Куда ведут все карты (СИ) - Дарья Кей

не шёл. Он думал о шикарных загородных особняках, о жемчужном кулоне и других украшениях, небрежно сваленных в одну шкатулку, но всё ещё стоящих состояние. Лиз это было не нужно. Она хотела, как сама выражалась, вечной славы и делать то, что вздумается. И, наверно, этим и завораживала его даже сейчас, когда мирно спала под боком.

***

Утром Лиз разбудила Макса толчками в плечо. Он открыл глаза, улыбнулся ей и её растрёпанным светлым косам, собственной цветной футболке и расслабленно пробубнил «доброе утро», но вместо поцелуя, улыбки или хотя бы ответного приветствия получил: «Макс просыпайся, у тебя пейджер с ума сходит».

Действительно! Какое утро без пейджера… Чёрная коробочка с выдвижной клавиатурой была похожа на складной калькулятор, на крошечном экране которого появлялись буквы, а не цифры. Такую роскошь выдали ему на работе, и по нему можно было слать короткие текстовые сообщения (буквально десяток слов за раз) на ограниченное количество номеров, основными из которого были номера Уильяма, его секретаря, Роквуда и ещё пары ребят из отряда последнего.

В этот раз писал Рок, и сообщение его вызывало настороженность и недовольство.

— Что такое? — спросила Лиз.

— Роквуд говорит приехать в штаб сейчас же. Видимо, что-то серьёзное.

Он покачал головой и скинул одеяло. Потянулся к вещам. И, пока он переодевался, Лиз куда-то убежала, а вернулась с большой чашкой, которую держала в обеих руках.

— Я не знала, что ты пьёшь и из какой кружки, — сказала она, осторожно, чтобы не расплескать, опускаясь на колени на кровать, и передала её Максу, — но подумала, что чай — отличное начало дня.

Он недоумённо смотрел на кружку, понимая, что никто не приносил ему чай в постель, наверно, с самого детства. Да и он сам с полгода ни для кого так не делал.

— Спасибо, Лиззи, — принял он чай. — Ты давно не спишь?

Она умостилась рядом, поджав под себя ноги, и пожала плечами. Сказала, что, наверно, проснулась с час-полтора назад, но не захотела его беспокоить, а потому сама разобралась с тем, как закипятить воду и заварить чай (дома у Агаты этим всегда занималась Пэтти, но Лиз умела пользоваться зажигалками, а потому кухню не подожгла), а ещё ограбила холодильник и ящик, где Макс хранил хлеб.

— Возвращать за это деньги ты, конечно же, не собираешься, да? — пошутил Макс, подмигивая.

Лиз надула губы.

— Разумеется не собираюсь! И вообще могу затребовать чаевые за работу официанта.

— О нет! Надеюсь, я смогу откупиться традиционным утренним кофе?

Лиз улыбнулась, пряча глаза, и тихо сказала:

— Не стоит. А то потом я в жизнь не расплачусь за весь этот кофе…

— Да ладно, ты-то легко расплатишься.

Она вскинула на него голову и густо покраснела до ушей. Извинившись, Лиз убежала в ванную переодеваться, чтобы не задерживать Роквуда, а Макс остался убирать кровать и думать, а не рано ли он пытается перевести их отношения в несколько новую плоскость.

Лиз, впрочем, такими мыслями обременена не была и за всю их поездку до коллегии не обмолвилась ни разу ни о ночи в его доме (да и должна ли была, если они уже спали так в отеле на Утёсах и в поезде), ни о его словах, которые её явно спугнули, ни о том, что вообще что-то происходит. Она только чмокнула его в щёку, выходя (хотя ни разу раньше так не делала), и попросила не уезжать слишком надолго. Макс не знал, как пообещать то, на что не имеет влияния, и просто кивнул, а сам переехал через двор и припарковался прямо у лестницы штаба рядом с красным внедорожником Роквуда.

В кабинете майора не было никого, Макс даже удивился. Роквуд докуривал сигарету, и вонючий дым стелился, как туман над рекой, и всё тонуло в таинственной дымке. Макс махнул рукой перед лицом и предложил открыть окна, чтобы впустить в аскетичный прокуренные кабинет хотя бы глоток кислорода. Роквуд махнул рукой:

— Что хочешь делай. Всё равно щас поедем. Шкипер написал из Колби. Инспектор хочет, чтоб мы это проверили.

— Настолько серьёзно?

— Похоже. Умел бы он читать через машинки, было бы проще, а?

Макс покачал головой. Роквуд Уильяма будто недолюбливал, хоть никогда на регалии инспектора не покушался. Он просто считал себя старше, умнее, опытнее, раз прожил лет на пятнадцать больше «мальчишки, которого поставили новым инспектором» — так Роквуд отозвался о Уильяме, когда того утвердили на должность. Буквально в то же время, когда Макс сам попал в команду.

Тем не менее «мальчишке» Роквуд подчинялся беспрекословно, а потому они с Максом ехали сейчас с Твин Шлив, графство Колби. Ехали быстро, намного превышая скорость, но Роквуд никогда не осторожничал. Значок от наёмного корпуса, бумага от инспектора королевской полиции и всегда на полную заражённый пистолет — вот его обереги от каких-либо штрафов. А ещё двадцать лет опыта вождения и мгновенная реакция. Макс бы так не смог.

Когда-то кто-то пошутил, что с такими навыками Роквуду стоило стать личным водителем Уильяма, на что Рок, перебросив сигарету из одного уголка рта в другой, хмыкнул: «Только если вам хочется нового инспектора».

В Твин Шливе их встретил Говард Шкипер сам. Он казался классическим полицейским из брошюр, которыми пытались завлекать молодых людей в академии: высокий, статный, улыбчивый. Не знаешь, какова его должность, спутаешь с актёром или, чего доброго, со знатной особой. Но Шкипер происходил из небольшого города в графстве Гельзенкипен на дальнем севере. Там он на голову обходил всех сослуживцев, за что его и пригласили в столицу, где он быстро дослужился до младшего гражданского инспектора, а потом познакомился с Роквудом и тоже попал в наёмный отряд. Со службы, правда, не ушёл, но частенько пропадал в командировках, которые и не снились старшему гражданскому инспектору.

— Так что, говоришь, случилось? — спросил Макс, когда их угостили доставленными прямо в отделение местной полиции полуночным ужином. В еде Макс сразу узнал картошку и бараньи шашлыки из того трактира, куда они заходили с Лиз первым вечером в Твин Шливе.

— Помнишь бандита, которого ты подстрелил, Макс? — спросил Шкипер. — Его отравили несколько дней назад, тогда же, когда мы перевели его из тюремной больницы в обычную камеру. Моя командировка должна была уже закончиться, но это… Придётся задержаться подольше.

Макс и Роквуд закивали с пониманием.

— За что отравили?

— Видимо, чтоб не болтал.

— Он ж ничего не рассказал толком, — фыркнул Роквуд, отбрасывая обглоданную шпагу второго шашлыка. — Только про убитых, а толку-то с них?

— Значит, знал что-то ещё, — пожал плечами Шкипер. — В любом случае, спасти его не удалось. Но мы вытащили другого. Помните лавочника из «Амбера»? Его пытались отравить вчера,