Другая война на Свалке - Олег Волков

— Зачем, зачем вы мне об этом рассказали, — Чан понурил голову. — Мне и так нелегко. Это новобранцы не зная броду в бой рвутся. Я-то на собственной шкуре ощутил, что меня ждёт. Вы сами только что, в прихожей, видели. Подобные рефлексы ни один сержант не вобьёт.

— Затем и рассказал, Чаг, чтобы ты вернулся, — утус Борп наклонился ближе и доверительно зашептал. — Я хочу, чтобы у моих внуков был отец, чтобы у моих дочерей был муж, и чтобы у меня самого был зять. Вернись, Чаг. Назло всем вернись. Назло метрополии, назло правительству, нашему, независимому. Назло смерти, вернись. Ты — фартовый. Я верю в тебя, зятёк.

Чаг медленно выпрямил спину. Теперь у него и в самом деле очень, очень, очень веская причина пройти через горнило войны и вернуться домой живым. Назло всем, в том числе самой смерти.

— Ладно, — утус Борп неуклюже поднялся на ноги, — хватит болтать. Пошли, давай. Пока спят все.

В коридоре перед выходом на улицу утус Борп крепко обнял Чага.

— Вернись, зятёк. Назло всем вернись. А пока не беспокойся, я дверь запру. Пока поезд от перрона не отойдёт, никто из дома не выйдет.

— Я, я… — Чаг нервно сглотнул.

— Не нужно ничего обещать, — утус Борп осторожно приоткрыл входную дверь. — Мы будем ждать. О сёстрах и детях не беспокойся.

Точно в шесть тёмно-грязный поезд отошёл от перрона. Как хорошо, что в вагоне нет окон. Да и на что смотреть в темноте туннеля. Однако через тонкую стальную стену в тишину купе то и дело прорывался женский плач. Далеко не всем солдатам удалось тихо сбежать на войну. О том, что творилось на перроне, лучше не думать.

В вагоне на нижних полках плацкартных купе почти одни солдаты Народной армии. Лишь изредка в проходе мелькнёт тёмно-синяя роба рабочего или пахучая куртка фермера. В воздухе висит тягучая напряжённая тишина. Стук колёс о стыки рельсов забивает нервный стук сердца и тяжёлое дыхание. Чаг отвернулся к стене. Предстоящая война уже не вызывает в душе былого энтузиазма. Откровенно говоря, нет былой уверенности в победе. Как оно было, когда-то, тридцать местных лет тому назад. Они два раза доказали спесивой метрополии серьёзность собственного желания обрести независимость. И теперь предстоит держать ответ за собственную наглость. Или глупость.

Над душой вновь зависла большая мрачная туча, Чаг тяжко вздохнул. Никто не знает, ни лучший друг Шнык, с которым довелось пройти через все сражения двух войн, ни почти жёны, которые ждут от него детей, вообще никто не знает. Там, на горе Каснаре, когда на его глазах родной Финдос превратился в радиоактивные руины, он сломался. Морально сломался. Только неожиданная победа над Первым ударным вернула ему веру в правое дело. Как говорили военные моряки седой древности: стреляй, стреляй, продолжай стрелять до последнего снаряда. Как знать, может быть самый последний выстрел вдруг принесёт тебе победу. И вот теперь предстоит третья самая решительная схватка с метрополией. За базар нужно отвечать.

Щёки запылали жаром, Чаг невольно сжал кулаки. Он пройдёт. Пройдёт через всё. Обязательно пройдёт. Пройдёт, хотя бы ради ребят, что погибли на его глазах, кто так и не успел выскочить из Финдоса на поверхность, кто потом умер в госпитале от убойной дозы радиации. Пройдёт ради тех, кто не вернулся из боя, чьи тела разодрали крупнокалиберные пули респов, кто попал под кассетные бомбы. Не может быть, не должно быть, чтобы все, все они погибли напрасно.

Бункер № 0 — секретный бункер, о существовании которого известно любому жителю Мирема, начиная со школьников и заканчивая заслуженными пенсионерами. Другое дело, что весьма ограниченное количество людей из службы безопасности правительства знает, где именно он находится. И уж совсем единицам довелось заглянуть в него хотя бы разок.

Подземный комплекс под правительственным дворцом в Парме, столицы Федерации Мирема, поражает размерами. Широкие коридоры тянутся во все стороны на многие километры. На панели управления лифта отмечено целых пять уровней. И на каждом склады со стратегическим запасом продовольствия и воды, ремонтные цеха и космические системы жизнеобеспечения. Целых четыре генератора энергии снабжают подземный комплекс электричеством, хотя для комфортной работы вполне хватило бы и одного.

