Рецепты идеального брака - Мораг Прунти

Хотя бы один раз. Этого одного раза было бы достаточно, чтобы освободить его.

В тот момент то, что всю жизнь казалось мне невозможным, вдруг показалось простым. Мне не обязательно было любить Джеймса, чтобы сказать ему, что я его люблю. Мне просто нужно было произнести: «Я тебя люблю».

Джеймс ненадолго закрыл глаза, и его губы в последний раз произнесли мое имя.

В тот момент, когда его не стало, на меня снизошло озарение.

В тот момент, когда я впервые сказала своему мужу, что люблю его, я осознала, что это было правдой.

Я целый час его обнимала и повторяла: «Я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя» — снова и снова в пространство нашей опустевшей комнаты. Я представляла, как душа Джеймса в потоке моих слов уносится в окно и дальше на Небеса. Сколько нужно слов, чтобы донести душу до Небес? Сколько «я люблю тебя»?

Мне должно было казаться, что я говорю это слишком поздно. Но это было не так, и это было моим самым великим откровением.

Джеймс был любовью моей жизни.

Не той, которой я желала, не той, о которой мечтала, но мечты и желания не живут в реальном мире.

Джеймс был моей жизнью. Моей реальностью.

Любовь может жить в твоем сознании и в твоем сердце, и она может быть тем, чем ты захочешь. Моя любовь к Майклу Таффи за исключением того первого славного лета была фантазией. То, что я делила с Джеймсом, действительно принадлежало мне. Любовь, которая живет в мире и требует жертв, компромиссов, взаимности, терпения — осязаемая, суровая, нежная любовь — она реальна. Это та любовь, к которой ты можешь прикоснуться, и она может успокоить тебя, поддержать и защитить: любовь, чей запах и вкус кажутся знакомыми, пусть и не всегда сладкими. Любовь, которая не больше того, чем со временем могут стать кожа и дыхание, необходимая, как вода.

Наследство, которое мне оставил Джеймс, было его доверием. Он никогда не обвинял меня в том, что я была плохой женой, любовницей или матерью, хотя я не состоялась ни в одной из этих ролей. Он верил в мою любовь к нему, хотя за всю нашу совместную жизнь мы ни разу об этом не говорили. В моем чувстве долга по отношению к нему Джеймс видел любовь, и, хотя мне никогда не хватало смелости признать это, он был прав. Я смотрю на охотничью сумку, на которой я вышила его инициалы; на подголовник, что я смастерила для его кресла и на котором остался отпечаток его спящей головы, — и я думаю, что каждая вещь, которую я для него сделала, каждая сдобная лепешка, что я испекла, каждая корка, которую я срезала, каждый лист латука, что я вырастила, содержал, возможно, частичку любви. Но и этого было довольно.

Джеймс помнил каждый мой жест, так что в конце своей жизни я знала: он чувствовал себя любимым.

Ему просто было нужно, чтобы я сказала это перед тем, как его не станет. Хотя я верю, что он знал: мне тоже нужно было это сказать вслух.

Джеймс был любовью моей жизни, потому что я разделила с ним мою жизнь. Совершенно мистическим образом.

Мой муж был моим хлебом и маслом, моей пищей, а Майкл? Ну, он был только джемом.

Так в конце концов, вопреки самой себе, я полюбила своего мужа. Неохотно и не полностью.

Но что в жизни вообще может быть абсолютным?

Только смерть.

10. Согласие

Можно заключить соглашение с любовью, но невозможно по-настоящему любить без согласия

Это рецепт не моей бабушки, а моей собственный. Потому что иногда, независимо от того, какое удовольствие ты испытываешь от чужой работы, ты не можешь найти замену рецепту, который создала сама.

На две порции потребуется:

мясо ягненка (около шести котлет)

3–4 нарубленных головки лука-шалота

один мелко нарубленный зубчик чеснока

2 горсти маленьких молодых картофелин

8 целых маленьких карликовых морковок

полторы чашки бульона из ягненка

2–3 нарубленных стебля розмарина

Способ.

В течении трех минут обжарить мясо ягненка с обеих сторон на рифленой сковороде для жарки. Переложить со сковороды и бросить на нее лук-шалот и чеснок на одну минуту, затем тоже снять. Вылить на сковороду горячий бульон, добавить картофель, морковь, чеснок, лук-шалот и розмарин и дать им закипеть.

Выложить сверху мясо ягненка, накрыть и тушить в течении пятнадцати (с кровью) или двадцати минут (до хорошей прожарки).

Выньте мясо и овощи шумовкой и выложите на тяжелое блюдо. Накройте кухонным полотенцем и отставьте на пять минут. За это время выпарите треть жидкости (при горячей температуре на это уйдет две-три минуты). После этого влейте в оставшуюся подливу изрядную порцию красного вина и оставьте на большом огне ещё на две минуты. Выключите огонь и накройте крышкой, чтобы подливка оставалась горячей.

Нарежьте мясо на шесть частей, поместите по три на тарелку и разложите вокруг картофелины и морковь. Подливку с красным вином подавать сразу перед обедом.

Стоит подавать с промасленной, подвявшей белой капустой, посыпанной тимьяном (мелко нарубите четверть кочана белой капусты и тушите десять минут на медленном огне с двумя шариками масла, добавьте немного красного вина. Тимьян положите за две минуты до готовности).

Глава сорок первая

Первый год моего замужества во всех смыслах прошел совсем не так, как я планировала. Моя карьера в качестве кулинарной писательницы подошла к временному, я надеюсь, перерыву. Пилотный выпуск телепрограммы прошел незамеченным, если не сказать хуже, а книгу «Рецепты ирландской бабушки» опередила на две недели другая — «Рецепты ирландской кухни», написанная коровой и мелкой предательницей, которая была моей ассистенткой. Дэн повторял: «Все устаканится» — до тех пор, пока мне не захотелось его убить. К счастью для него, все действительно устаканилось, только не так, как любой из нас ожидал.

Фотографии нашей кухни, которые журнал «Нью-Йоркские интерьеры» сделал за полгода до того (и мы более или менее забыли об этом), стали хитом продаж. Отклик на наши стилизованные комоды изумлял, и я внезапно оказалась завалена количеством заявок на оформление кухонь. Вот только все хотели «кухню-оригинал», как наша. У Дэна появилась идея. Он позвонил Джерри, и они вдвоем стали принимать заказы. Они арендовали какую-то мощную грузовую машину и принялись разъезжать по свалкам и поставщикам строительных материалов. Прежде чем я смогла сообразить, что происходит, мы втроем создали компанию по оформлению кухонь и кухонному производству, названную «Эклектичные кухни», не больше и не меньше. Дэн уволился с предыдущей работы, и мы продали квартиру на Манхэттене, потратив деньги на выставочный зал. Три месяца у нас отбою не было от заказов; это был самый безумный, занятой, прибыльный и пугающий опыт в моей жизни. Мы с Дэном провели нашу первую годовщину свадьбы на черепичной фабрике на собрании, где рассказывали о нашей новой палитре ретроцветов. И вот что самое безумное — мне понравилось.