Выпуск 4. Семь пьес с необычной судьбой - Александр Попов

ЛЯЛЯ. Целоваться!

Елена Сергеевна и Володя на кухне.

ВОЛОДЯ. Елена Сергеевна, вы бы хотели перевести вашу маму в клинику профессора Попова?

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. Володя!.. Профессор Попов… Моя мама… Это же профессор с мировым именем!.. Это невозможно.

ВОЛОДЯ. Ну, начнем с того, что профессор Попов лечил моего отца. Я попрошу папу, скажу, что для вас. Уверен, он не откажет.

Пауза.

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. Володя, а это удобно?.. Как мне вас отблагодарить?

ВОЛОДЯ. Пустяки.

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. Постойте, я ведь могу с вами позаниматься, подготовить вас как репетитор. Вы поступаете в технический?

ВОЛОДЯ. Спасибо, Елена Сергеевна, я поступаю в МГИМО.

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. В Институт международных отношений? В Москве?

ВОЛОДЯ. Да.

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. Ох, как это трудно, как это трудно, Володенька! К сожалению, в этих сферах… Хотя, знаете, у меня в Москве есть тетка. Если вам негде жить, я напишу, позвоню, на все время экзаменов, милости просим, она одна, вы никого не стесните, она хорошая, добрая, будет только рада. Да я могу хоть сегодня, сейчас!

ВОЛОДЯ. Не беспокойтесь, Елена Сергеевна. С Москвой у меня все в порядке.

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. Но чем же я могу… еще?

ВОЛОДЯ. Какая вы смешная, Елена Сергеевна. Мне, правда, ничего не нужно. Это может показаться странным, но у меня на самом деле нет никаких проблем. (Насмешливо.) По крайней мере неразрешимых.

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. Нет, Володенька, я так не могу. Я буду мучиться.

ВОЛОДЯ. Ну, хорошо, хорошо! Если уж вы непременно хотите что-нибудь для меня сделать… Пожалуй, я могу попросить вас об одном одолжении. Это, правда, касается не меня, а моих друзей, но, все мы, как говорится, одна семья, так сказать, лицейское братство.

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. Разумеется! С радостью! Любую просьбу! Я слушаю.

ВОЛОДЯ (улыбаясь). Так уж и любую? А не боитесь, что я поймаю вас на слове?.. Елена Сергеевна, мои друзья — славные, хорошие, добрые — люди, вы согласны? Умные, талантливые, порядочные, но… бывают обстоятельства, когда нам приходится искать некоторый компромисс… Ну вот, скажем, когда высокая цель вынуждает нас иногда менять средства… Вы понимаете? В таких случаях необходим более широкий взгляд, ибо то, что обывателю кажется порой предосудительным, у человека более свободных взглядов не вызывает никакого протеста, верно? А вы, Елена Сергеевна, кажетесь нам именно таким человеком. Поэтому мы и решили обратиться к вам с нашей бедой, будучи уверены, что вы поймете нас правильно и поможете от всей души. Ведь поможете?

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА (кивает). Я постараюсь. Я не совсем поняла… но разумеется…

ВОЛОДЯ. Спасибо. Спасибо, Елена Сергеевна! (Громко.) Ребята, Елена Сергеевна согласна нам помочь.

Возгласы удивления и восторга: «Как? Уже? Правда, Елена Сергеевна? Да здравствует Елена Сергеевна! Ну, ты дипломат! Ура! Туш!» и т. п.

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. Да подождите благодарить, я же еще не знаю, в чем дело.

ПАША. Как не знаете? Разве Володя вам ничего не сказал?

ВОЛОДЯ. Я только подготовил почву, Павел, но Елена Сергеевна обещала мне. Елена Сергеевна, вы мне обещали?

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. Да, но…

ВОЛОДЯ. Действуйте!

Пауза.

ЛЯЛЯ (улыбаясь). А что, Елена Сергеевна, ключ от сейфа находится у вас?

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. От какого сейфа?

ВИТЯ. В котором лежат наши экзаменационные работы.

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. У меня. А что?

ЛЯЛЯ (с очаровательной улыбкой). А не могли бы вы нам его дать? На время.

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. Зачем?

ЛЯЛЯ (уклончиво). Ну, мы же вам объясняли…

ПАША. Елена Сергеевна! Все мы поступаем в гуманитарные вузы. Работу по математике мы написали, мягко выражаясь, не совсем… ну, с ошибками. Но, кроме Виктора, нам всем, как на грех, нужна пятерка.

ВОЛОДЯ. Пардон. Мне не нужна. Повторяю, у меня никаких проблем. Я только ради вас, извините.

