Хроники ветров. Книга суда - Екатерина Лесина

— Симптомы?

— Не известны. Это только начало, Карл. Ты же знаешь, что дальше станет лишь хуже, что это как снежный ком, столкни и покатится… опять все восстанавливать, ходить по деревням, разгребая трупы, и гадать, все люди вымрут или кто-нибудь выживет. Жаль, что Хранитель этого времени не застал, весьма способствует пониманию нынешней ситуации…

Марек замолчал. Воцарившаяся тишина была чуждой и неприятной, Рубеус пытался осмыслить цифры… скорее всего случай не единичный, умирает гораздо больше, и от ран, и от пуль, и от голода. А ради чего?

— И каковы их условия? — поинтересовался Карл. — Предварительно, так сказать…

— Не веришь?

— Не верю. Но если все так, как ты говоришь, дело серьезно. Да и массовый психоз — не шутка, ты же первые десятилетия после Катастрофы не застал, хотя тоже полезно было бы посмотреть. Ад, причем и для них, и для нас. Рассказать? Вирусы мутировали и распространялись. Чтобы не заболеть люди убивали, сначала тех, кто приходит извне, просто расстреливали из-за забора, потом и тех, кто внутри, но чем-то отличался. Потом… кому-то в голову приходила мысль, что умирать от пули проще, и он щедро помогал остальным уйти без мучений. Почему ты сразу про эпидемии не сказал? Какого черта только теперь?

Марек не ответил, нежно баюкал руку и смотрел в пол. Потом тихо, будто и не срывался на крик, добавил:

— Имперцы предлагают совместную работу, обмен данными. У них неплохая база, свои разработки, тебе было бы интересно…

— Взамен что? — Карл встал, подошел к зеркалу и рукавом смахнул пыль. Потом долго и тщательно отряхивал рукав, на Диктатора он старался не смотреть, да и на Рубеуса тоже.

— Пока ничего… почти ничего. Жест доброй воли, они сдают своих агентов глубокого внедрения, включая модули, мы своих. Списки уже меня, некоторые пункты, полагаю, будут интересны.

— Ты уже дал согласие? — констатировал Карл. — Марек, ты сукин сын, ты ведь все решил уже, и советы тебе не нужны, и советчики тоже…

— Не нужны, — подтвердил Марек, сжимая руку, когти полоснули по звериной морде, награждая чудовище глубокими царапинами. — Ни советы, ни советчики. Мне данные нужны, по твоему, Карл, проекту, о котором ты отчего-то забыл меня проинформировать. Наверное, мне следовало бы задуматься, ты постоянно что-то умалчиваешь, а это не хорошо…

Марек поднялся. Движения медленные, текучие, напряжение расползалось, наполняя воцарившуюся тишину особым смыслом. Будет бой. Рубеус понял это столь же ясно, как и то, что Карлу не выиграть.

— Сначала я хотел убить тебя, потом понял, что другого специалиста такого класса мне не найти, ты нужен… пока. Я даже готов простить очередное недоразумение, но… Карл, это в последний раз, слышишь? И ты сдаешь мальчишку.

— Дай ему шанс, Марек. Пожалуйста.

— Шанс? Уничтожить матку? Да вы два идеалиста, или идиота, если точнее. Думаешь развал в Империи нам на руку? Да после сделанного возможности заключить мир не останется! Война на уничтожение, Карл. И я не могу гарантировать, что уничтожат не нас с тобой. — Диктатор толкнул Карла в грудь. — Ты сдашь мальчишку, Карл, это не просьба, это приказ! Все, начиная с медицинской карты, заканчивая психопрофилем. Сегодня же, слышишь. Сидеть!

Это уже адресовалось Рубеусу.

— Никогда не следует вмешиваться в чужие разговоры, Хранитель. — В голосе Марека насмешка, Карл молчит, только в молчании этом чудиться… слабость? — Если, конечно, ты желаешь остаться Хранителем… границу восстановил — молодец, но остальное… я недоволен. Я дьявольски недоволен вами обоими.

И ответить нечего, поскольку Марек имеет все основания для недовольства.

— С тобой, Хранитель, позже поговорим. Решим твою проблему. На самом деле все очень-очень просто… резать нужно, пока не загноилось. А сейчас, Карл, я надеюсь, ты понял, насколько все серьезно. Чем ты зарядил мальчишку? Не взрывчатка, не яд — чересчур просто для тебя. Вирус? Латентная форма, совместимая с ДНК? Самоактивация? Глубокое самовнушение и мыслекод? Угадал?

— В общих чертах, да.

— А более подробно документация расскажет, которую ты мне сегодня же предоставишь. Все, Карл, до последнего чертова файла, если же я вдруг узнаю, что по врожденной рассеянности либо по иной какой причине ты забыл…

— Ты меня убьешь.

— Верно. Кажется, все, что я хотел сказать… хотя нет, еще одно. Я не уверен, что сама идея перемирия будет воспринята адекватно, поэтому пока просил бы вас попридержать информацию, тем более не известно, выйдет ли что-нибудь из этой затеи. — Марек развел руками, словно извиняясь за причиненные неудобства.

— Тогда зачем сдавать…

— Затем, что я так сказал. И затем, что мне не нравится, когда что-то делают за моей спиной. Считай это платой за свою ошибку.

До рассвета несколько часов, темнота плотная, густая, с редкими пятнами звезд.

— Сукин сын! Ублюдочный сукин сын! — Карл остановился на самом краю площадки, внизу продолжением ночи — пропасть, один шаг и… и вряд ли вице-диктатор задумал свести счеты с жизнью, не тот характер.

— Ошибка… да единственная моя ошибка в том, что я когда-то поверил этому уроду! — Карл пнул камень и тот, сорвавшись с края, беззвучно рухнул вниз.

— Ты же не сдашь Вальрика?

— Сдам. Еще как сдам, со всеми чертовыми планами, медкартами, профилями и прочей хренотенью… а что ты предлагаешь? Драться? Вызвать его? И сдохнуть, радуясь тому, что я такой смелый и благородный? Видел шрамы? Пять параллельных полос на левом предплечье, похожи на то, будто кошка поцарапала? Конечно, видел, Марек специально напоказ выставил. Псих чертов… Слово "сидокан" ничего не говорит? Ну да, откуда тебе. "Сидокан" — система наностимурирования, разгоняет функции организма до максимума, эффект длится около полугода, потом падение и чтобы восстановится — очередная порция. Шрамы — следы подключения к материнскому организму, живая тварь, почти живая, почти разумная в тех пределах, которые отведены для работы. Совместима с основными физиологическими типами, позволяет повысить эффективность действия на шестьдесят процентов, из последних разработок… и в замке никого нет, для разгона энергия требуется. А потом эту энергию девать некуда… воспитывать он меня решил. Недовольство показать… перемирие…

Рубеус не ответил. Людям нужен мир. Да-ори нужен мир. Но цена…

— Он все равно умер бы. Просто шанс, один шанс из многих, я не мог проигнорировать. — Карл сел на краю пропасти. — Всего лишь мальчишка, человек… чего молчишь? Давай, скажи, что так поступать нельзя, что это подлость и предательство. Ты ж у нас специалист по морали.