И всё это великолепие инженерной мысли укрыто на глубине несколько сотен метров. На правительственный дворец должна упасть ну очень серьёзная ядерная бомба, чтобы в подземном комплексе хотя бы разок мигнули лампочки. Впрочем, Пимену Вирпену, 58 лет отроду, в недалёком прошлом контр-адмирал ВКС, нет никакого дела до размаха и серьёзности подземного комплекса.

Вирпен неторопливо шагает по широкому коридору «Б8» подземного комплекса. С виду он сама невозмутимость и солидность, на самом деле ноги предательски дрожат, а щёки то и дело охватывает жар. Украдкой, словно вор в магазине, Вирпен вытирает мокрые от пота кончики пальцев о подол пиджака. От того, что вот-вот предстоит сделать, решить, убедить президента, щемит в груди, а сердце колотится с утроенной силой.

История! Самая настоящая история, которая сначала появится на страницах и экранах планетарных СМИ, а потом перекочует в учебники для старшеклассников. Вот она. Рядом! Кажется, протяни руку и можно будет схватить её за загривок.

Как на грех новенький сшитый на заказ пиджак трёт шею. Вирпен в очередной раз торопливо одёрнул воротник. Или только кажется, что трёт? Большую часть жизни ему довелось проходить в кителе офицера ВКС Федерации. Ну, разве что, звёзды на его погонах становились всё жирнее и жирнее. Штатский деловой костюм сшит утусом Сергуном, лучшим портным Пасмы, у которого сам президент одевается. Пришлось пару раз специально выкроить время на примерку и подгонку точно по фигуре. Куда уж лучше? Профи шил. И всё равно кажется, будто пиджак висит на плечах картофельным мешком, в груди жмёт, а длинные штанины брюк метут пол. Светло-серый китель контр-адмирала ВКС куда как удобней, практичней и никогда не выходит из моды. В нём можно даже в скафандр залезть. Но, Вирпен тихо перевёл дух, традиция. Чтоб её. Министр обороны обязан быть штатским человеком и носить штатское.

Очередной перекрёсток. Над левым коридором висит указатель с лаконичной надписью: «Бункер № 0». Ага, Вирпен нервно поправил левый рукав, значит сюда. На нём лежит колоссальная ответственность за оборону большого межзвёздного государства. Его приказам подчиняются десятки тысяч людей, десятки боевых кораблей, десятки военный баз как в самой звёздной системе Геполы, так и за её пределами. Однако, Вирпен бросил взгляд вдаль по коридору, подземный комплекс под правительственным дворцом не его епархия. Чуть ли не на каждом перекрёстке посты охраны. Мордастые агенты в штатском с каменными лицами то и дело требуют пропуск и вежливо просят подставить глаза и ладони для сканирования сетчатки глаз, отпечатков пальцев и анализа ДНК. Культ безопасности на грани паранойи. Впрочем, Вирпен невольно улыбнулся, параноики живут нервно, но долго.

Ну вот, накаркал. Возле очередной неприметной двери пост охраны.

— Ваше удостоверение, витус, — рослый охранник с профилем упитанной гориллы из столичного зоопарка протянул руку. Вирпен молча опустил в широкую ладонь удостоверение, прямоугольный кусок пластика с именем и фотографией. Кажется? Или охранник перед Бункером № 0 в самом деле самый рослый и накаченный?

— Пожалуйста положите ваши ладони сюда и гляньте сюда.

Гориллоподобный охранник вежлив до тошноты. Левый бок тёмно-синего костюма подозрительно оттопырен, и вряд ли у него там связка бананов. Наконец бронированная дверь тихо отошла в сторону. За коротким коридором проглядывает просторная комната, которая и есть легендарный Бункер № 0.

Вирпен на мгновенье остановился на пороге, человеческое любопытство пересилило гордость. Больше всего Бункер № 0 похож на часовню или маленький храм. По середине круглый стол на семь мест. С высокого куполообразного потолка свисают широкие экраны. Вдоль стен дополнительные столики для помощников и секретарей.

Бункер № 0 как таковым бункером, бетонированным подземным убежищем, не является. Все эти меры безопасности, четвёртый подземный уровень, бронированная дверь и гориллоподобный охранник у входа, предназначены для секретности. Ни одно слово сказанное в Бункере № 0 никогда и ни при каких обстоятельствах не должно просочиться в СМИ.

— Добрый день, уважаемый.

На втором слева кресле приветливо улыбается витус Орн Ибуж. Министр внутренних дел явился на секретное совещание самым первым.

— Добрый день, уважаемый, — Вирпен склонил голову.

Чёрный мундир главного полицейского Федерации сияет наведённым лоском. Золотые пуговицы надраены до блеска, многочисленные орденские планки в идеальном геометрическом порядке громоздятся на левой стороне груди. Витус Ибуж охоч до наград.