Попаданец с опытом. Целитель. Том четвертый - Антон Владимирович Топчий

оплетали пушистые лозы плюща. А вдоль сада вела аккуратная выложенная камнем тропка, отделявшая от него редкие, но пышные деревья.

— Простенько, но хотя бы со вкусом, — подумал Григорий, при этом будучи вполне довольным возможности посидеть в уединении и посмотреть свои показатели.

Присев в тени одного из деревьев, парень открыл интерфейс и с интересом заглянул в него. К слову, на этот раз, посмотреть явно было на что:

Григорий Александрович Кузнецов

Уровень: 132

Прогресс: 710 из 10000

Здоровье: 5474 из 5474

Выносливость: 3228 из 3228

Мана: 6260 из 6260

Сила: 1497

Ловкость: 1502

Интеллект: 2167

Мудрость: 1491

Дух: 2127

Удача: 279

Владение магией: Архимаг 99%

Внутренняя энергия: 3 звезды 98%

— И всё же какое замечательное подземелье, — пронеслось в голове у Гриши, когда он заметил, что его уровень вырос настолько, что он теперь вновь может получить целых три новых способности, а значит, есть, пусть и призрачный, но шанс, что ему выпадет что-нибудь классное.

Но пробежавшись по статам чуть ниже, он невольно стопорнулся. А затем, придя в себя, подумал, — это что получается, я прямо сегодня смогу стать магистром и воином четырёх звёзд?

— Хм, — уже вслух издал он, после чего, прошептав себе под нос, — прикольно. Значит, для начала станем магистром, а для этого… — взгляд парня устремился на сад камней, а точнее на огромный булыжник в его центре. Но вот далее в его голове возникла характерная дилемма, — а какое заклинание лучше использовать, чтобы прорваться?

Стоит сказать, что данный вопрос был не таким уж и банальным. Овладение магией и внутренней энергией не было чем-то безопасным и банальным. Особенно это становилось заметным на более высоких рангах владения этими науками. Прочитав приличное количество литературы по магии, а затем ещё став архимагом, Григорий прекрасно осознал это.

Как следствие, становление магистром было серьёзно и немного опасно. Нужно было подобрать такие чары, которые позволили б парню преодолеть отделяющий его барьер и при этом он смог бы их завершить в момент становления магистром. В противном случае, при срыве заклинания в момент прорыва, был серьёзный риск, что откатившиеся чары, повредят дестабилизированные прорывом магические каналы.

Глубоко вдохнув, Григорий встал. Решение было принято. В качестве заклинания он решил использовать огненный шар, но не просто скастовать его, а наполнить и усилить дополнительной магической энергией. Такая модернизация требовало высокой концентрации внимания и хорошего маноконтроля, в свою очередь сворожить огненный мячик, для Гриши не представлялось сложным, а значит, он практически в любом состоянии мог закончить его.

Заклинание огненного шара легко и непринуждённо начало сплетаться, быстро формируя его основу, сформировав которую, Гриша немного притормозил. Получив готовую, не до конца оформленную в заклинание конструкцию, он начал насыщать её дополнительной маной, вплетая её в каждый «узелок», в каждую формулу будущего заклинания.

Несмотря на относительную простоту чар, Григорий полностью сосредоточился на заклинании, буквально погрузившись в него с головой. Он старательно и кропотливо усиливал и преобразовывал его, дорабатывая и отшлифовывая каждую его деталь.

Парень так увлёкся, что даже не сразу почувствовал, что подошёл к некому пределу. С первого взгляда непреодолимая стена, будто выросла перед ним. Но, даже заметив её, он продолжил шлифовать заклинание, прислушиваясь к каждой его детали, планомерно изучая саму суть, из которого оно состояло. При этом перед Гришей открывалась не только природа магии огня, которая формировалась из хитросплетённой маны, доработанной, настроенной, отшлифованной и в результате преобразованной в огненные чары, которые уже прямо рвались наружу. Перед ним открывалась сама природа преобразования маны в огонь.

Огненный шар в Гришиной руке готов был буквально взорваться, настолько он был заполнен маной, которая приобретя огненный элемент, уже не желала быть спокойной. Ей требовалась свобода, даже не смотря на то, что она вела к её полному рассеиванию.

Где-то в подсознании Григория мелькнула мысль, — надо активировать чары! А то не ровен час и они выйдут из-под контроля! — Но в ответ этим, вполне разумным мыслям, сам же парень ответил, — нет! Нельзя! Мне осталось сделать один маленький шаг! — В ответ на это, Гришино сознание, повинуясь его воле, устремилось вперёд, углубляясь и буквально вкручиваясь в саму природу заклинания.

В этот миг парень неожиданно осознал то, что всё время крутилось перед ним. Вся магия не более чем конструктор, собранный из множества мельчайших деталей. И даже те конструкты, которые он напрямую использовал для формирования чар, имели сложную многогранную структуру и состояли из других более мелких деталей. Как и материя, магия состояла из множества частичек, в осознании которых Григорий неожиданно углубился.

Вроде он и раньше, знал про их существование, замечал их и даже иногда использовал, например, чтобы напитать чары большей магической энергией. Но именно сейчас, перед ним открылась вся безграничная полнота этого, сокрытого от большинства, слоя в магических заклинаниях.

Вслед за этим осознанием Григория неожиданно накрыла резкая, всё разрушающая волна, которая будто швырнула его в ту непреодолимую стену, которая ранее возникла перед ним. — Пора! — Щёлкнуло в сознании парня, а его тело рефлекторно швырнуло шар огня в ранее запримеченный булыжник.

Резкий, жуткий взрыв огласил пространство, но Гриша не слышал его. В этот миг он даже не чувствовал, как из его носа течёт кровь. Жуткая и нестерпимая боль буквально разрывала всё его нутро, не позволяя не то что мыслить, но даже понимать, что с ним происходит.

— Господин! Что с вами⁈ — Послышался голос выбежавшей в сад Ара-Хая-Нри. Орчанка молнией подлетела к стоявшему на одном колене парню, невольно став его опорой.

Гришино тело уже не выдерживало, его кренило вниз и если бы не вампирица, то он бы просто рухнул наземь. А его сознание, которое и так желало покинуть его, наверняка так и сделало бы.

Не понимая, что происходит с Григорием, орчанка, начала кричать и звать на помощь. А из её глаз потекли предательские слёзы, выплёскивая наружу все те беспокойства и страхи, которые царили в эти секунды в ней. Девушка сама не понимала почему, но она жутко боялась, что её господин погибнет.

Тем временем Гриша уже понимал и чувствовал, как огромная энергия, вливающаяся в него, рвёт на части все его составляющие. Он уже ощущал всю ту боль, сопутствующую этому процессу. Но в тоже время он всё ещё не чувствовал окружающего мира. От боли его глаза застлала красная пелена, а уши заложило. Григорий буквально превратился в один сплошной комок