ЛЯЛЯ (с предельной наивностью). Елена Сергеевна, не могли бы вы дать нам ключ на время? Мы бы исправили свои ошибки и принесли вам обратно, а?

ВИТЯ. Ага. У нас с собой правильные варианты. (Достает из-за пазухи листы.) Вот. Мы бы их… это… поменяли. (Пауза.) А что? Если бы не поступать, так Бог с ней, с отметкой.

ПАША. А главное, никому от этого никакого вреда. Мы поступаем в гуманитарные, так что ни один математик от нашей липовой пятерки не пострадает. Мы им не конкуренты.

ВОЛОДЯ. Если вы, Елена Сергеевна, боитесь, так мы гарантируем вам сохранение абсолютной тайны.

ВИТЯ. Комар носа не подточит. Не сомневайтесь!

ПАША. А будет больше пятерок, вас же еще и похвалят.

Пауза.

ВИТЯ. Что вы на нас так смотрите?

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА (медленно). Значит, вы пришли ко мне за ключом?

ВИТЯ. Ну да… Почему?

ПАША. Да нет!

ЛЯЛЯ. Не только…

ВОЛОДЯ. Елена Сергеевна, мы пришли поздравить вас с днем рождения!

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. И на всякий случай приготовили подложные варианты контрольных работ!

ЛЯЛЯ. Ой, да что вы такое говорите, Елена Сергеевна! Мы пришли дружески пообщаться. Мы хотели по-человечески. От всей души! Нам казалось, что вы нас поймете.

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. Да это же подлость!

ПАША (грустно). Ну вот, Елена Сергеевна, мы и дождались. Теперь вы нам скажете все те громкие и пустые слова, которые нам уже давно навязли в зубах.

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. Нет, Паша, это не пустые слова, и мне очень жаль, что вы не понимаете… (Голос ев дрожит, но она пересиливает себя.) Ну вот что, дорогие ученики, забирайте свои подарки и уходите. Самое большее, что я могу для вас сделать, это не сообщать никому в школе о вашем поведении. До свидания.

Пауза.

ВОЛОДЯ (мягко). Елена Сергеевна, вы напрасно упрекаете нас в моральной неразборчивости. Мы не дети и прекрасно понимаем щекотливость нашей просьбы, о которой я вас предупреждал с самого начала и выполнить которую вы тем не менее заранее обещали. Многие люди, Елена Сергеевна, находясь в шорах обыденной морали…

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. Я больше не хочу слушать вашу демагогию, Володя. И о моей маме прошу вас также не беспокоиться. Я отметками не торгую!

ВОЛОДЯ. Вот уж не думал, что вы, умная женщина, сможете так истолковать…

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. О моей маме позаботится государство, и если будет необходимость, ее отправят в клинику Попова и без вашей помощи.

ВОЛОДЯ. Я ничуть не сомневаюсь в теоретической справедливости вашего убеждения относительно всеобщего равенства в осуществлении права на охрану здоровья, но только от слова своего я не откажусь. Это не в моих правилах. Кроме того, я сразу предупредил, что мне от вас ничего не нужно. Хлопочу исключительно из сочувствия к талантливым людям, которым жизнь всегда будет вставлять палки в колеса и которые сами за себя не в состоянии похлопотать.

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. Неправда! Настоящий талант всегда пробьет себе дорогу!

ВОЛОДЯ. Простите, как?.. Елена Сергеевна, сколько вам лет?

Пауза.

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. Скажите мне искренне, если, конечно, можете. Если бы ключ был у Марии Васильевны, вы бы точно так же пришли к ней и стали бы требовать ключ у нее? Или это только со мной так… только потому, что вы меня так… не уважаете?..

ВИТЯ. Мы вас уважаем, Елена Сергеевна. И даже очень любим.

ПАША. Если бы ключ был у Марии Васильевны, нам было бы еще проще. Мария Васильевна наша классная руководительница, стало быть, она так же, как и мы, заинтересована в баллах и процентах. С Марией Васильевной мы бы договорились.

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. И к завучу бы пошли?

ВИТЯ. А что, Вера Ивановна не человек? У нее сын поступает.

ПАША. Какая разница, Елена Сергеевна? У нас у всех одни цели и задачи. Стопроцентная успеваемость. Плановые медалисты.

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. И вы уверены, что вам никто бы не отказал?

ВОЛОДЯ. Разумеется.

ЕЛЕНА СЕРГЕЕВНА. В таком случае, со мной вам не повезло.

ВОЛОДЯ (непонятно, шутит он или говорит серьезно). А это смотря с какой точки зрения. У вас свой плюс, Елена Сергеевна. Вы одна в квартире. Это уже несколько облегчает задачу. Можно говорить по душам, без свидетелей, хоть всю ночь.