Принцесса особого назначения - Елена Звездная

— Ди… Динар, я… — какой ужас, я же всегда сначала думаю, и лишь затем говорю, как я могла?!

Даллариец хмуро посмотрел на отца, очень хмуро, затем на меня, и хрипло произнес:

— Выезжаем на рассвете! У нас договор, если ты… еще не забыла!

Ох, сработало! Появилось желание просто сесть куда-нибудь и дух перевести, но…

— А помолвка? — и под его недобрым взглядом я добавила. — С Лорой…

Наглость одна из характерных черт нашего рода, и она часто выручает, вот как сейчас, ну же… Белый Дух, мне так нужно его согласие! Ну, пожалуйста!

— Хорошо! — прорычал Динар, — По возвращению из Далларии. Довольна?

Ой, и еще как! Я вообще сегодня просто горжусь собой и своей… тупостью и несдержанностью! И самое странное, что оба эти качества появляются исключительно в вашем присутствии, айсир Динар! Так, я спокойна.

— Да, благодарю.

И что в подобных ситуациях должны делать благородные принцессы? А мне все равно, лично я гордо развернулась, и… ушла плакать в ванную.

Пришла, двери закрыла, снова села обнимая колени… настроение порыдать над судьбой пропало окончательно. В ванной кипела вода, напоминая, что нагревательные камни сейчас безбожно тратят энергию… а я безбожно трачу время!

Пришлось подниматься и с улыбкой предстать перед родителем и любимым. Кстати вопрос — я его точно люблю?

Вошла в гостиную, посмотрела на ракарда и поняла ответ — очень люблю!

Отец сидел на кресле, терпеливо ожидая меня с радостью палача, который уже продумывает набор пыточных орудий для ласковой беседы, ракард устроился на своей излюбленной софе, и судя по его хитрой улыбке разговора с отцом у меня не будет.

А на столе стоял мой остывший обед… зато салаты есть можно… но после Лоры уже не хочется. И настроение снова стремительно скатилось по наклонной… Я могла все, я могу выдержать все, я могу даже потерять любовь Аршхана и смириться с тем, что остаток жизни проведу в Оитлоне, но Лориана… и мне так страшно осознавать свое бессилие.

Подойдя к двери, позвала охранника, приказала найти мне Свейтиса, так как Райхо сама же и отпустила, только после этого вернулась в гостиную подошла к папе.

— У нас проблемы, — едва слышно произнесла я.

— Я заметил, — съязвил отец, — у меня дочь… много говорит!

— У нас проблемы, — повторила я, не реагируя на намек.

Мой такой красивый папа, сейчас твои изумрудные, совсем как у Лоры, глаза, смотрят на меня настороженно… Да, ты уже начинаешь понимать… Я невольно посмотрела на седую прядь в черных волосах, которые ты, как и Аршхан любишь распускать, а мама… мама так любит зарываться в них пальчиками… Я не могу ему такое сказать! Не могу, а должна! Ну вот, снова слезы… ты совсем не умеешь держать удар, Катриона! Где же твоя смелость, твоя знаменитая самоирония, где умение принимать удары судьбы с ехидной улыбкой на губах?

Сильные ладони нежно обняли, игнорируя откровенное возмущение отца, и Аршхан заняв кресло напротив отца, мягко посадил меня на колени… Я с благодарностью улыбнулась, когда холодок шелка прикоснулся к щекам, вытирая соленые капли…

— Джашг говорил о боли в твоих глазах, — с нежностью произнес ракард, — о зле, что совершаешь не в силах остановиться, я не верил… теперь вижу, как много правды ведает лесной народ. Помнишь, как ты упала, под тяжестью оброненных Рхарге веток? Вспомни, ты желала удержать то, что удержать не в силах… но, даже падая, продолжала пытаться… Правда о сестре тяжелее тех дров, и если будешь нести одна, ты упадешь и погибнешь. Семья не только для того чтобы отдавать себя родным, Ранари, семья это сила, семья поддерживает и приходит на помощь, так должно быть.

Аршхан говорил на оитлонском, видимо для того, чтобы не провоцировать отца, а может, понимая, что в таком состоянии мне будет проще слышать родной язык.

— Катриона, — папа занервничал, — что происходит?!

А я смотрела на ракарда, и не могла ответить отцу… не могу я! Аршхан улыбнулся, заставив невольно забыть о Лоре, и вновь… любоваться природой. Наклонившись, поцеловал кончик носа и прошептал:

— Я сам.

И Аршхан начал говорить о древней магии, паразитирующей на чужих жизнях, о моей бабушке, о Лоре… Я слушала его слова, и… успокаивалась. Все произошедшее уже не казалось мне фатальным, а отец… он молча слушал, не перебивая и не пытаясь остановить Аршхана.

Открылась дверь, вошла Лориана. Бледная, испуганная. Папа посмотрел на дочь, и в этом взгляде было так много: отчаяние, осуждение, боль и… бесконечное чувство вины… Слабые ищут виноватых, сильные берут ответственность на себя… Папа всегда был сильным.

— У нас есть Готмир, — протянув руку Лоре, сказал отец, — у нас есть время, и мы вместе. Мы справимся и с этим!

В отличие от меня Лориана никогда не стеснялась своих слез… Прекрасное светловолосое видение упало на колени перед папой, давая волю душившему ее отчаянию. Мы с Аршханом тихо покинули гостиную моих покоев, давая им возможность остаться наедине…

Прогулка по саду, под лучами склоняющегося к горизонту солнца, была самым приятным моментом за весь этот трудный день. Слуги торопливо убирали белоснежные шатры, садовники выстроенную на время схватки между Динаром и касеро ограду… Я должна была бы радоваться, но радости не было, и только присутствие Аршхана отвлекало от грустных мыслей.

— Аршхан должен возвратится в Орхаллон, — неожиданно произнес ракард.

Хотя почему неожиданно? Мы как раз подошли к воротам, где нагло объедала кусты его агрраши, а все конюхи сидели едва ли не в кружок, и любовались этим дивным созданием.

— Что с ними? — удивленно спросил ракард.

— Природой любуются, — не задумываясь, ответила я.

Аршхан закашлялся, недоуменно глядя на меня, и тут я осознала, что он понимает под 'природой любуются'.

— Не в этом смысле, — тут же попыталась исправить произведенный эффект.

— Это не кобыла! — возмущенно пояснил Аршхан.

— Да им не важно, — и только ответив, я снова поняла, какими двусмысленностями оперирую.

Рассмеявшись, я обняла своего… кажется мужа, и пояснила:

— В нашей конюшне никогда не было таких прекрасных животных, а конюхи они же ценители красоты, вот и любуются, пока есть возможность.

Ракард свистом подозвал агрраши, и я невольно отступила, откровенно остерегаясь мощного животного, раза в полтора больше обычной лошади.

— Подарю тебе белую Силь, — заметив мою реакцию, произнес Аршхан, — она самая маленькая в табуне, и очень похожа на тебя.

— Чем? — невольно спросила я.

— Тоже пытается всем доказать что она очень сильная, — с улыбкой ответил ракард, и подхватив меня на руки, ласково поцеловал. — Хватит нести ответственность, Ранари, заверши дела. Я вернусь спустя две луны, я заберу тебя, это мое решение и оно единственно верное.