Не суди по оперению - Зои Брисби

на ногтях был ярко-красный лак. Но на этом сходство заканчивалось. Никаких кресел от Старка, лишь пластмассовые садовые стулья грязно-белого цвета. Правда, заботясь об удобстве клиентов, ясновидящая положила на них фиолетовые подушки. Трогательный знак внимания.

Все стены фургона были завешаны набивными тканями с изображениями солнца, луны и прочих светил.

Провидица сидела спиной к чему-то вроде алтаря, в котором стояло множество свечей, подсвечивающих ее лицо оранжевыми тонами.

Хотя Максин с Алексом постучали в дверь, она при их появлении не подняла головы. Казалось, она даже не замечает их присутствия. Возможно, она пребывала в состоянии медитации или общалась с силами вселенной.

От ее низкого голоса молодой человек вздрогнул.

– Я вас ждала.

Максин, явно впечатленная происходящим, обернулась к Алексу. Она слегка толкнула его локтем, словно хотела сказать: «Что я тебе говорила!» И в изумлении спросила:

– Вы знали, что мы придем?

– Разумеется.

– Откуда вы могли это знать?

– Я же не глухая – вы постучали в дверь.

Она жестом пригласила их сесть на садовые стулья, которые скрипнули под тяжестью их тел. От нее исходила даже некоторая доброжелательность, чему способствовали и ее округлые формы. Однако в ее глазах, до того черных, что не видно было зрачка, таилась невероятная глубина, которая одновременно и пугала, и притягивала. Единственное окно в фургоне было закрыто бархатной занавеской гранатового цвета. Танцующее пламя свечей отражалось в ее глазах цвета воронова крыла.

Угловой столик, покрытый цветастой скатертью, украшала ваза с увядшими цветами. Возможно, они были засушены, но в сознании Алекса чудились скорее умершими. Это показалось ему дурным знаком. Вся здешняя атмосфера его слегка пугала. Ему было не по себе среди такого нарочитого мистицизма. Он смотрел по сторонам, изучая все уголки фургона, прежде всего чтобы не встретиться взглядом с ясновидящей. Шарлатанка или нет, но она умела себя подать.

Алекс почувствовал, как кто-то коснулся его ноги. Содрогнувшись, он посмотрел вниз. Ничего. Наверное, ему померещилось. В детстве он боялся темноты и воображал, что ужасные чудовища спрятались у него в комнате. Родители поднимали его на смех. Чудовищ не бывает, и нечего распускать нюни.

Он снова почувствовал чье-то прикосновение, на сей раз у другой ноги. Это уже не фантазии. Алекс быстро наклонился, чтобы защититься от назойливого чудища. Кот. Черный. Просверлил желтыми глазами Алекса, последний раз потерся о его ногу и удалился, подняв хвост трубой.

– Черный кот – это немного избито, – произнес Алекс, сам того не желая.

Провидица недоуменно посмотрела на него.

– Я нашла его однажды около моего фургона и подобрала. Вы знаете, что черных котов бросают чаще, чем других? У некоторых людей предрассудки сильнее, чем здравый смысл.

– А разве источник ваших доходов не предрассудки?

– Нет, людей побуждает прийти ко мне надежда.

Догадываясь, что имеет дело со скептиком, она обратилась к Максин:

– Чем я могу вам помочь?

– Что вы можете сказать про наше будущее?

Алекса поразило слово «наше». Оно подразумевало, что у них с Максин будущее общее. Благотворная теплая волна прокатилась по всему его телу. Он победил. Она решила жить дальше. Иначе она бы так не сказала.

Старая дама, видимо, не только отказалась от своего зловещего плана, но и собиралась общаться с ним, когда их эпопея завершится. Он посмотрел на нее, блаженно улыбаясь.

Словно читая его мысли, Максин воспользовалась тем, что мадам Плутон сосредоточилась, закрыв глаза и выделывая руками пассы, достойные новейших достижений современной хореографии.

Старая дама прикрыла рот рукой и прошептала Алексу:

– Я ей устроила ловушку. Посмотрим, попадется она в нее или нет.

И на ее лице появилось хитрое выражение, как у ребенка, решившего пошалить.

У Алекса опустились плечи. Максин не хотела жить. Ему не удалось отговорить ее от ужасного плана. Она сказала «наше будущее» только затем, чтобы выяснить, насколько компетентна в своем ремесле мадам Плутон. Но он-то оказался некомпетентным, не способным вернуть вкус к жизни кому бы то ни было.

– Вокруг вас бродит смерть.

Еще одна, не способствующая оптимизму.

Максин обернулась к нему, вздохнув с облегчением, и снова прошептала:

– А она кое в чем смыслит!

– У вас бурный период в жизни. В ближайшее полнолуние вам это будет более ясно, – возвестила она пророческим тоном.

– А когда наступит ближайшее полнолуние? – живо поинтересовалась Максин.

– Я ясновидящая, а не астроном.

Она снова закрыла глаза и нахмурила брови, прежде чем продолжить.

– Дорога, ведущая к счастью, терниста и загадочна, но таит много чудес. Прошлое, настоящее и будущее неразделимы. Время – это нить, по которой мы движемся, как эквилибристы.

Алекс презрительно скривил губы, что не помешало ведунье произнести до конца свою тираду.

– Вы вот-вот обнаружите сокровище. Осторожно! Часто настоящее сокровище совсем не то, которое вы искали.

Она посмотрела прямо в глаза Максин.

– Я вижу белое. Много белого. Вижу, как вы лежите на белой постели.

Старая дама оглянулась на Алекса.

– Она говорит о клинике.

Мадам Плутон продолжала пророчествовать своим низким голосом:

– Какой-то человек, не совсем вам неизвестный, но с которым вы не знакомы…

– Это пустые слова, – не выдержал Алекс.

– Не перебивайте меня!

Ясновидящая не удостоила его взглядом, устремив глаза на пластмассовый столик. Но сказала это резким и не допускающим возражений тоном. Получивший сполна, Алекс осекся. Максин добавила, дав ему подзатыльник. Ну, если они возьмутся за него вдвоем, ему конец. Лучше помалкивать, сжав зубы и дожидаясь, когда это наконец закончится.

Мадам Плутон неожиданно взглянула на потолок. Подчиняясь ее внезапному и впечатляющему порыву, оба посетителя тоже подняли головы вверх и уставились в серый невзрачный потолок. Вдруг она снова опустила взгляд на свой столик. Алекс и Максин снова повторили ее движение. Алекс задумался о том, что она может там увидеть. На столике не было ничего, кроме нескольких безделушек. Возможно, она приклеила к нему шпаргалки, универсальные дежурные фразы, которые она цитировала всем клиентам подряд.

Он слегка наклонился вперед, чтобы проследить за ее действиями. Она бросила на него испепеляющий взгляд, и молодой человек откинулся назад в садовом кресле. Она что, прочитала его мысли? Не может быть. Он почувствовал себя полным идиотом. Конечно, такой старой даме, как Максин, необходимо, чтобы ее успокоили перед лицом близкой смерти, это Алекс волне понимал, но сам-то он не поверит в подобную чушь.

– Мне нужен мой цыпленок, чтобы разобраться.

Эти слова удивили даже Максин.

Ведунья встала и ушла за занавеску вглубь фургона. Теперь они были одни. Алекс воспользовался ее отсутствием.

– Пошли отсюда.

– Не уйдем же мы посреди сеанса.

– Вы называете это сеансом? Я бы сказал, что это сеанс