Сова Аскира (ЛП) - Швартц Ричард

36. Три ненужных ухажера

Ласка ещё ничего не слышал о событиях, произошедших в порту. Зато недалеко от «Золотой Розы» из бокового переулка его внимание привлекло бряканье стали о сталь.

«Один из его самых больших недостатков — это любопытство», — поневоле подумал Ласка, быстро передвигаясь в тени. Он просто не мог ему не поддаться. Солнце ещё не зашло, тем не менее в переулках торгового района было достаточно глубоких теней, а в его натуре — использовать их. Всегда есть преимущество в том, чтобы видеть происходящее, а самому оставаясь невидимым.

Когда он заглянул за угол, представшее перед ним зрелище было обычным. Неожиданностью оказалось лишь то, что это происходило здесь, в торговом районе. Трое головорезов загнали в угол молодую женщину. Чего они от неё хотели, было неясно, наверное, всё: деньги, тело и жизнь.

Только в этом случае жертвой была Тарида и отнюдь не такой беззащитной, как с восхищением заметил Ласка. На земле уже лежал мужчина, который с хрипом испустив свой последний вздох, направился к Сольтару, а два других негодяя, сквернословя, пытались добраться до жертвы со своими дубинками. Но та изящно танцевала перед ними туда-сюда, плетя в воздухе тонкой, но острой рапирой паутину из стали, и изысканными словами издеваясь над их происхождением и мужественностью.

Одна из её целенаправленных подначек была настолько колкой, что даже сам Ласка вздрогнул и поморщился, в то время как один из нападавших недоверчиво уставился на неё и на мгновение даже опустил свою дубинку. Видимо, её слова так сильно его ранили, что он совсем забыл, что сталь тоже может колоть.

В следующий момент ему об этом напомнили, так как острый клинок дёрнулся вперёд и вонзился ему в плечо. Со стоном и проклятием, мужчина уронил свою дубинку и отшатнулся, что заставило последнего из мужчин отступить от девушки-барда ещё дальше.

Он залез под камзол и вытащил два метательных ножа, в то время как его раненый дружок, ругаясь, подначивал, наконец, прикончить эту бешеную суку, чтобы они моги убежать…

— Даже не пытайся, — крикнула Тарида, угрожающе подняв рапиру. — До сих пор я развлекалась небольшой беседой среди друзей, но если ты кинешь в меня нож… ей! — запротестовала она, а в это время её рапира уже дёрнулась вперёд и отбила брошенный со всей силы кинжал, так что он, не нанеся никакого вреда, ударился о стену позади неё. — Я тебя предупреждала!

Она выполнила быстрое движение руки, словно нападающая гадюка, и из её пальцев вырвалась паутина яркой молнии, обернулась вокруг удивлённого грабителя и заставила его дёргаться, в то время как грохот грома заполнил узкий переулок.

Несчастный ещё один раз дёрнулся, от его волос поднялся дым, затем он как столб повалился на землю, в то время как последний — тот, чьё плечо она проткнула — сначала растерянно посмотрел на неё, а потом бросился бежать… Ласке нужно было только протянуть руку с кинжалом, когда парень пробегал мимо.

Ласка ловко увернулся от фонтана крови, встретив недоверчивый взгляд. Мгновение спустя парень, хрипя, упал на землю рядом с Лаской.

— Сразу три ухажёра, Тарида? — вежливо спросил Ласка, наклоняясь, чтобы вытереть свой окровавленный клинок об одежду умирающего. Девушка-бард вздрогнула, услышав его голос, рапира в её руке поднялась, чтобы сразу же опуститься, как только она его узнала.

— Это ты, — заметила она, тяжело дыша и нахмурившись глядя на умирающего позади него. — Зачем ты его убил?

— Ты не знаешь? — удивлённо спросил Ласка, прислонившись к стене и глядя на девушку-барда, скрестив руки на груди. А посмотреть было на что, поскольку на ней было облегающее платье с глубоким вырезом, которое подчёркивало её достоинства. В длинных вьющихся волосах — развивающийся гриве — ещё были видны остатки замысловатой причёски, но добрая половина шпилек и заколок выпала во время боя.

