Теневые игры - Ксения Чайкова

– А вот еще! Ну понюхай хотя бы!

Вообще-то вонато хищники. Но со мной Тьма уже давным-давно отошла от положенного ее породе образа жизни и привыкла, не привередничая, есть все, что дают. И вкусовые пристрастия у нее сформировались довольно необычные для демона-вонато. Будь она воспитана в родном гнезде среди скал другими демонами, ей и в голову бы не пришло пробовать кофе или шоколад. Равно как и жевать овощи, хлеб или кашу. А вот со мной чем только ей питаться не довелось! Зато я точно знала, чем можно задобрить мою вонато в случае чего. И теперь заботливо подсовывала ей излюбленные лакомства.

Однако Тьма не желала смотреть ни на говяжье сердце, ни на арбуз, ни на кулек с безумно дорогим шоколадом. Она злилась. Понимаю. Опять в одиночку остаться в няньках Торина – мало кому понравится.

В маленькой гостиничке за городскими стенами Каленары было душно и чадно. Но по крайней мере тепло. Мой подопечный пребывал в самом мрачном расположении духа, но хотя бы не грозился простудиться или отморозить себе что-нибудь жизненно важное. Кроме того, здесь не было ни высоких крылец, ни крутых лестниц, ни агрессивно настроенных постояльцев, ни открытых ходов в подпол, ни злобных цепных кобелей или ручных демонов – в общем, ничего, куда или откуда Торин мог бы свалиться, чтобы свернуть шею или подраться и быть искусанным. Несмотря на все заверения хозяина в полной безопасности сего заведения, своего подопечного я оставляла в нем скрепя сердце – слишком уж хорошо мне была известна трогательная привычка Торина влипать во все встречающиеся на жизненном пути неприятности. Определенные опасения, конечно, внушал и Вэррэн. Будь моя воля – потащила бы я его с собой, чтоб на глазах был. Но, кажется, только до этой маленькой гостиницы еще не дошла потрясающая новость о дерзком побеге злокозненного альма из удобной и комфортабельной тюремной камеры, куда его имело любезность заточить наше многоуважаемое правосудие. Учитывая двухразовое питание и казенную одежду, остается только удивляться, как мог подлый нечеловек пренебречь этими благами цивилизации и удариться в позорное бегство.

Каленара не то чтобы была потрясена, но взволнованна изрядно. В принципе ничего особенного, из ряда вон выходящего не произошло. Из наших тюрем бегали и будут бегать и с содействием магии, и благодаря помощи извне, и собственными силами. Другое дело, что с альмами раньше никаких особо скандальных историй связано не было. С известными бунтарями орками случались, да еще какие! Всю страну потом месяцами лихорадило. А вот тихие спокойные остроухие серьезных хлопот никому никогда не доставляли. Вернее, раньше не доставляли. Потолкавшись по базарной площади и с донельзя наивным и невинным видом перебросившись парой фраз со словоохотливыми торговками, я поняла, что на ниве поисков беглого преступника никто надрываться не собирается. Как весьма справедливо заключили вышестоящие чины, без магии в его побеге не обошлось. А против чародеев идти в высшей степени неразумно, и никто своими подчиненными (а заодно и собственными головами) рисковать не собирается. Стража и впрямь если и шевелилась, то только когда мимо проносилась карета какого-нибудь вельможи, дабы продемонстрировать ему свое служебное рвение и готовность защищать честных каленарцев хоть от всего населения Тэллентэра поголовно. Впрочем, имя Лорранских в связи с этой историей склонялось угрожающе часто, равно как и то, под которым в высшем свете выступала я, и это лишний раз убедило меня в том, что милорд Иррион прав в своем желании отослать сына подальше.

Цвертина, к которой я забежала первым делом, заголосила надо мной как над покойницей. По ее разумению, я сунула голову прямиком в петлю. Кто – гильдия хранов, городская стража или освобожденный альм – затянет эту самую петлю и удушит меня, как цыпленка, остается только гадать. Но кто-нибудь, но ее словам, обязательно не преминет это сделать. Наскоро успокоив нервную магиню, я клятвенно пообещала ей уцелеть в очередной заварушке, чмокнула в щеку, получила порцию наставлений и обережных заклинаний и понеслась на Приречную улицу. Мой милый особнячок, в котором я планировала до поры до времени прятать Вэррэна, встретил меня тихим скрипом ставен. Смазать бы их надо или закрепить как следует, а то ночи ветреные, удивительно еще, что соседи до сих пор эти ставни мне не оборвали. Я протянула руку, и ключ, привычно приманенный магией, выскользнул из-под балки и лег мне на ладонь. Замок поддался без проблем, я на всякий случай быстро оглянулась и шагнула в холл. Изрядный слой пыли, скопившийся на всех горизонтальных поверхностях, послужил немым укором моим талантам домовладелицы, вернее, полному их отсутствию. Что и говорить, девушке, даже наемнице, не пристало быть такой распустехой и бездельницей. Но, имея в клиентах Торина, остается только удивляться, как я сама еще грязью до самых ушей не заросла.

