Проклятие факультета драконов. Книга вторая - Саша Ларина

– Не должно? – вскинула бровь, наградив наглеца тяжелым взглядом. – Если тренировка окончена, и я могу позволить себе расслабиться, предпочту заняться этим у себя в комнате. Одна.

– Успокойся, Веллингер, – Арье подхватил сверток, выразительно цокнув, и кинул его мне. – Здесь закрытая майка и штаны, я выйду, чтобы ты переоделась. Твоя купель слева, моя — справа. Просто отдохнем, поболтаем в непринужденной обстановке и уйдешь. Как только захочешь. Идет?..

Чуть поразмыслила и кивнула, благоразумно решив не провоцировать бессмысленный спор и чересчур вспыльчивого мужчину, который уверен, что лучше меня знает, чего я хочу. Из этих же соображений, не стала заранее уточнять, какая именно часть моего тела планирует расслабляться. Сюрпризом будет.

Как только довольный собой мэрт покинул зал, я отложила в сторону сверток, выбралась из ботинок, проворно закатала штаны и уселась на край купели, опустив ноги в идеально горячую воду. В эту самую секунду все остальное тело обиженно заныло, неистово желая ощутить прелесть бесконечно приятной процедуры, но надо держать себя в руках. Арье хотел поговорить. Вот и поговорим. А мокрые одежды и разомлевший от блаженства разум, совсем не то, что могло бы способствовать содержательной беседе. Потерплю.

– Мог бы догадаться, что ты блефуешь, – раздался насмешливый голос ревингемца, который, кажется, слишком скоро вернулся. Не прошло и пяти минут.

Мило улыбнулась в ответ, лениво наблюдая за действиями мэтра, который, вроде как, решил не спорить. Молча подошел к топчану, избавился от какой-то книги и пары полотенец, что занимали руки, а заодно от своей черной майки. Ладно хоть штаны снимать не стал! Видимо, чтобы выудить из кармана маленькую стеклянную бутылочку, наполненную тягучей желтоватой субстанцией, и добавить пару капель в воду. В свою и в мою.

– Ароматное масло из Ревингема, – пояснил он, избавив меня от необходимости задавать вопрос, и таки забрался в купель напротив.

– Чувствую, – приятный обволакивающий запах и какой-то подвох.

– Только травы, никакой магии, – заметил мой подозрительный взгляд мужчина.

– М-хм. Ты поговорить хотел, – решила сразу перейти к главному.

– Хотел, – протянул он, удобно разместив руки на мраморном бортике за спиной. – Ты мне нравишься, Веллингер.

– Устав, мэтр Арье, – напомнила, закусив губу. Два признания за сутки, да я в ударе!

– Ты же понимаешь, что я не всегда буду твоим преподавателем, Риа? – ухмыльнулся он, внимательно рассматривая меня.

– Это ничего не меняет, – не стала лукавить. – Ты талантливый маг, с тобой интересно, я благодарна тебе, честно, но не более.

– Я тебе не верю. Это просто невозможно.

– Да неужели? – нарочито широко распахнула глаза. – Извини, я не знала, что все юные девицы обязаны влюбляться во взрослого умного мэтра Арье.

– Не все. Только ты, – совершенно серьезно ответил он. – Посмотри на меня, Ри, внимательно. Разве ты не видишь, как мы подходим друг другу? Не замечаешь, что дополняем друг друга, как детали одной мозаики?

– Я отчетливо вижу колонный зал, купели и мужчину, – нахмурилась, изо всех сил стараясь свести все в шутку и не злиться на самоуверенного ревнингемца. – Если быть точной, преподавателя, с которым мы познакомились всего три месяца назад. Маловато, чтобы разглядеть столь прочную связь, не находишь?

– Ты смотришь не внимательно. Или врешь. – Арье нахально ухмыльнулся, а мне все же не удалось скрыть искреннее возмущение, иначе, он бы не пояснил: – Твоя магия идеально дополняет мою, у нас совершенный магический союз, Веллингер. То, что зовется истинной парой в старых сказках для девчонок, если так понятнее. Ты не дракон, обычный маг. И просто не можешь этого не чувствовать. Значит, врешь.

В одном он, определенно, прав. Я не дракон. И, возможно, я бы, действительно, чувствовала что-то похожее, если бы была обычным магом. Только вот, во мне течет кровь авелин, и это, кажется, многое меняет. Или же есть более простое объяснение происходящему — врет он.

Будто догадавшись, о чем я думаю, Арье вскинул руку, запустив в воздух стайку небольших огненных горошин, которые плавно подплыли ко мне и зависли над головой. Это еще зачем? Спалить меня хочет?

– Моя стихия — огонь, Ри, – отреагировал на мой взволнованный взгляд мэтр. – Он не причинит вреда, потому что принимает твою магию. Принимает тебя.

И в подтверждение своих слов он опустил горошины на мою бедовую голову, на кисти рук, на пол вокруг купели и на сверток, что лежал неподалеку. Правда, в отличие от бумаги, волосы не загорелись, да и черных отметин, которые теперь украшали пол, на моих ладонях не осталось. Я почувствовала лишь мягкое тепло. Неужели, не врет?

– Ноа, послушай, – пробормотала неуверенно, – не знаю, как это объяснить, но я не чувствую того, о чем ты говоришь. Правда, не чувствую.

– Ты была с мужчиной? – резко перевел тему Арье.

– Я не стану говорить об этом с тобой, – фыркнула недовольно и скрестила руки на груди.

– Не говори, – нахальная усмешка украсила губы мужчины, а в глазах сверкнул завораживающий алый огонь. – Я почти уверен, что нет. Не понимаю одного — почему не подумал об этом раньше. Ты не ответила на тот поцелуй, тебя не тянет ко мне, ты не поддаешься силе этой связи — потому что невинна.

– Кхм, – мои щеки, уверена, похожи на спелые помидоры. – При чем здесь это?

– Ты девушка, Веллингер, и твое целомудрие не позволяет ощущать желания тела слишком ярко. У тебя нет острой необходимости в такого рода близости, поэтому ты можешь не чувствовать того, о чем я говорю.

– Я в состоянии отличить плотское влечение от влюбленности, Ноа, – смущенно.

– Не сомневаюсь, – в кои-то веки! – И сейчас для тебя важнее второе, потому что ты еще не познала всех прелестей первого. Но в магических союзах все иначе, Ри. Телесная совместимость куда важнее духовной. Магическим мирам нужны сильные маги, и здесь работает одно простое правило: чем одареннее родители, тем талантливее дети. В паре стихийника и бытового мага средней руки, высока вероятность зачать посредственного