Её грудь поднималась и опускалась, когда она вытирала лезвие о мёртвого парня и вставляла в ножны за спиной между лопаток.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Откуда мне знать, Ласка? Он сбежал, не было необходимости убивать его, — заметила она и наклонившись, осторожно подняла футляр с лютней и осмотрела его. Только когда она увидела, что с её драгоценным имуществом ничего не случилось, она вздохнула с облегчением. Она взяла под левую мышку футляр и убрав с лица волосы, внимательно изучила легендарного вора.

— И тогда завтра весь Аскир узнал бы, что Тарида, бард с золотым голосом, обладает магией, способной одним движением руки сразить такого злодея, как этот, — ответил Ласка, кивая в сторону мертвеца. — Он всё ещё дымится!

— И что? — в недоумении спросила девушка-бард. — Это Аскир, здесь на каждом углу есть магия!

— Но мало тех, у кого есть магические способности! Как думаешь, сколько времени пройдёт, прежде чем появился первый слух о том, что твоя магия является результатом некоего тёмного дара? — Он отстранился от стены и посмотрел на двух мертвецов у её ног. — Мне нужно напоминать тебе о том, что у культа Белое Пламя здесь тоже есть последователи?

— Как будто в этом есть необходимость. Но ты прав, — неохотно признала она. — Однако я ненавижу быть в долгу перед тобой за убийство человека.

— Не думаю, что его стоит жалеть. Знаешь, кто они такие? — спросил он. — Мы находимся в торговом районе, поэтому они либо совсем глупые, либо у них была причина поджидать тебя. Это как-то связано с камердинером?

— Нет, — сердито ответила она. — С Аламиром де Жерсоном! — Она презрительно поморщилась. — Он нанял этих троих и был достаточно глуп, чтобы передать через них, насколько недоволен тем, что я отобрала у него выступления в «Золотой Розе»!

О барде Аламаре Ласка тоже был наслышан и даже однажды слушал его выступление. Он был неплох, но жеманный и высокомерный и, как говорится, любил играть на флейте других людей… Он ещё никогда не нравился Ласки.

— Де Жерсон был тем парнем, у которого ты забрала выступления в «Золотой Розе»? — удивлённо переспросил Ласка.

— Именно он. Видимо, он обиделся на меня.

— А ты не могла просто позволить им запугать себя? — немного язвительно спросил Ласка. — Или, по крайней мере, сделать вид?

— Я подумывала об этом, только они захотели больше, чем я была готова дать.

— Глупо с их стороны, — заметил Ласка. — И со стороны де Жерсона тоже. Должно быть, чаевые в «Золотой Розе» хорошие!

— Не плохие, — ответила она, наклоняясь, чтобы подобрать несколько шпилек. Она поправила волосы, со вздохом опустила плечи и посмотрела на него, прося о помощи.

— Я ещё никогда не была в такой ситуации, Ласка, что мне теперь делать? Ждать охранников?

— Это была бы самая бредовая вещь, которую ты могла бы сделать, Тарида. Веди себя так, будто ничего не случилось… — Ласка огляделся, подобрал ещё три шпильки и протянул ей. — Сначала ты должна взять меня под руку и пойти со мной. Оставаться здесь дольше — совсем плохая идея.

— Разве охранники не найдут их?

— Найдут… но не раньше завтрашнего утра. Они не ходят по этому переулку, если у них нет на то причин. — Ласка нагнулся и оттащил трупы подальше в тень, чтобы от входа в переулок ничего не было видно. Затем протянул Тариде руку с обнадёживающей улыбкой.

— Следуй за мной, я знаю, мы сможем незаметно добраться отсюда до главной улицы.

— Разве не было бы лучше пойти в комендатуру и рассказать, что случилось? На меня напали, вы сами это видели!

— Думаешь, они поверят моему слову?

— Может и поверят. Ты вор, а не убийца… хотя… — Она оглянулась на тёмный переулок.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ласка вздохнул.

— Это не убийство. Это было ради твоей защиты! Просто поверь мне, это было необходимо… если бы этот человек сбежал, то созвал бы своих друзей, чтобы снова устроить тебе засаду, на этот раз с целью убить! Помимо того, что ты осмелилась дать отпор, ты ещё так напугала его, что он наделал в штаны… он бы никогда тебя не простил.

— Правда? — недоверчиво спросила она.