Невесты Тумана - Надежда Орлова

— Когда-то давно к нам в дом пришли те, кто увёл и тебя. А может, и не те, уже не столь важно. Я оказалась там же, где и ты…

Геби от удивления открыла рот.

— Откуда ты знаешь, где именно я была?!

— У меня было видение, но дело не в этом… Я бежала из плена, а потом, в лесу, встретила ЕГО. Он спас меня, а потом… Он был красив, обаятелен… Мы полюбили друг друга. Ему непривычно было произносить такое имя, как Катарина Линн, он и назвал меня Катлина. Я не могла стать его женой, но… Кх-х-х! — Катлина задыхалась, но говорила. Она должна была успеть. — Я понесла от него. Потом вернулась, но до дома так и не добралась. Я не успела — ты слишком поторопилась появиться на свет, здесь, в этом трижды проклятом Гринфилде…

Геби закрыла лицо руками.

— Что с тобой? Ты плачешь? Поверь мне, не надо. Меня в тот же день отыскал Джейкоб Смит… Да, да, девочка моя, Джейкоб. Его жена тоже родила девочку… Но она не прожила и часа, а они боялись сказать это Марии… Тогда Джейкоб и подменил тобой свою мёртвую дочь. Он предлагал мне деньги, чтоб я уехала… много денег… но я не посмела тебя взять и ПРОДАТЬ. Я решила остаться здесь и взяла слово с Джейкоба, что буду учить тебя тому, что знаю сама. Скрепя сердце, он согласился, взяв с меня слово, что пока он или Мария живы, я никогда не расскажу тебе правду. И я его понимала! Он и не думал, что Мария так быстро уйдет от него. Мария была слишком слаба после родов, поэтому и не заметила подмены, а через год и сама умерла. Даже я не смогла ей помочь. Джейкоб любил её, и любил тебя. Потом женился снова и как с цепи сорвался… Но я была рядом. Я всё время была рядом…

— И всё это время ты молчала…

— Так было лучше. — Катлина с хрипом набрала воздуху и продолжала: — Ты не всё знаешь. Твой настоящий отец… Он… он… не человек. Он эльф.

У Геби вырвался сдавленный крик, который она заглушила, закусив кулак.

— Нет… Не может быть…

— Может. Его звали Квиртанас…

Геби взвыла:

— Квиртанас… Квиртанас Дал-Нэлиэнэ! Господи-и-и…

Головоломка сложилась, больно щёлкнув в мозгу. Вроде бы теперь всё встало на свои места, но КАК ЖЕ ВСЁ ЗАПУТАНО!!!

Катлина приподняла голову:

— Что?! Ты… Ты знаешь? Но откуда?! Об этом знала только я сама…

Геби закрыла глаза, из которых катились горькие слёзы. Она подняла голову и истерически засмеялась:

— Квиртанас! Ну надо же! Я разговаривала со своим отцом!

Катлина прикоснулась к руке Геби. Её глаза округлились, рука задрожала.

— Где ты видела Вирта?

— Там же, где и ты. У друидов… Ну я ладно, ты-то как к ним попала?!

— Мы встретились тогда, когда Квиртанас нёс… кое-что… к друидам, чтобы эта ценность не попала в руки Людей…

— Что-о-о?! — Геби задохнулась от таких признаний. Слишком уж много правды за один разговор. — Это была ты, и несли вы Дар Звёзд?! Святый Боже, так значит, я тащила назад то, что туда тащила ты?! Так это про тебя мне говорил Сова? — Геби обеими руками сжала тонкую руку Катлины. — Бред какой-то…

— Дар… такая небольшая и очень тяжёлая шкатулка?

— Она самая, будь она неладна!

— Ну вот. А потом меня забрали из Мэджикстоуна, посадили на корабль и вот я здесь!

