы. Но в критический момент запаниковал и передумал, на полу и на диване осталась вода. Задушив Карлу, убийца стал пытаться ее оживить и брызгал в лицо. Но из этого ничего не получилось. Тогда он понял, что надо что-то делать с ее мокрой кожей, перетащил тело и сунул голову в бочку, чтобы выглядело так, будто с ней совершали странный, необычный ритуал. Другими словами, хотел скрыть, что случилось на самом деле. Но голова в воде имеет и побочное значение. Карла его отвергла, и преступник захотел ее унизить. Как в большинстве других случаев, чем больше неизвестный совершает действий, даже с тем, чтобы сбить полицию со следа, тем больше оставляет ключей и поведенческих улик.

Возраст нашего неизвестного, продолжал я, от двадцати пяти до тридцати лет. До этого он ни разу не убивал. Убогая «инсценировка» доказывала, что такими вещами ему не приходилось заниматься. Но у него вспыльчивый, агрессивный характер, поэтому он, вероятно, совершал менее тяжкие преступления. Если был женат, то недавно развелся или находился в ссоре. Как многие подобные ему, типичный неудачник, о себе очень невысокого мнения. Может казаться самоуверенным, но глубоко внутри мучается комплексом неполноценности.

Его уровень развития — средний. Ай-Кью не выше, чем у школьника. То, как неизвестный связал руки жертве, доказывает, что он учился на продавца или во время каникул работал в торговле. Когда началось расследование, он сменил жилье или работу, а может быть, и то и другое. Но после того как все обошлось и он понял, что остался вне подозрений, скорее всего, уехал из города. Употребляет наркотики или спиртное, страстный курильщик — всё для того, чтобы снять напряжение. Спиртное как раз могло сыграть определенную роль в убийстве — необычайно дерзком поступке для подобного рода личностей. До прихода в дом Карлы неизвестный, видимо, выпил, что в значительной степени снизило его сдерживающий порог. Но был не пьян, иначе после убийства не предпринял бы столько действий на месте преступления.

У него проблемы со сном и, скорее всего, не складываются половые отношения с женщинами; образ жизни все более и более становится ночным. Если неизвестный имеет постоянную работу, то в период активного расследования пропустил много дней. После убийства поменял внешность: если носил бороду и длинные волосы, побрился и коротко остригся. Если был гладко выбрит, наоборот, отпустил длинные волосы. Но от этого не стал аккуратным — так и остался неряшливым и нечесанным.

Любая попытка привести себя в порядок представляется ему физически непомерной и выводит из себя. Автомобиль — как у многих убийц — «фольксваген-жучок», не новый, плохо ухоженный, оранжевого или красного цвета.

Преступник внимательно следит, что сообщает пресса о расследовании, и делает выводы. Если начальник полиции официально объявляет, что следствие зашло в тупик, это его успокаивает. Он может легко пройти тест на детекторе лжи, как, впрочем, многие другие убийцы. Теперь требовалось поставить перед собой цель как следует его встряхнуть. Могло существовать множество самых разных побудителей. Ежегодно в июне он, скорее всего, приходил в нервное состояние. То же самое, вероятно, случалось в каждый день рождения Карлы. Не исключено, что убийца посещал ее могилу на кладбище Кэлвери-Хилл. Присылал цветы или сам приходил просить о прощении.