На просторах неизвестной планеты. Книга первая (СИ) - Поселягин Владимир Геннадьевич

— Иди н*х, — просто сказал я, покидая не очень удобную кабину грузовика. На машине я один был.

Тот на меня глаза выпучил.

— Боец, ты охренел⁈ Это трибунала.

— Я ротному так сказал, если выбирать служить под началом такого козла как ты, или трибунал, то я выбираю трибунал. Так что в допу со своими приказами, ты понял, мразота? Будет тут ещё всякие уроды на меня орать.

Тот, к моему удивлению, без ответа, развернулся на каблуках и убежал в здание, а через минуту я уже и оружие сдал, и бека. Меня арестовали за неподчинение командиру, бойцы комендантского взвода. Почему так происходит, я прекрасно знал. Видео с моим интервью или того как мы боевую работу ведём, многие видели, комбриг себе такую командную машину захотел, ну и меня с ней. Нафига? Вон отсюда вижу три командно-штабных машины, там всё есть, по сравнению с моей, сделанной на коленке. Григорян уже пожалел, что избавился от меня, уровень моих знаний, в разы перекрывал знания его людей. То есть, ценность мою как специалиста он уже понял, ну и нашептал вернуть в его взвод. Полковник конечно не особо доволен был, туда-сюда гоняют, но просьбу выполнил. А тут я клин, просто послал его к чёрту. Причём, сделал это сознательно и с немалым удовольствием. И вот теперь в наручниках, под охраной двух бойцов сидел на крыльце, откровенно зевая ждал решения своей участи. До комбрига быстро довели сложившуюся ситуацию, тот вскоре вышел, в накинутом на плечи ватнике, и спросил:

— Какого хрена, Шевцов? Ты что творишь?

— А я тут причём? — вставая, сказал я. — Мне на роте было хорошо, это вы меня в свой штаб дёрнули.

— Приказы командиров нужно выполнять. Если перевели, значит так надо.

— Я выполнил. А служить под командованием Григоряна не буду. Он козёл.

— Ясно, — тот поморщился и устало потёр переносицу. — Характерами не сошлись?

— Как при первой встрече визжать начал, слюнями брызгать, он мне как-то сразу не понравился. Как и вы при первой встрече. По счастью я ему тоже, и тот меня в роту сплавил. А тут раз, обратно. Спрашивается, какого хрена⁈

— Да помолчи ты, — вздохнул полковник, и задумался.

Мне самому интересно было до чего тот дойдёт в мыслях, тот же покосился на старлея, что строил вид оскорблённой девочки, задрав нос, в стороне стоял командир комендантского взвода, с интересом наблюдая за представлением, остальные заняты делом были, суета стояла серьёзная. Интересно зачем выезжаем сейчас? Стемнеет через час. У меня детектор начал звучать, полковник покосился на мой подсумок, надо и планшет прятать, отберут, и сказал:

— Значит так, Шевцову за оскорбление офицера шесть суток гауптвахты и лишение звания сержанта. После того как будет свободное время и бригада встанет на отдых, получит наказание. И раз уже оформили перевод, остаётся служить во взводе БЛА.

Я опустил голову, ранее с интересом наблюдал за разведчиком ВСУ, самолётного типа что над нами кружил. Низко, кто-то из ПЗРК пустил ракету, и надо же, достал, видимо хватило тепла ухватить его. Разнесло. Сейчас же я с недоумением смотрел на полковника. Это что такое было? Ясно же сказал, где я видел этот взвод и обоих офицеров, на чём их крутил. Они такие тупые? Да нет, понимают, а всё равно на своём настаивают. Что за чёрт?

— Я не слышу, рядовой? — придавил меня.

— Мой ответ не изменился и не поменяется. С козлами не служу и воевать вместе не буду. Верните на роту, там я на своём месте был.

— С козлами значит? — вздохнул тот, надо же, не орёт, видимо можно всё же перевоспитать. — Арестованного в тыл, сопровождающие бумаги сейчас напишу.

— А ко мне как относишься? — спросили вдруг за спиной.

Обернувшись, с интересом посмотрел на мужика, в возрасте. Явно старший офицерский состав, и спросил:

— А вы кто?

— Командир Одиннадцатой бригады, полковник Шишов.

— Господи, за что? Тут что других войск нет? Почему десантники?

— Так, — насторожился незнакомец. — Чем тебя десант не угодил?

