Другие правила - Валерия Аристова

Филипп усмехнулся.

— Да, честно говоря, было интересно, как далеко она зайдет. Моя сестрица – занятная девочка. Ход ее мыслей непредсказуем, но ею очень легко манипулировать, если знать как. И…, — он помолчал, — у каждого человека должна быть иллюзия выбора…

Хуан отвернулся, чувствуя себе героем чужой пьесы.

— У меня есть одно письмо... – продолжал Филипп, не обращая внимания на состояние спутника, — это письмо очень ждет дон Родриго. Я вам его отдам. И только вы сможете решить, передавать его Валери или нет. Теперь ваш ход, дон Хуан.

— Что это за письмо? — спросил он.

Филипп рассмеялся.

— Я вот подумал... Если вы хотите быть честным с Валери, то обязаны отдать ей это письмо. Но если вы хотите ее счастья, то лучше оставить его себе. Так что решайте. Она свой выбор сделала. Теперь выбор за вами.

Вынув из внутреннего кармана достаточно пухлый конверт, Филипп вручил его дону Хуану.

— Что там?

— Само письмо. Ну и некоторые документы к нему, которые удалось раздобыть. Очень интересные вещи, к слову. Тайны, интриги, деньги, женщины... вся жизнь дона Родриго Альмасана.

— Я могу прочесть это сам? — спросил дон Хуан, разглядывая коневерт.

— Конечно! — ответил Филипп, — теперь все это — ваше. И что делать с письмом — теперь ваша забота. Но я бы на вашем месте сначала ознакомился с содержимым коневерта, прежде, чем вы решите, что с ним делать: сжечь или отдать Валери.

Дон Хуан помолчал, вертя конверт в руках. Потом поднял глаза на Филиппа.

— Я прошу вас закончить начатое, дон Филиппе. Очень прошу.

Филипп поднял брови.

— Вы обещали меня убить. Почему вы остановились?

Филипп внимательно посмотрел на него.

— Я не убийца, дон Хуан, — сказал он, — и я не понимаю вас. Наверно я не такой хороший человек, но я не понимаю, как можно простить такое. Как можно…, — он замолчал, — ну да ладно. Не стоит она смерти, поверьте мне.

— Позвольте мне решать, стоит или нет, — дон Хуан сжал губы, — я вполне усвоил ваш урок. И не вижу никакого другого выхода.

— Вы отказываетесь жениться на моей сестре? Сделайте выбор, прошу вас, дон Хуан, у меня нет времени заниматься этим более.

— Нет времени?

— Мы больше не увидимся с вами. Поэтому я должен завершить все дела со своей сестрицей. Она доставила мне массу неудобств. Ее безумные поступки должны быть пресечены, и вы тот человек, кому я могу доверить ее. Более того, если вы, увидев ее истинное лицо, не откажетесь от нее, я буду спокоен за ее будущее.

— А если я откажусь? – спросил дон Хуан.

— Тогда у меня есть другие кандидаты. Решайтесь же. Да или нет. В помощь вам я дал конверт. Но даже если вы оставите конверт себе, а не отдадите Валери, она уже вряд ли пожелает стать женой дона Родриго. Слишком высокую цену она заплатила за это. Как я понимаю, весы еще до сегодняшнего дня качнулись в вашу сторону. Я только немного подтолкну ее. Даже самая большая любовь не выдержит проверку ежедневным общением с доном Родриго, тут вы были абсолютно правы, — он усмехнулся и двинулся дальше, — и я честно скажу, что признаю вас правым и раскаиваюсь, что увез ее из Испании.

Было совсем темно, когда они вошли в ворота города Тура. Пройдя по мощеным улицам, они оказались около небольшой гостиницы, куда Филипп и пригласил войти дона Хуана. Они поднялись в его комнату на второй этаж, где уже ждал накрытый стол и несколько бутылок красного вина.

Хуан машинально следовал за Филиппом, прибывая в странном состоянии, когда ему казалось, что все происходящее происходит как бы не с ним, а он наблюдает за всеми, в том числе и за собой, со стороны, и не может до конца понять собственных мыслей. Уверенный тон Филиппа выбивал его из колеи, то, что казалось Филиппу пустяком, для Хуана еще недавно было смыслом жизни, но теперь тоже казалось простым и несущественным.

— Мне нужно серьезно поговорить с вами, дон Хуан, — Филипп сел и пригласил сесть своего гостя, который машинально подчинился ему. Хуан вдруг выплыл из своих мыслей и посмотрел на Филиппа более осознанно, — сегодня наша последняя встреча. Свою сестру я поручаю вам. И, хоть опекуном я избрал Безье, вы должны поклясться мне, что проследите за ней, даже если она все же пойдет кривой дорогой и выйдет за дона Родриго или другого проходимца. Что, конечно, маловероятно, девушка она достаточно практичная, — добавил он под конец.

Дон Хуан молча кивнул, испытывая огромное желание напиться. Чтобы забыть сегодняшний день и хоть ненадолго выкинуть из памяти поступок Валери.

— У вас еще есть возможность отказаться. Если желаете, воспользуйтесь ею. Очень советую вам. Я просматривал вашу судьбу. Если с этой развилки вы свернете в правильную сторону, то ваша дальнейшая жизнь будет во много раз счастливее, чем та, которую вы проживете, вернувшись под утро в Шатори.

Повисло молчание. Хуан некоторое время размышлял, потом принял единственное решение. Отказаться от Валери он не мог. Не сейчас. Никогда. Сначала они повенчаются, а потом… а потом он решит, что с ней делать. Возможно, он сможет наконец-то обьяснить ей, что хорошо, а что — плохо. Иногда ему хотелось хорошенько встряхнуть ее, раз уж обычным способом донести до ее сознания простые истины казалось невозможным.

Он поднял глаза.

— Я уже дал обещание, дон Филипе. В тот день, когда вы соединили наши руки, — ответил дон Хуан очень тихо, — не в моих правилах отказываться от обещаний.

— За последнее время вы дважды нарушали слово, — усмехнулся Филипп, — но дальнейшее на вашей совести. Я больше не буду иметь возможности заниматься проблемами Валери. Я старался устроить ее до своего ухода. Если вы сейчас откажетесь, то мне придется срочно ехать в Париж и договариваться с Монпелье. Так что прошу вас, определитесь.

Дон Хуан сдержался. Ему безумно хотелось врезать Филиппу в челюсть. Он готов продать свою сестру любому, кто готов ее взять. Он не позволит так обращаться с Валери. Но и думать о Валери ему не хотелось. Она просила ее простить, но сможет ли он просить ее? Возможно, стоит уехать прямо сейчас и никогда больше ее не видеть. Пусть выйдет за дона Родриго, раз