Телохранитель Генсека. Том 1 - Петр Алмазный

Тем временем Ваня умял гамбургер, запил колой.

— Сейчас бы еще пиццу, — мечтательно произнес он.

— Губа не дура, — я усмехнулся. — Пиццу сам приготовишь. Только сосисок купи. Записывай рецепт.

— Я запомню. У Капитонова память знаешь какая? А еще говорят, что старики забывчивы! Да у нас на целом факультете ни у кого такой памяти не было! Я теперь вообще ничего не забываю. Представляешь, помню каждое слово, сказанное каждым человеком, с которым хоть раз в жизни встречался. С такой памятью жить вообще сложно. А еще он был такой мстительный, сука старая! У него столько продуманных планов было, на тему кого и как подставить! Мне иногда мерзко от такого соседства в башке, но приходится пользоваться. Куда я с подводной лодки? Я вот думаю, что я такого в своей настоящей жизни сделал, чтоб меня так наказали?

— А ты как вообще сюда попал? При каких обстоятельствах?

— Да на тусе был. Пацаны предложили колеса, ну я закинулся. И сдуру водкой запил. Потом такие приходы были, думал — с ума сойду. Вот если ад есть, то я как раз его и видел. Потом вроде в себя стал приходить, помню, как меня на каталке везли, капельница тут же. Коридор больничный, потолок с лампами. И все. Как выключило. Глаза открываю — я здесь. Сначала подумал, что меня не отпустило еще. Приход такой странный, продолжение банкета. Не понял, где я, кто я. Прошел в туалет, отлить, трусы спустил, член достал — а он чужой!

Я не удержался и захохотал, живо представив эту картину.

— Тебе смешно, — обиделся Ваня, — а мне нифига не смешно было! Ладно, хорош ржать, диктуй свой рецепт.

— Можно. конечно, заморочиться с дрожжевым тестом, но я тебе предложу холостяцкий рецепт. Готовится прямо на сковороде, только температуру регулируй. Десять минут на медленном огне. Там все просто: три яйца, три ложки майонеза, три ложки сметаны, девять ложек муки. Перемешиваешь тщательно — и на сковороду. Сверху выложишь сосиски, только порежь колечками.

— Я не дурак, соображу. И сыром тоже соображу посыпать, — он усмехнулся и, вдруг нахмурившись, спросил:

— Постой, а ты тоже телепат? Я тебя заподозрил, когда не смог прочесть твои мысли. Потом, когда ты про геев спрашивал, специально слово «пранк» ввернул. Но ты не отреагировал. Я подумал, что ошибся.

— Не ошибся, Ваня. Кстати, а на самом-то деле геев ты зачем притащил? Понимал же, что делаешь.

— Да прикололся просто. Скучно здесь. Я в этом времени подыхаю без гаджетов. Кажется, почку отдам за мобильник! А уж компьютер… во сне снится. Тогда в зале игровых автоматов такой облом был. Блин, сел возле этого гроба с музыкой и по корабликам стрелял. Прикинь, это после War Thunder?

— Вот об этом хочу особо поговорить, — перебил его, пока парень не начал ностальгировать по компьютерным играм. — Портрет ты классный нарисовал.

— Еще бы, пять лет в художке занимался, — похвалился он.

— Ты читаешь мысли, — я не давал ему уйти от темы разговора. — О чем тот мужик думал? Который шизика в подсобку увел.

— Ну поначалу я ж не слушал… Среагировал позже, когда мелькнуло о работе в Институте кибернетики, в Киеве. Он думал, что скоро отчитываться надо будет. В какой-то лаборатории по проектированию человека как системы. Я поэтому и обратил на него внимание, зацепился за слово «кибернетика». Неожиданно в семьдесят шестом году.

— А почему Рыжов активно пользовался геймерскими словечками?

— А, это… Это я наверное вслух говорил, когда в морской бой играл. Возможно, покричал несколько раз, на эмоциях, а шизик запомнил… Я не могу без эмоций, всегда бурно реагирую на выигрыш, а тем более проигрыш. Даже на сбитые кораблики. Наверное, со стороны забавно смотрится. А тот мужик как раз работал с Рыжовым. Я еще услышал что-то типа «Вы подчиняетесь мне» — и дальше в том же ключе бла-бла-бла — «вы исполняете мои команды беспрекословно». Дальше уже не слышал, что он внушал. Хотя теперь жалею, надо было вникнуть — тоже ведь какие-то экстрасенсы, НЛП и все такое. Дело необычное по нынешним временам. Но, блин, игра… Хотел рекорд поставить, чтоб первым в топе…

— НЛП, говоришь… — задумчиво произнес я. — Спасибо, Иван! Ты даже не представляешь, как помог.

— Ага, типа служу Советскому Союзу? — Ваня издевательски ухмыльнулся. — Расскажешь, что за тема?

— Потом Ваня, попозже. Обязательно встретимся и поговорим серьезно. Ты сможешь устроить так, чтобы в Завидово поехать?

— Ну с Пицундой же получилось? Меня и так всегда тащат на эти охоты, рыбалки. Я отказываюсь, типа заболел. Ну сам подумай, о чем мне с этими пердунами старыми говорить?

— Ничего, немного потерпишь. Мне надо протащить реформы, но соперники серьезные. Поможешь?

— Да не вопрос, помогу, — небрежно махнул рукой Ваня. — А ты типа историю меняешь?

— Хотелось бы, но это не так просто оказывается. А ты представь, если не будет войны в Афгане, если Чернобыль не взорвется. Каково, а?

— Ну да, хорошее дело… — как-то вяло и без особого интереса согласился Ваня.

Все-таки у каждого свои ценности… Хорошо хоть второй попаданец не подонком оказался, а вполне нормальным обычным парнем.

Ладно, пора собираться. Я помыл за собой тарелку и собрался уходить.

— Ну все, бывай, Ваня. Рад был знакомству и до встречи в Завидово. И смотри у меня, с суицидом больше не шали. Я обещал тебе помочь выбраться? Вот и давай работать в нужном направлении, а не падать духом.

Я пожал ему руку, прошел в прихожую, надел куртку.

— Ты только не бросай меня, — попросил Ваня, провожая меня в коридоре.

— Не брошу, — обнял его крепко, по-отечески. И снова попросил: — Только давай больше без глупостей? Хорошо?

— Заметано, — ответил он.

Глава 23

Спустившись по лестнице, я попрощался с консьержем и направился к машине. Сел, закурил и задумался.

Все оказалось не так плохо, как могло бы быть. Парень толковый, хотя и легкомысленный. Но это, скорее, из-за возраста. Помню, сам в двадцать лет был еще тем оболтусом! То, что Ваня Полторацкий учится на историческом факультете объясняет, почему он без особых проблем вписался в окружение членов Политбюро.

И то, что у реального Капитонова абсолютная