Ночь пляшущей тени - Алексей Бессонов

– Могут и не услышать, – заметил Такари.

Маттер только мотнул в ответ головой. В доме что-то стукнуло, потом взвизгнула открывающаяся дверь, и через несколько секунд калитка распахнулась: гости увидели тщедушного старичка в плотном домашнем сюртуке, глаза его с любопытством щурились за стеклами очков:

– Что вам угодно, господа?

– Нам хотелось бы поговорить с главой дома Хонтлор, – учтиво улыбаясь, ответил Маттер.

– М-м-м? – старикашка удивленно поскреб щеку. – Какой уж тут дом… Впрочем, Элливер Хонтлор, старший из семьи – перед вами. Старший из оставшихся, – с непонятной горечью поправил он себя, – к сожалению. А вы?..

– Князь Маттер Лоттвиц-Лоер и господин Риро Такари из дома Айдель. Вы разрешите нам войти?

– Ах, да… да. Конечно же, прошу вас…

Старый Хонтлор провел гостей в свой кабинет на втором этаже – большую комнату с балкончиком, неряшливо заваленную каким-то тряпьем и курительными трубками. Из буфета появился графин вина, при виде которого Такари незаметно поморщился. Не спрашивая разрешения, Маттер закурил и поднял глаза к недавно покрашенному потолку:

– Я вижу, дорогой господин Элливер, что недавно вы приняли решение вложить некоторые средства в реконструкцию вашей прекрасной усадьбы? Разумное решение. Ходят слухи, что недвижимость будет дорожать, а вместе с тем вырастут и сметы на такого рода работы. Очень, очень разумное решение.

– Что? – Хонтлор внезапно втянул голову в плечи и едва не пролил вино мимо бокала. – Средства? Ах, да… да. Мы решили, раз уж у нас появились деньги, привести в порядок этот старый дом, потому что жить в городе мне трудно… э-ээ… а откуда вы узнали?

Он поставил графин на стол и повернулся к Маттеру с выражением совершеннейшего ужаса на лице. Руки его заметно дрожали.

– Узнали что? – изящно приподнял бровь князь.

– Узнали… про деньги?

– Так мы с господином Такари и приехали только для того, чтобы разузнать, что же именно вы продали, чтобы деньги эти получить. Господин Такари – старший дознаватель столичной Стражи, ну а я… – Маттер вытащил перстень с печатью Серебряного покоя и протянул его несчастному старику, – вот, извольте.

Изучив печать на перстне, Хонтлор сел на краешек ближайшего стула. Грудь его заходила ходуном, а Маттер внезапно понял, что так недолго и переусердствовать. Он встал и подошел к хозяину с бокалом.

– Выпейте, – приказал он. – Поверьте, никаких претензий по сделке вам предъявлено не будет.

– Но ведь мы, – даваясь вином, забулькал Хонтлор, – не нарушили никаких законов… мы просто продали свою вещь… ненужную, всеми забытую вещь.

– Кому вы ее продали? – резко поднялся из кресла Такари. – Кому? Ушастому хлыщу с раздвоенным подбородком?

– Хлыщу? – Старик не сразу понял, о ком идет речь. – Нет, что вы. Молодой господин Терсио был только посредником… он ведь действовал по доверенности…

– И от кого была эта доверенность?

В глазах Хонтлора сверкнула совершенно неожиданная для него твердость.

– Этого я вам сказать не могу.

– Все-все-все, – успокоил его Маттер. – Говорить вам ничего и не надо. Только кивните, хорошо? Это была Персона Крови? Да? Да или нет? Кивните или помотайте головой, я уже избавил вас от клятвы, мы все благородные люди, мы не произносим здесь имен!..

Хонтлор медленно опустил голову.

– Ясно… Самому Терсио вы бы эту вещь не продали, вы ведь слыхали кое-что о его репутации, не так ли? Да-да, конечно же… как я мог такое подумать!

– Это была всего лишь книга! – выдавил старик, не поднимая глаз. – Просто старая книга… она даже не должна была принадлежать нашей семье, но когда-то овдовевшая госпожа Уна, выходя замуж за одного из Роти, отказалась от части приданого, поскольку семейные реликвии ее не интересовали вовсе. Поэтому книга осталась у нас. Я, честно говоря, плохо представлял себе ее ценность – ну кому какое дело до трактата, описывающего путешествия какого-то предка, основателя нашего дома? Таких книг в Пеллии сколько угодно…

Маттер уселся на старенький кожаный диван, сложил на груди руки и изобразил располагающую улыбку.

– Давайте-ка по порядку, друг мой, – мягко предложил он. – Никаких последствий наша с вами беседа иметь не будет, это я могу обещать вам твердо… Книгу, как я понял, вы толком не читали?

– Как бы я ее прочел? – удивился Хонтлор. – Книга эта была напечатана на старом диалекте Ла-Велле… ну, на том языке, что был в ходу до появления современных литературных норм. Даже если б я очень захотел, так найти такого переводчика – где, в нашей глуши? Я нынешний-то их язык почти не разбираю, что уж про старинный говорить. Там только заглавие прочесть можно было, ну и еще пару строк, вот и все. Но книга была по-настоящему старая, не сомневайтесь. Там даже картинки от руки нарисованы были, тогда еще, видимо, гравюры печатать не умели. Странные такие картинки, непонятно даже – то ли путешественник врал все время, то ли мерещилось ему…

– И что ж это были за «картинки»?

– Ну, – старикан задумался и принялся быстро, как мышь, скрести за ухом. – Где пейзажи, а где – ерунда всякая. Какие-то горящие башни на берегу, какие-то демоны четырехрукие в лодках. Да, помню еще, вот: пещера огромная, а в ней башня, и на самой верхушке вроде бы огонь горит. Может, храм варварский? Кто его знает?

– Может быть, – пожал плечами Маттер. – Чего только на свете не увидишь… Но каким, скажите мне, образом о существовании этой книги мог узнать ваш, э-э-э, покупатель? Она, видимо, числилась по каким-то каталогам фамильных реликвий? Ваши предки выставляли ее на «Дворянских кругах» этой провинции?

– Думаю, что да, – закивал в ответ Хонтлор. – Выставляли вместе с инсигниями дома, это наверняка. Только давно это было, лет двести, вряд ли меньше. Потом уже нам не до «Кругов» стало.

– То есть, книга входила в число ваших официальных реликвий и инсигний? – спросил Такари.

– Должна была, – повернулся к нему Хонтлор. – А что… – на лице его снова появился страх, – я разве не имел права?..

– Имели, – махнул рукой князь, – да и речь сейчас не об этом. Скажите мне вот что – а книга эта, она, как я понимаю, появилась вместе с основателем дома, с тем самым знаменитым Хонт-А-Ллором, получившим остров Тар за свою службу Трону?

– Она, если вы не знаете, была среди прочей его собственности с самого, так сказать, начала… он привез ее с собой из Ла-Велле. Досточтимый предок был великим ученым, архитектором и математиком. Тот факт, что прославиться ему удалось именно в качестве артиллериста, не говорит ни о чем. Артиллерия всегда идет под руку с алгеброй, это всем известно… для меня гораздо важнее, что впоследствии предок наш построил на своих землях целые города, некоторые из которых можно видеть даже и сейчас. Вот какова его заслуга перед Пеллией!