Мне больно от твоей любви (СИ) - Савина Ксения

Выйдя на балкон, даже растерялся, увидев Юлю там. Потому что одновременно мечтал остаться с ней наедине, но в то же время этого боялся.

 Когда увидел слезы в ее глазах… Клянусь! Был готов разорвать любого, кто ее обидел! Но, как оказалось, ей просто стало грустно.

«Дуреха» Она и в правду совсем еще наивная. Тут Вика была права. «Моя добрая, светлая девочка.». Даже после того, как я сделал ей столько гадостей, Юлька меня, так и не возненавидела. Она и вправду видит в людях только хорошее. И за это хочется любить ее еще больше.

Не знаю. Наверное, на Юлю так действовал алкоголь, но она вдруг призналась, что не любит Кирилла. По идее, Кир мой брат, и следовало рассердиться на Юлю. А я был рад. Рад это слышать. Да, у меня в груди все разрывалось от счастья. И даже в каком-то странном порыве чуть было не признался ей в своих чувствах. Но именно в этот момент Юля меня поцеловала.

«Она черт возьми, меня поцеловала!»

Дотрагиваюсь указательным пальцем до своих губ и улыбаюсь. До сих пор поверить не могу, что Юля это сделала… Мне плевать, что руководило ею в этот момент. Я и сам до боли мечтал это сделать. И не решался, только из-за брата.

А сейчас разрываюсь, словно на части. Одна часть меня хочет плюнуть на все и нырнуть в омут с головой. Вторая вязнет в болоте совести.

Я устал бороться сам с собой. Потому что любовь – это самый сильный соперник. И с ним лучше не вставать в спарринг, потому что все равно проиграешь.

Решено!

Я не буду настаивать, но если Кир и Юлька расстанутся. То тогда сделаю все, для того чтобы быть с ней.

А с Викой в любом случае надо разбегаеться! Кроме Юльки мне никто не нужен.

Я вновь и вновь мысленно возвращался на балкон квартиры семьи Никитиных к своей любимой девочке. К ее мягким, податливым, чувственным и таким требовательным губам. К нежным и прохладным пальчикам, что так бессловесно бродили по моему телу. И почему Юлины руки всегда такие холодные? Мне так хотелось согреть Юльку собой, своим разгорячённым телом. Но все что я мог это греть ее ручки под своей футболкой.

В алкогольном дурмане воспоминания перемешивались с моими бурными фантазиями. Они были настолько яркими, так что уже не понимал, где реальность, а где вымысел. Ведь в них мы с Юлей точно не останавливались на поцелуях. И только щелчок от расстёгивающейся пряжки ремня выдернул меня из моего эротического блаженства.

«Вика!»

Не открывая глаз, наощупь снял с себя ее руки. Не хотелось, чтобы Вика касалась меня поле Юльки.  Я был так зол, ведь Матвеева выдернула меня из моих фантазий, что в моей груди всё вскипало. До хруста кожи, я сжал свои кулаки, пытаясь взять под контроль свой гнев.

- Иди спать! – Зло прошипел на нее.

- Только если с тобой. Мне холодно одной в нашей постельке. – Пониженным голосом шепчет на ухо Вика, слегка прикусывая зубами мочку и одновременно с этим перекидывая свою ногу через мои бедра, так, что уже спустя секунду оказывается верхом на мне. - Ну, Глебушка, я же чувствую, ты меня хочешь, Вика кладет руку на мой стояк.

«Ты права, детка. Хочу, но увы, не тебя».

 Пока ее рука блуждает по ткани брюк, я еще терплю, сцепив зубы, но когда пальцы проникают под резинку моих боксеров, то подскакиваю на ноги, сбросив на диван девчонку.  Ее прикосновения настолько мне противны, что складывается такое впечатление, что ко мне клеится не девушка, а престарелый озабоченный педик.

- Я сказал, пошла спать! – Цежу сквозь полотно сжатые зубы.

- Да что с тобой, Грачевский? У тебя что, крыша поехала? – Ошарашенно смотрит на меня. - С каких пор ты отказываешься от секса?

- Я не хочу тебя!

- Не хочешь! – На ее глазах злые слезы. Она подскакивает на ноги, оказываясь напротив меня.  – А твой член Грачевский говорит обратное!

- Повторяю, я тебя не хо-чу.