Собиралась я быстро. Взвесила на ладонях весь свой арсенал, большинство тяжеловесных предметов вернула на их законные места в бархатных ножнах в специальном шкафу, где магией поддерживалась определенная температура и влажность, но кое-что спрятала в сумки. Потом задумчиво погладила кончиками пальцев тетиву висящего на стене арбалета, оценивающе осмотрела его и забросила себе за плечо. Сама я со стрелковым оружием обращаться умею, но не слишком его люблю, предпочитая метательные ножи или, для ближнего боя, клинки и кинжалы. А вот Вэррэну арбалет вполне может пригодиться, альм уже успел продемонстрировать, что такие предметы ему не в новинку. Хотя нет никакой гарантии, что он меня из моего же арбалета и не пристрелит в один прекрасный день.

– Кушай, Тьма! Пожалуйста! Я же специально для тебя это все покупала! Ты молодец, так хорошо следила за Торином, что…

– А мне что за бдительность будет? Я, между прочим, тоже Торина охранял, да еще как: не позволил ему дразнить хозяйских гусаков, чем спас элегантные брюки милорда от немилосердного исщипывания, а самого носителя этой одежды – от сильнейшего испуга,- сладким голосом поведал подкравшийся к столу Вэррэн. Альм уселся на табуретку напротив меня и, заметив, как я тут же нервно кинула взгляд в сторону своего клиента, сидящего рядом на лавке и дующегося на весь мир, слегка ухмыльнулся самыми краешками тонких пепельных губ. Я при известии об очередной глупости, которую едва не отколол мой драгоценный подопечный, невольно нахмурилась. Потом, волевым усилием призвав себя к порядку, заставила лоб разгладиться и широким жестом сдернула с плеча арбалет:

– Вот!

– Ты чего?! – шарахнулся в сторону альм. Испугался, надо сказать, не он один. Разносчицы и посетители во главе с охнувшим хозяином невольно пригнулись к столам, а недалекий Торин встрепенулся и прижался к моему боку, не без основания полагая, что застрелить его в таком положении мне будет довольно сложно и проблематично. Без сантиментов отпихнув графенка в сторону, дабы он своими цепляниями за мой локоть не сковывал свободу движений, я выложила на стол несколько болтов.

– Надеюсь, ты умеешь обращаться со всей этой красотой?

Вопрос вышел намного более ехидным, чем мне хотелось бы. Вэррэн, поняв, что никто в него стрелять не собирается, воспрянул духом и обеими руками ухватился за столь щедро предоставленные ему возможности. Я невольно улыбнулась, глядя на искреннее восхищение, проявившееся на необычно прекрасном лице.

– Ага, ага… Славно… – забормотал альм. Изящные руки стремительно прошлись по ложу и запорно-спусковому устройству, бережно погладили тетиву и начали спокойно, уверенно заряжать оружие.- А вот это, по-видимому, предохранитель, да? Человеческие изделия устроены немного иначе, чем наши, но…

– Осторожно! – в ужасе ахнула я, вскакивая и хватаясь за дугу, хотя и прекрасно понимала, что вряд ли смогу таким нехитрым способом воспрепятствовать выстрелу. Беспечный альм, зарядивший арбалет и держащий его направленным себе прямо в грудь, с интересом изучал составляющие части попавшего в его руки оружия и легкомысленно дергал за спусковой крючок.

– Не волнуйся, Тень. Арбалет стоит на предохранителе,- мягко, как маленькому ребенку, сообщил Вэррэн, продолжая беззаботно баловаться с неосмотрительно предоставленной ему смертоубийственной штуковиной.

– Ну и что?! – не сдавалась я, продолжая держаться за дугу. Безумно хотелось изо всех сил рвануть ее на себя и выхватить опасную игрушку из рук бестолкового хвостатого, пока он не натворил бед. Уж кто-кто, а я очень хорошо знала, чем могут окончиться такие забавы с заряженным оружием.

– Это значит, что он не выстрелит,- все гак же мирно пояснил альм, не понимая причин обуявшего меня ужаса.

– Раз в год стреляет даже незаряженный арбалет! патетично заявила я, все-таки выпустив дугу и заставив себя сесть на место. Конечно, в надежности предохранителя я была уверена. Но не настолько же, чтобы наставлять болт себе в грудь, а потом беспечно теребить спусковой крючок!