Зеленый - Владимир Алексеевич Абрамов

я в одежде? — осмотрел Игорь свой новый наряд в виде облегающего белого комбеза.

Когда их захватили в плен, то оба были в одной шерсти. Странно, что пираты позаботились об одежде пленников.

— Они принесли тебя уже одетым через пару часов после того, как поместили сюда меня и швырнули мне мой комбез. Судя по больничному комбезу, тебя всё это время продержали в медкапсуле.

— Тогда понятно, почему я ещё живой. Непонятно другое — почему они захватили тебя и поместили нас в одну каюту?

— Наверное, так проще охранять. Я не знаю, почему нас похитили. Наверное, чтобы продать в рабство хуманам.

— С чего ты взяла, что хуманам?

— Потому что нас похитили хуманы. Похитители, когда тебя приносили, были без скафов, и я их хорошо разглядела.

— Хорошо, если в рабство.

— Хорошо? — удивлённо навострила уши Эсмеральдина. — Что же тут хорошего?

— Оттуда нас обязательно вызволят. А вот если нас похитили по той причине, по которой я думаю, то не суждено мне стать инженером.

— Почему же?

— Потому что меня убьют. Скорее всего.

— Вселенная! Ирр, ты так спокойно говоришь о своей смерти, словно это обычная неурядица вроде камня в ботинке.

— Ситуация не из приятных…

На самом деле Игорь почти перестал бояться смерти в теле аватара. Он уверился в том, что снова вернётся в свой ствол. Но в случае гибели он потеряет весь прогресс, а главное — знания, закачанные в нейросеть, которая ещё до конца не пробудилась и продолжала прорастать в его мозге. Второй раз получить такие же серьёзные плюшки уже вряд ли получится.

— Мне кажется, — подняла на спутника вечно опущенные к полу глаза Эсмеральдина, — что ты знаешь что-то о похитителях…

— Ровным счётом ничего, кроме того же, что известно тебе. Жаль, что нас прервали на самом интересном. Сбросим стресс?

— Не хочется. Настроения нет. Тем более, за нами могут следить или в любой момент ворваться в камеру.

— В таком случае вопрос тебе как к специалисту: что это за звездолёт?

— Ирр, мне лестно, что ты обо мне большого мнения, но я специалист по сполотским кораблям, причём гражданским. О кораблях хуманов я знаю только, что они есть, но…

— Но? — подался вперёд Игорь.

— Но это не корабль хуманов. Пока меня сюда вели, то было время оглядеться. Тут всё слишком идеально и несколько вычурно, если не брать в расчёт тюремную каюту, в которой мы оказались. Но даже она излишне комфортная. Хумановские пираты обычно в «мясовозки», как они называют каюты для перевозки рабов, монтируют в два яруса максимальное количество коек. На их корабле было бы минимум восемь мест для пленников, а тут двухместные апартаменты.

— Альвовский?

— Похоже на то. Только у меня это в голове не укладывается. Альвы не продают свою технику хуманам, за исключением самой древней. А этому кораблю не больше пары сотен лет. По меркам альвов новьё.

— Всё ещё хуже и запутанней. Хуманы на корабле альвов атакуют пассажирский лайнер сполотов. Похоже на подставу.

— Какую ещё подставу?

— Серьёзную подставу.

— Ирр, не беси! Я и так на пределе истерики, а ты своими недомолвками усугубляешь.

— Например, кому-то могло понадобиться развязать войну между сильными противниками. Допустим, хуманам. Они каким-то образом завладели кораблями альвов, после чего устроили показательную атаку, которую сполоты не могут оставить безнаказанной. Скафы без отличительных признаков, но уверен, что и они окажутся альвовскими. Корабли тоже остроухих. И что покажут приборы лайнера следователям?

— Что напали альвы…

— Именно. А ещё это означает, что нас списали в расход, раз показались тебе без скафандров. Или, наоборот, это подстава с двойным дном. Хуманов нам специально засветили, чтобы потом нас отпустить и слить дезинформацию. Хоть бы, хоть бы!

— Не боишься прослушки? — дёрнула ушками девушка.

— Плевать. Что бы мы тут ни предположили, всё это всего лишь досужие домыслы.

Игорь больше всего за последние девятнадцать лет жалел о том, что лишился магических способностей. В настоящий момент они бы пригодились как никогда. Он ощущал в себе крохи магии, но их едва хватало на работу со своим сознанием. Окклюменцию он не забросил и достиг в ней больших высот. Только с защиты сознания он переключился на другое её направление по улучшению памяти и ускорению обработки информации. Оттого медкапсула на научной базе показала столь высокий уровень «интеллекта». Но и работу по улучшению защиты сознания он не забрасывал, хоть и уделял ей гораздо меньше времени.

* * *

В роскошном кабинете восседал пожилой сполот. Под налётом седины можно было различить розовый оттенок шерсти. Одет он в роскошную голубую рубашку и чёрные брюки из натуральной ткани, сотканной из паутины редких пауков, обитающих в системе Гала. Прочность такой ткани сравнима с самыми современными наноматериалами и не уступает бронежилету. А ещё она выдерживает высокие температуры. За цену одной рубашки можно купить фрегат.

Кабинет соответствовал своему владельцу. Отделан панелями из редкого железного дерева. Стол из массива белой древесины — редкой, прочной и неподверженной гниению. Такой стол прослужит вечность. Но деревья, из которых получают древесину, произрастают лишь в одной системе мзимов, оттого такой столик стоит как боевой крейсер последнего поколения.

Когда заиграла приятная мелодия вызова по голосвязи от неизвестного абонента, сполот вскочил с места и рванул к шкафу-купе, который был сделан из того же белого дерева. По этого голофону ему могли звонить считанные единицы разумных. Он имел шифрованный канал связи с невозможностью отследить абонентов на обоих концах.

Из шкафа он извлёк чёрную мантию, которую накинул на плечи и запахнул. Её края тут же склеились, став с виду однородной материей. Накинув на голову капюшон, он завершил образ надетой на лицо чёрной кибернетической маской, которая отдаленно напоминала шлем Дарта Вейдера из известной космической саги.

Как только он сел в кресло, декоративную отделку за его спиной перекрыла статичная голограмма рубки боевого линкора альвов. Кресло потекло, меняя форму с офисного варианта на аналог капитанского кресла звездолёта.

Перед хозяином кабинета появилась голограмма хумана. Здоровяк под два метра ростом, с гипертрофированной мускулатурой, которую подчёркивал обтягивающий чёрный комбинезон из прочной наноткани, с пепельной шевелюрой и сильно загорелой кожей. На поясе у него висел бластер. Сам же гигант сел на одно колено и склонил голову.

— Раз ты решился позвонить, то это что-то важное, — маска изменила его голос, и тот напоминал грозный бас с металлическими нотками. Ни один дешифратор не сумел бы распознать настоящего голоса, поскольку сполот передавал на маску мысли через нейросеть, а та уже говорила сама.

— Милорд, мальчишка в наших руках. Но ментоскоп не