— Где она?! — кричал Квиртанас в лицо друиду. Сова печально качал головой:

— Это ты спроси у Иллиона. Пока тебя не было, приехали его гвардейцы и забрали её в сторону Леверквинна. Я так сильно подозреваю, что её отправили по Рыбному тракту…

— Где этот Рыбный тракт?

— Да в паре дней езды отсель… Вот только тебе-то он никак не поможет. Её уже давно посадили на лодку и переправили на корабль. Иначе там к берегу никак не пристать. Скорее всего её отправили За Радугу, туда ходят только ваши, эльфийские корабли. И уж наверняка Иллион позаботился о том, что бы никто не стал брать на борт тебя.

— Иллион! Как ты мог? — эльф запрокинул голову и горько рассмеялся. Друид молчал.

— Сова, что делать? Скажи, не может быть, чтоб ты не знал…

— Что делать? — Сова повернулся к эльфу. — Да раньше надо было думать, что делать! Неужели ты всерьёз верил в то, что вам разрешат пожениться? Безродной человеческой девке, да к тому же из страны, которая вообще лежит За Радугой… И тебе, наследнику эльфийского трона! Нет, Квиртанас, ты сам виноват в своих несчастьях. И её несчастной сделал! И молись своему Звёздному Кругу, или во что вы там ещё веруете, чтоб она от тебя не понесла! А о том, чтоб её вернуть, даже и не думай. Возвращайся в Нэмэтар…

— Нет!

На эльфа было жалко смотреть. Он заламывал руки, тёр ладонями глаза, его волосы растрепались и падали на лицо…

— Нет! Нет! Не верю! Нет! Он не мог! Катлина! Катлина, эле!!!

Сова печально вздохнул. Эльф мотнул головой и побежал прочь, не разбирая дороги.

— Катлина-а-а-а-а!!!

— Расскажи мне лучше про Вирта… — попросила Катлина. — Как он?

— Не знаю… Мне он показался… странным. Сова говорил, что он тяжело пережил разлуку… вроде, как с ума сошёл. Квиртанас! Так вот почему он так обрадовался, когда увидел меня в Мэджикстоуне! Вот почему он так огорчился, когда понял, что я — не его Катлина! И Сова меня сперва тоже назвал Катлиной… Я просто похожа на тебя молодую, вот и всё! И этот портрет на дереве… теперь я понимаю, чей он! Святый Боже, кто бы мог подумать! — всхлипывая, сбивчиво объясняла Геби. — И я повторила твою судьбу…

— И ты тоже готовишься стать матерью… Только не говори, что отец твоего ребёнка…

— Тригалас Эль-Далиан. — Геби могла раскрыть его имя той, которая и сама прошла через это.

— Тригалас… сын Иллиона?! — Катлина попыталась рассмеяться, но только сильнее закашлялась. — Славный малый! Почему же ты вернулась? Неужели Иллион и тебя…

— Нет. Тригалас… он погиб… на обратном пути, почти у границы с Нэмэтаром. И всё из-за этого треклятого Дара Звёзд!

— Бедная моя девочка! Поэтому ты здесь? А что, Элессента жива? Хотя, куда она денется? Если бы не я, они бы с Квиртанасом поженились… Я испортила ей всю жизнь, у них, эльфов, один раз в жизни любят… Ну, да что уж теперь плакаться? Гебриэль… — Катлина сжала своей лапкой руку дочери и Геби вздрогнула, услышав от неё своё имя на эльфийский лад. Как звал её Трис. — Тебя окрестили Габриэлой. Это я дала тебе это имя — Ghebraell. Правда, похоже? Кх-х-х-х… Аххх! — Катлине не хватало воздуха, но она сказала далеко не всё, что должна была сказать. — Доченька…

— Мама… — шепнула Геби, словно пробуя на вкус это слово. Такое родное. Такое непривычное для неё. Такое горькое, потому что она знала, что произносить его она будет недолго. Уже недолго. Жизнь уходила из тела Катлины, но Геби держала её руку, пытаясь удержать в ней это живое тепло.