Ледяное сердце 2 - Ольга Романовская

В руках затеплился синий шарик - встретившись с чем-то на своем пути, он взрывается, так что малейшее касание с живым существом становится для последнего фатальным.

Томительные мгновения ожидания - и вот она что-то видит, какую-то тень, сгусток материи, отделившийся от стены. Стрелок приближается к предполагаемой, жертве, склоняется над ней...

Робкий серп месяца, избавившийся от плена туч, показался бледным подобием света по сравнению со вспышкой, озарившей площадь.

Боевое заклинание разметало по камням куски плоти, в клочьях разнесло арбалет охотника.

Зара с облегчением провела рукой по вспотевшему лбу и выпрямилась. Хорошо, что не сняла защиту - поверженный враг вовсе не оказался поверженным. Фрагменты тела завертелись и, подталкиваемые невидимой силой, вновь собрались вместе.

Теперь было достаточно светло, чтобы разглядеть на редкость живучего охотника. Им оказался вовсе не человек, даже не орк или представитель какой-либо иной расы - это было бесплотное существо. Вернее, не так - это было существо, сотканное из уплотненной материи воздуха, земли и камней, скрепленное каким-то зеленоватым раствором. Безликое, бесполое, оно, однако, обладало пропорциями человеческого тела. Рост - выше среднего, две ноги, одна голова... и четыре руки.

Существо наклонилось и без видимых усилий выдрало из каменного мощения площади булыжник. Размахнулось оно быстро и почти не промазало: камень оставил отметину на бортике фонтана аккурат на том месте, где стояла Зара. Хорошо, что она успела отшатнуться.

Девушка отреагировала мощным потоком ветра, припечатавшим противника к муниципалитету. Ранило ли это его? Как бы ни так! Едва ветер стих, как существо ринулось в атаку, на ходу обретая форму зверя. Из плоти и крови.

Метаморф?

Мысль позвать на помощь теперь не казалось такой уж постыдной.

Поблагодарив отца за доставшиеся от него в наследство крылья, Зара рванулась в небо, уходя от оскалившейся двумя рядами зубов пасти. Она щелкнула в полудюйме от ее ботинка.

Выдохнув и зависнув над площадью, сеньорита Рандрин

запустила вниз нескольких светлячков: прятаться было бесполезно, зато четкая картинка происходящего не помешала бы.

С трудом затормозив, едва не врезавшись в дом, тварь издала утробный рык (прощай, беззаботный сон горожан!), сверкнула алыми глазами и прижалась к мостовой. Будто готовясь к прыжку. Оказалось, что не будто: существо действительно прыгнуло и значительно выше, чем положено было по законам природы. И уж тем более по законам природы ей не положено было обзавестись парой мощных, гораздо больше туловища, крыльев. По сравнению с ними Зарины казались хрупкими и никуда не годными.

Еще раз рыкнув и облизнув клыки длинными языком со странными щупальцами, тварь начала игру в кошки-мышки. Воздух будто бы был ее родной стихией, зловонное дыхание и звук лязгающих челюстей преследовал Зару повсюду.

Девушка метнула в нее ледяные иглы - шерсть сосульками осыпалась на мостовую, обнажив черную блестящую кожу. Ухмыльнувшись, тварь нанесла ответный удар. В ее зубах оказался край платья Зары, она дернула за него, ударила жертву крыльями, и та, потеряв равновесие, рухнула наземь, в последний момент успев наколдовать себе мягкую перину -иначе по мостовой растеклась бы густая красно-бурая лужа крови.

Защитный купол уберег девушку от когтей спикировавшего вслед за ней противника. Странно, почему он не помог ей в воздухе? Тварь недовольно зарычала и попробовала защиту на зуб. Раз - и в нем образовалась трещина. Существо вгрызлось в него, словно в суповую кость, будто заглатывая и пережевывая магию.

Стараясь не обращать внимания на ноющее, все в синяках (падение не прошло бесследно) тело, Зара опробовала на метаморфе еще одно боевое заклинание. Да, вред оно причинило, насквозь прожгло туловище, но почему-то убить не убило, только разозлило.

Защита трещала по швам, готовясь отдать хозяйку на растерзание убийце.

Нужно было сильнодействующее средство, от которого не было противоядия, и девушка решила воспользоваться взглядом э-эрри. Но это требовало некоторых усилий, а именно: перехватить взгляд алых глаз твари.

Время утекало, как песок сквозь пальцы, быстро, стремительно и безвозвратно. Защитный купол покрылся паутиной трещин и чуть заметно вибрировал. Сколько он еще продержится?

Метаморф сокрушал магическую защиту когтями, крыльями, зубами; отвратительные зеленоватые слюни капали на мостовую из огрызающейся пасти.

Сев на колени, девушка заставила себя взглянуть на отвратительную морду, обезображенную последствиями ее колдовства. Тварь оказалась умной: почувствовав, что Зара ловит ее взгляд, резко отскочила назад и обогнула защитный купол. Началась новая игра, оба участника вертелись, как волчки, один стараясь опередить другого.

У Зара кружилась голова, слегка подташнивало, но она не сдавалась.

Защита мерцала - значит, готова испариться. Ее нужно чем-то подпитать или преобразовать во второй уровень, но девушка понимала, что это бесполезно: только зря потратит силы, тварь все равно ее разрушит. Минутой раньше, минутой позже - имеет ли значение?

Странно, что ей до сих пор никто не пришел на помощь, должен же в этом городе быть маг? Они же устроили такое светопреставление, что мертвецы проснуться. Сообразить, что на площади сцепились два волшебника, нетрудно, даже близко подходить не нужно, так что на месте горожан она бы давно в припрыжку спешила к какому-нибудь магистру.

А ее товарищи? Где носит двоих дипломированных магов? Давным-давно должны были сообразить, что ее в гостинице нет, и стрелой нестись сюда. Или жизнь дочери Советника

стоит дешевле их крепкого сна? Есть же долг, в конце концов! Неужели Каран напился и дрыхнет без задних ног?

Или...? Эта мысль почему-то до этого не приходила ей в голову.

В городе могла стоять гробовая тишина, а всполохи магии редкие полуночники приняли бы за зарницы. Такое ведь бывает, достаточно опытный маг может заключить площадь в звуконепроницаемую сферу.

Капелька пота скатилась по переносице. В горле пересохло.

Если все верно, то никто не придет. Ее исчезновение обнаружат только утром. Одновременно с трупом. Возможно, тело найдут даже немного раньше: прачки и молочники встают с первыми лучами солнца, да и городская стража время от времени обходит город.

Будто почувствовав ее отчаянье, тварь присела на задние ноги и усмехнулась. Черты ее начали расплываться, приобретая форму чего-то вытянутого, высокого, только глаза остались.

Глаза!

До того, как существо успело закончить превращение, Заре удалось зафиксировать его взгляд. Голову тут же пронзила резкая боль; сжав зубы, девушка терпела, силой мысли удерживая рвущегося к ней зияющего бездной зубастого рта духа. Прорваться в его сознание она никак не могла - оно меняло форму, скользило по глубинам условной головы, будто само тоже было метаморфом.