- А кого тогда хочешь? Ааа … Я, кажется, поняла.  Юльку, что ли? – Она заливается истеричным смехом. – Нуу… Конечно! Как я и сразу не догадалась? Да ты псих, Грачевский! Псих!  А я-то всё думала, почему такой парень, как ты, обратил свое внимание на такую, как я! Значит, вот оно что! Дело в нашей с Юлькой схожести, да? Вот я дура! Да ты же даже в нашу первую ночь назвал меня - Юлей. Это просто писец какой-то! Ты больной или притворяешься? Она же девчонка твоего брата. Что, думаешь, она даст тебе? И не надейся! – Зло смеется она. - Это же Юлька. Принцесса-фея местного разлива. Ну, малая! Никогда бы не подумала. Да я уверенна, что она и братца твоего на голодном пайке держит. Если кому и даст Юленька, то это своему сводному братцу! Что я только она заметила то, что между Юлей и Мариком что-то есть.

Ее намеки про Юлю и Марка, бьют мне под дых. Потому что и сам не раз задумывался о том, что Марк относится к ней вовсе не как к сестре.

Как мне хочется ударить Вику. Чтобы ее истерика, наконец закончилась, а ее поганый рот закрылся. Но единственное, что я могу сделать - это схватить за волосы. Наматываю их на кулак, запрокидывая ей голову и поднимая взгляд навстречу своему. И цежу через сжатые зубы:

- Затк-нись. Так хочешь, чтобы я тебя трахнул? – Зло оскаливаюсь. – Я трахну, только потом не жалуйся.

- Отпусти меня! – Цепляется она за мою руку. А я резко разворачиваю и подталкиваю девчонку так, что она оказывается стоя на коленях прямо на полу, но при этом прижатая животом и лицом к сиденью дивана. Располагаюсь между ее ног просовывая свое колено, грубо разводя в стороны и придавливаю Вику своим телом. Одной рукой зажимаю ее запястья, блокируя сопротивление, второй разрываю на ней бикини и высвобождаю себя от боксеров и брюк. Но направляю я себя не туда, куда Вика явно рассчитывала, а оказываюсь между ее ягодиц.  «Знаю, что для Матвеевой это запретная зона». Не вхожу, но угрожающе надавливаю туда.  Вика испуганно втягивает воздух и замирает, боясь пошевелиться. Потому что знает одно неловкое движение, и я окажусь внутри.

- Ты не посмеешь, Грачевский… - Нервно шипит она.

- Уверена? – Я слегка надавливаю на стенку и зло оскаливаюсь.

- Не смей! - Она вырывает руку из моей хватки и пытается оттолкнуть. Меня это только веселит. Я снова перехватываю запястье и не сильно заламываю его. Демонстрируя свою, силу.

- Что, Матвеева уже не хочешь, чтобы я тебя трахнул? – Она всхлипывает и отрицательно качает головой.

- А что так, Вик? Ты же сама этого хотела.

- Только не так…  - Я чувствую, что ее тело содрогается в тихих всхлипах. «Пожалуй я перегнул палку». Встаю на ноги и натягиваю на себя брюки.  Вика даже не шевелится, продолжая молча плакать, уткнувшись лицом в диван.

- Ты права, Вика.  Я псих.  И поэтому запомни, раз и навсегда: никогда больше не смей меня провоцировать.  А теперь иди спать. – Не поднимая на меня глаз, она скрывается в ванной. Слышу из-за двери звук воды и ее всхлипы. Что ж, пускай проревётся.

 Отпиваю виски прямо из бутылки, плюхаюсь на диван и вновь возвращаюсь мыслями к своей ведьмочке. И не замечаю, как погружаюсь в сон.

Меня будит настойчивый стук в дверь, чередующийся со звонкого домофона. Открыв ее, я тут же очутился на полу от удара по лицу.

Я был пьян. К тому же удар был для меня неожиданным, поэтому не успел отразить или хотя бы поставить блок. Во рту появился металлический привкус крови. У меня была разбита губа. Я быстро подскочил на ноги и даже занес руку для удара, но остановился, когда увидел покрасневшие от слёз и злости глаза брата.  Я опустил свою руку и даже не стал блокировать второй удар брата, которым он разбил мне нос. Потому что понял, что Кирилл как-то узнал о нашем поцелуе с Юлькой.  Знал, что виноват перед братом, поэтому и не сопротивлялся.

Глава 35. Расставание

Юля.

Несмотря на то, что Глеб ушел с вечеринки, у меня все равно заметно приподнялось настроение. И практически всю ночь я веселилась на полную катушку: танцевала с подругами, принимала участие во всех играх, которые организовывала Наташа. Я даже сыграла и спела несколько песен на гитаре, которую забыл в нашем доме Глеб.  Я постоянно находилась в компании девчонок, стараясь избегать общества Кирилла. После того, что произошло между мной и Глебом на балконе, боялась оставаться с ним наедине. Чувствовала свою вину перед Кириллом и боялась даже посмотреть в глаза парню, которому фактически изменила. Кирилл тоже не подходил ко мне, а находился в компании Марка, Гриши и Артёма, которые сидели за кухонным островком и пили виски.