Полное собрание сочинений. Том 6. У Лукоморья - Василий Песков

Воронежский лесник Александр Александрович Анохин наблюдал, как выслеживал зайца ястреб-тетеревятник. «Низко летит по следу. Сядет на куст, оглядится и опять летит, не спуская глаз с ямочек на снегу. И ведь выследил. Я согнал его с окровавленного, умиравшего зайца».

Зимой у зайца появляется еще один враг. Немногочисленный, правда, но бесшумный, почти незаметный среди снегов, ловкий и беспощадный. Этот охотник прилетает из тундры и живет до весны, чтобы опять вернуться потом на Север. Называют гостя белой совой. Для зайца – это белая смерть. Вся надежда на ноги. Успел с открытого места убежать куда-нибудь в заросли, – может быть, и спасешься. Не успел – крик. И все кончено.

1969

Какие новости?

«Какие новости?» – два этих слова при встречах мы произносим так же часто, как слово «здравствуйте». И в этом нет случайности. Важно здоровье, но столь же важно пополнять знание окружающего нас мира. Какие новости? С этой мыслью мы включаем приемник, разворачиваем газету, жадно листаем книгу, слушаем путешественника или ученого. Лавина информации проходит через наше сознание ежедневно. Чтобы «в одно ухо влетело, в другое вылетело». Но что-то накапливается, осмысливается, обретает систему. И все человечество коллективным умом глубже и глубже познает мир и себя в мире, приспосабливается к жизни в меняющихся условиях. Эта жадность узнавания вырастила на земле могучий человеческий ум.

Но не надо думать, что только человеку дано стремление замечать, запоминать новое. Все живое в разной степени любознательно. И для всех это вызвано необходимостью совершенствования, чтобы удержаться в ряду сущего на земле.

Недавно я был свидетелем любопытной сцены. Мы никак не могли подойти к стае тетеревов. За триста метров птицы взлетали. Но вот лесник взял ружье и стал выделывать странный танец. Он падал в снег, вертелся волчком, размахивал красным шарфом, при этом он понемногу двигался к птицам. И что же, фокус удался! Тетерева вытянули шеи и с любопытством наблюдали небывалое зрелище. Любопытство стоило птицам одного петуха. В панике взлетев после выстрела, тетерева наверняка стали чуть-чуть умнее. И я не уверен, что к этой стае смышленому охотнику удастся подойти еще раз.

Недавно я наблюдал в Подмосковье лосей. Я видел: лесные звери совсем не боятся рева низко пролетающих самолетов. Но стоило мне подуть в тихий деревянный свисток, как звери насторожились, подняли головы. Хорошо было видно, как шевелятся подвижные лосиные уши. Лосям важно было узнать: что за новые звуки? Надо бояться или не надо?

Подобные сцены в природе совсем не редкость. Вот перед вами три фотографии. Две сделаны в Антарктиде, одна – в жаркой пустыне. И там и тут – любознательность. Для пингвинов человек – большая диковина. Стоило нам с геологом появиться на скалах, как сейчас же вокруг собралась «толпа любопытных». Одного пингвина мы посадили в мешок, чтобы отнести на новогодний вечер в поселок Мирный. Пингвин в мешке ворочался, подпрыгивал. Надо было видеть, какое возбуждение царило у птиц. Они собрались кругом, кричали, хлопали ластами. «Живой мешок» для пингвинов был величайшей загадкой.

Нечто подобное я наблюдал в минувшем году и в Каракумской пустыне. Колесные яхты под парусами разбудили любопытство, казалось бы, ко всему равнодушных верблюдов. Непонятно, откуда они приходили. Но на каждой стоянке в безлюдных местах, просыпаясь, мы видели озадаченных аборигенов пустыни.

Все живое на земле любознательно. Потерявший интерес к узнаванию обречен.