— У меня акрофобия в острой форме. Мало того, что сюда доставляли на самолёте и вертолёте, так ещё в десант попал. Вот радость, да?

Ну насчёт острой формы я конечно приукрасил. Сознания во время полётов не теряю, но мне действительно было плохо. Вон, на «Шустром» летал, сожмусь на дне в грузовом отсеке в комок, нейросетью управляю, а сам мысленно представляю, что на земле. Работает ведь схема.

— Ясно. Кем ранее служил?

— Сапёр, в мотострелках. Сейчас переучился на оператора дронов.

— Я знаю. Хохотун. Доводилось видеть репортажи. Так что скажешь? Вопрос не снимаю.

— Я вас не знаю, но работу ваших парней наблюдал. Достойно. Хотя можно было и лучше.

— Хм, критик значит? Ясно. Ну что, полковник, отдашь мне бойца?

— Да забирай, — поморщился тот. — Сейчас перевод оформят. Наши методы командования ему не нравятся. Да тут пока не наорёшь, ничего с места не двигается.

— Товарищ полковник. Можно условие поставить? — обратился я к Шишову.

— Ого, уже условия пошли? — весело спросил тот. — Ну говори.

— Понимаете, я чем больше смотрю вокруг, тем больше понимаю, что офицеры, что бойцы, дроны использовать не могут. Тут своя специфика. Научаться у меня могут, я хороший учитель, но пока учатся, будут потери, и много. Конечно я не командир бригады, да и не надо мне этого, но вижу провисания в некоторых делах. Как в вашей бригаде не знаю, но скорее всего также, инструкции и устав-то один. Я имею ввиду слабая разведка при движении. А нацисты любят засады устраивать, особенно в узких местах, в городах и населённых пунктах, будут жечь нашу технику и ребят. Разрешите мне заняться безопасностью дорог там, где будут идти наши подразделения. Отдельный позывной, связь со всеми передовыми группами, не только нашими. Да и с остальными. Те могут и пропустить усиленные дозоры, и бить следующих. Вот и буду давать цели и расчищать дорогу. В остальном дело офицеров бригады, на месте воевать, и штурмовать.

— Хм, даже так? Я подумаю.

Полковник Шишов со своими направился в штаб похоже моей бывшей бригады, но насчёт меня своему офицер шепнул. Тот и занялся мной, вещи вернули, тут порядок, оружие, всё, а вот военный билет позже вернули с изменениями. Рядовым я стал, как сообщил лейтенант, адъютант полковника Шишова, это за оскорбления офицеров. Легко отделался, могло и хуже быть. Так что я направился к «шишиге», что продолжала на холостом ходу тарахтеть, в кабине ранец, спальник трофейный и пенка. Даже палатку нашёл новенькую. Пусть будут. Вообще тут снега особо не было, чисто, мы же южнее чем Москва, но иногда снежные проплешины бывают. Так что маскхалаты все давно сняли, я тоже. Насчёт машины сопровождения нет, она за бригадой не числиться. Как и немало техники, взятой у нацбригады, гаражи которой мы захватили. Два бронеавтомобиля командира Одиннадцатой гвардейской десантно-штурмовой бригады мне показали, подъехал и встал замыкающим. Так как я на форме знаков различия не нёс, то и снимать ничего не надо. Нет, эмблемы десантные имел, а лычки не прикрепил. Так многие делали. Да уж, поменялась судьба. Но главное от Григоряна подальше, из-за него же это всё. Нет, своей вины тоже не отрицаю, не прогнулся, да хоть куда, подальше бы от этого хмыря. А тут на инстинкты мне давит, прибить его хочется. Ну резкая антипатия возникла после того ора при первой встрече, и не ослабла, а только усилилась после второй, когда в это дело ещё и комбрига втянули. Шишова всё нет, а есть хотелось, так что достал тарелку плова, ну и поел. Позже попив чай, вышел из машины, из-за горячего напитка окна потеть начали, печка не помогала. Так что встал у кабины, машины я так и не глушил, и кушал десерт.

— Шевцов, ты где арбуз взял? — возмутился мой бывший комбат. Это где я в роту попал. Получается в его подразделении три дня служил.

Я же бросил огрызок к трём другим, и достав из кабины тарелку, протянул. Тот не чинясь взял самый большой кусок, и с наслаждением откусил. Рядом ту же возникли два бойца, водители бронемашин Шишова, так что и их угостил. Адъютанта не было, ранее к полковнику убежал, велев мне тут ждать. А прожевав, майор сказал: