Физрук 4: назад в СССР - Валерий Александрович Гуров

тех, кто торчал сзади. Я сделал вид, что поскользнулся и, резко выпрямившись, нанес ослепляющий удар локтем в лицо тому, кто оказался ближе остальных. Руку второго я перехватил в миллиметре от своего носа и нанес чувствительный удар ниже пояса тому, кто на него покушался. С двумя другими пришлось поработать ногами. Пятый, а им оказался неудачливый Томкин хахаль, успел ретироваться. Глядя на то, как поверженные противники ворочаются в снегу, пятная его юшкой, я достал из кармана дубленки плодово-ягодное.

Поставив бутылку на столик, за которым обычно играют в домино, я сказал:

— Это вам, мужики, на поправку здоровья. А когда поправитесь, потолкуйте со своим дружком, который натравил вас на мастера спорта по самбо, а сам сдриснул.

Вернувшись к подъезду, я как раз застал Рунге и Зимина, выходящих из «BMW». Пацанчик тащил за собой туго набитую адидасовскую сумку, а Карл две, не менее плотно заполненные авоськи. Дежурившие бабки, наверное, терялись в догадках. Ну ладно у Томки из двадцать восьмой появился новый хахаль, но кто тогда привез Сережу? Еще один хахаль? На машине! Сопровождаемые недоуменными взорами, мы поднялись в квартиру. Здесь неожиданно пахло пищей. Хозяйка вычистила квартиру и ждала самого дорогого гостя.

— Сереженька, родной! — запричитала она, словно сын вернулся с войны, а не из дома, где его окружали забота и доброта. — Вернулся, кровинушка моя!

— Ты замок привез? — спросил я у Карла, чтобы чем-то заняться.

Тот вынул из кармана завернутый в газету замок. Старый я уже снял, так что можно было без помех поставить «новый». Приятель принялся мне помогать. Мы постарались попутно еще и укрепить дверь. Гарантировать от незваных гостей эти наши усилия сами по себе не могли, надо было принять еще какие-нибудь меры. Например, поговорить с местным участковым. Какого дьявола он допускает существование шалмана на своем участке? И неужели его не волнует, что у мальчишки нет нормальной жизни?

Решив не откладывать это дело в долгий ящик, я оставил Рунге в качестве почетного гостя, а сам отправился в пункт охраны общественного порядка. Так называли в СССР милицейские опорники.

Застал участкового на месте. Человек я для него незнакомый, поэтому он попросил у меня документы. Я предъявил ему свои корочки КМС. Изучив их, старший лейтенант кивнул и спросил:

— Так чем я могу вам помочь?

— Вы знаете семью Зиминых из двадцать восьмой квартиры пятнадцатого дома?

— К сожалению — да, — вздохнул он. — У вас есть на них жалобы?

— Я классный руководитель Сережи Зимина, — ответил я. — Мне хочется знать, что вы намерены сделать, чтобы помочь этой семье?

— Я неоднократно проводил беседы с его матерью, грозил административными мерами…

— А что вы сделали, чтобы прекратить сборища в этой квартире?

— Всегда реагировал на жалобы соседей. Лично выгонял посторонних, доставлял некоторых в медвытрезвитель, если они нарушали правила поведения граждан в ночное время… Если подобное продолжится, будем ставить вопрос о выселении.

— Куда? — спросил я. — Выбросите семью на улицу, только потому что не смогли навести порядок на вверенной вам территории?

— Гражданин, а не много ли вы себе позволяете?

— Не много, товарищ участковый. Сегодня я помог матери своего ученика навести в квартире порядок и дал денег на покупку продуктов. А потом — выбросил алкоголика, который приперся к Зиминым с чекушкой. А примерно через час он и его дружки попытались на меня напасть.

— Хотите подать заявление?

— Нет. Я хочу, чтобы вы, товарищ участковый, защитили эту семью от посягательств разного маргинального элемента. Сегодня мы с преподавателем немецкого языка товарищем Рунге заменили сломанный замок в двери квартиры Зиминых. Только мы не можем дежурить возле нее круглыми сутками. Вы меня понимаете?

— Если бы Зимина не вела антиобщественный образ жизни…

— А как она может отбиться от толпы алкашей, которые ломятся в ее квартиру и днем и ночью?.. Вам такой вопрос не приходил в голову?.. Зиминым нужно дать шанс наладить нормальную жизнь.

— Хорошо, я принял ваш сигнал, товарищ Данилов.

— Надеюсь, что он не ляжет под сукно!

Когда я вышел из опорного пункта, времени у меня осталось только на то, чтобы добежать до школы. Ну ничего, Карл попьет чаек за меня. А может, еще дополнительно вразумит маманю. Все-таки Серега у него тоже жил. Да и педагогического опыта у преподавателя немецкого языка будет поболе моего. К началу занятий я все-таки малость припозднился, однако бойцы мои уже не только собрались в зале, но когда я туда вошел, то увидел, что они разминаются самостоятельно.

Спасибо Красильникову. Вадик уже не в первый раз подменял меня. Вообще молодец парнишка! Всерьез готовится к актерской карьере. В эпоху, когда самым популярным жанром в кино станут боевики, актер, владеющий единоборствами, не останется не востребованным. Может, потому я и не помню актера с такими ФИО, что в другой ветке реальности у него попросту не было такого тренера, как я? А что — вполне возможно! И гордясь собой, я дал команду на отработку приемов в спарринге.

Вернувшись после занятий в свое жилище, я решил позвонить Рунге. Он был уже дома.

— Ну как там все прошло? — спросил я.

— Нормально, — откликнулся Карл. — Попили чай. Побеседовали. Очень милая женщина.

— Милая⁈ — усмехнулся я. — С такой как она лучше быть осторожным.

— Пошляк!

— Ладно, прости.

— Во всяком случае, наша вторая беседа оказалась более продуктивной.

— Очень хочется в это верить…

Глава 25

В среду я подозвал на первой перемене Серегу и спросил:

— Дома все в порядке?

— Да, все нормально, — ответил он.

— Хорошо, — кивнул я. — Если что не так, сразу ко мне обращайся. А если я буду в отъезде — к Карлу Фридриховичу… И надо бы вам ремонт сделать…

— Я и сам давно хочу, — сказал Зимин.

— Ну тогда подумаем, как это организовать.

— Спасибо!

— Не за что!.. Главное, наладьте с матерью жизнь.

Он кивнул и отошел. Понятно, что не все так просто. Если у Тамары Мироновны алкоголизм, то рецидивы неизбежны. А с другой стороны, если не помогать, то, как они справятся со своими проблемами? Еще я себе наметил каждую неделю посещать одного из своих пацанов на дому, чтобы понять, что там у них творится. Начну с Абрикосова. Он