Магическая академия Реймонфола (СИ) - Евтухова Ксения

— Вера, быстрее…

Дэянар отбивался от теней, а я медлила… дура!

Собрав силу, выпустила столб испепеляющего огня, он мгновенно сжёг кожу, мышцы и кости, превращая их в пепел. В темной горстке поблескивал маленький кулон, еле заметный. Я с решимостью и злостью, замахнулась и ударила кинжалом из дамаска, прямо в черную сердцевину зловещего кулона. Грохот разнёсся по всему залу и сталактиты на потолке задрожали, грозясь свалиться на нас в любое время.

Тени испарились. Дэянар подбежал и, ухватив меня на руки, шагнул в открывшийся черный портал.

Мы вышли на мягкую траву и я не сразу поняла, что нахожусь на территории академии. Два кампуса были полностью разрушены, перед входом в учебный корпус валялась туша здоровенного дракона, а за ней… Великий создатель… Сколько же на земле лежало бесчувственных тел. Воспользовавшись своей магией, просмотрела состояние огневиков, они были в норме, только в глубоком обмороке. Они справились! Они смогли сохранить жизни заражённых, в отличии от меня…

Большая дверь распахнулась и из нее выбежала Больяра, следом за ней из темноты здания вылетел Канор. Лицо волчицы было усталым, а в глазах читалось облегчение. Я порывисто обняла подругу.

— Все целы? — робко спросила я, боясь услышать ответ.

Я чувствовала Тариону и ее магию, девушка была полностью здорова, а вот Кимали мои способности почувствовать не могли.

— Нам здорово помогло твое благословение, — хмыкнула подруга, — Ким пока без сознания, лекари ей занимаются.

— Спасибо тебе, — прошептала я на ухо, — спасибо, что справилась со всем. Я знаю, ты не обязана была, это не твой дом, но и здесь, ты сражалась доблестно и самоотверженно.

— Вер, не говори ерунды, — отмахнулась волчица, — тем более, что вроде как, Реймонфол вскоре станет и моим домом.

Я опешила от такой новости и удивлённо посмотрела на Боль. Она улыбнулась и скромно ответила:

— Как оказалось, Хайвал — моя пара. Для меня это стало большой неожиданностью.

— Но приятной неожиданностью, я права? — я искренне радовалась за подругу.

— Да, — Боль лукаво стрельнула в меня глазами, — он стал первым мужчиной, который разбудил мое сердце. Все мои инстинкты с самого начала кричали о нашей связи, а я не смогла этого понять.

— Ох, как же я рада, что теперь перед тобой не встанет вопроса о переселении обратно в Олтгейн, — снова радостно обняла я волчицу, — и нам не придется расставаться надолго.

На ступенях показался помятый ректор, лекари успели привести его в чувства. Амарок осматривал территорию своих владений, а на его глазах скапливались слезы. Академия столько лет была ему родным домом и пристанищем для многих студентов, а сейчас она походила на руины.

Из-за спины мужчины вышла Санияра. Соседка улыбнулась мне и двинулась в нашу сторону, ректор, не сразу нас заметив, последовал за магиней.

— У вас все получилось, — вдохновенно заключила Санияра.

— Почти, — отозвалась я расстроенно и с чувством вины в голосе.

— Что там произошло? — подключился к расспросам ректор.

— Мы попали в замок на северных землях, — ответил вместо меня Дэянар, — все его жители были убиты и заражены. Живым оставался лишь один очень сильный ледяной маг. Тронный зал он превратил в свою ледяную пещеру.

Моя бывшая соседка сглотнула.

— Мне не удалось спасти зараженного… Точнее… Мне пришлось его убить, — еле слышно добавила я.

— В сражениях всегда есть жертвы, без них просто никак, — участливо проговорил Амарок, — какие-то случайные, какие-то вынужденные, но они есть.

— Если бы не эта жертва, — сочувственно посмотрела Боль и сжала мои руки, — смертей было бы намного больше.

Я понимала это, но никак не могла себя простить. Все время прокручивала события в голове и пыталась обыграть ситуацию как-нибудь иначе, искала выходы и бесконечно корила свою несдержанность.

— Позволишь мне посмотреть? — до моего плеча дотронулась Санияра, — Я попробую уравновесить твое состояние. Не уверена, что у меня получится, все же ты уже не человек.

Я кивнула, разрешая девушке делать все, чего бы ей хотелось. Магиня положила свои холодные руки на мои виски и, закрыв глаза, нахмурилась. Было ощущение, будто в моей голове подтягивают нити, казалось, что даже волосы на затылке двигаются. Но тут, губы Санияры задрожали, а из глаз полились слезы. Ее било крупной дрожью, а я не знала, что делать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Сани, — нежно, еле слышно, позвала я девушку, — с тобой все в порядке?

Амарок, видя реакцию магини, побледнел и приобнял ее плечи. Руки девушки плетьми упали, а из губ донеслись рыдания. Я непонимающе смотрела то на Санияру, то на ректора и не могла понять, что же происходит.

Из академии начали повально выбираться студенты. Грязные, помятые, кто-то даже в крови, они смотрели на нас с Дэянаром, как на спасителей, а мне от этого становилось только хуже. Я не чувствовала себя такой. Но в тот момент я ещё могла смотреть в глаза окружающим, пока не услышала:

— Это был мой отец… Мы жили в этом замке… Папа был советником альфы белых медведей. Его силе многие завидовали…

— Прости…, — только и смогла выдавить я, а в душе уже все горело огнем.

Опустив голову, я направилась на поляну хранителей, благо, она осталась цела и дракон не разрушил их статуи. Мне не хотелось видеть никого, казалось, что я не достойна компании своих друзей и любимых, хотелось самой наказать себя так сильно, чтобы остальным уже не пришлось смотреть на меня с укором.

Я просидела в куполе хранителей до самого вечера. Мысленно благодарила Дэянара, за то, что дал мне время, побыть одной. Когда над Реймонфолом начала заниматься ночь, рядом со мной возник Геродан.

— Ему суждено было умереть сегодня. Не вини себя.

— Ты это говоришь, чтобы меня успокоить? — невесело усмехнулась я.

— Нет, чтобы ты не наделала глупостей. Сейчас, им бы не помешала твоя помощь. В академии, помимо родовитых, учатся и студенты с магическими способностями, без рода, дома и семьи. Амарок стал для них вместо отца, а академия, заменила дом. В данный момент, этот дом почти разрушен, а настроение почти упадническое. Им нужна ты, защитница Реймонфола. Больше, конечно, для поднятия духа, но все же.

Хранитель шутовски пихнул меня в плечо и испарился в воздухе. Я выдохнула и, поднявшись с земли, отправилась обратно к своим друзьям и подопечным. Разговор с хранителем меня не сильно успокоил, но напомнил об ответственности, которая потонула в чувстве вины.

Санияру я долгое время не видела, зато, совместными усилиями, мы смогли, в большей степени, восстановить жилые здания и кампусы. К рассвету все смогли найти себе место для сна и отдыха. Альфа порадовал Амарока заявлением о финансовой помощи в реставрации академии и решении всех вопросов и заявок, которые были озвучены ректором ещё вначале года. Лекари смогли привести в чувства всех заражённых, включая декана Марууна, и вылечить серьезные раны, нанесенные в ходе битвы. Маруун извинился передо мной за свои действия и порадовал, заявив, что не чувствует абсолютно никакой связи с моей личностью. Ещё бы… Было бы странно, если бы связь истинных перенеслась и на сущность элементаля.

Защитный купол сняли. Студентам разрешили неделю отдыха, чтобы все смогли посетить свои семьи и набрать силы для дальнейшей учёбы. Каждый учащийся отправился с благодарственным письмом от альфы и крупной поощрительной суммой в кармане. А тем, кому ехать было некуда, Хайвал оборудовал большой особняк около правящей резиденции и каждому присвоил свою комнату, объяснив это необходимостью в смене обстановки для каждого. В этот особняк пригласили и Санияру, но я была не уверена, что девушка в ближайшее время смирится со своим новым положением. И в этом я чувствовала свою вину.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Эпилог

Вера.

Жители Реймонфола назвали нашу битву с Мглой великим противостоянием. Как оказалось, заражённых по всему миру было намного больше, чем мы думали. Мгла заражала не только магов и оборотней, но и людей. Не все переживали такое внедрение, многие продолжали служить темной богине уже в мертвом состоянии. На академию нападали лишь самые сильные представители, остальные, громили деревни и поселения. Многие студенты, вернувшись с вынужденных каникул, делились информацией о новых повальных смертях.