Клетка из слов - Катриона Уорд

чем я, – честно отвечает она. – Когда мне не спится, я планирую самоубийство.

– Правда?

– Правда.

– И на чем ты остановилась?

– Утопление. Это почти не больно.

– А как насчет болиголова? Абсолютно безболезненно. И растет везде. Выглядит почти как морковка. – Немного помолчав, Уайлдер говорит: – Не знал, что ты живешь по соседству. Странное совпадение.

Скай пожимает плечами.

– Иногда вселенная действует в твоих интересах. Время от времени.

Они продолжают улыбаться, и теплое чувство между ними растет и углубляется. Внезапно смутившись, он опускает глаза.

– Мне уже лучше. Ты можешь идти.

– Я могу немного посидеть, – говорит Скай. – А это что? – протягивает она руку. В конце папки, после газетных статей, виднеются еще несколько страниц. Они напечатаны на машинке, это не вырезки.

Уайлдер вспыхивает, и она чувствует почти интимную близость.

– Я кое-что пишу.

Он быстро накрывает страницы файлами с вырезками. Она понимает, что ей надо это прочитать, что бы там ни было. На торчащем уголке она видит фразу: «…из глубины извлекают еще одну бочку. Водолазы затаскивают ее…» Сверху буква е не пропечатывается и становится похожа на с.

Уайлдер внимательно на нее смотрит. А потом медленно достает страницы из файла и протягивает ей.

Сердце у Скай колотится быстрее – неужели все настолько просто?

– Вот из-за чего мне снятся сны, – застенчиво объясняет он. – Ты была ко мне добра и заслуживаешь узнать, почему тебя будят каждую ночь. Если, конечно, хочешь.

«Человек с кинжалом из Свистящей бухты», – написано на титульном листе. – «Уайлдер Харроу».

Она читает, будто изголодавшись по буквам, но пытается сохранить нейтральное выражение лица. Когда она заканчивает, над кухнями уже поднимается рассвет, и начинает пахнуть сосисками.

– Спасибо, – говорит она Уайлдеру. Быстро целует его в щеку. Он вздрагивает, но не сопротивляется.

Скай возвращается в свою комнату, берет ручку и заполняет ее своими любимыми ярко-зелеными чернилами. Она быстро все записывает, чтобы не забыть ни одной детали из того, что он написал. Но не только это, а еще что он сказал, что она сказала в ответ, форму его согнутого под одеялом колена, особенный блеск пота у него над бровью, каплю которого он перенес в действительность из мира снов. Как он совсем не отреагировал на ее физическое присутствие в комнате – даже когда она присела к нему на кровать, чтобы дотронуться. Вдохнуть его.

Жить по соседству с ним очень приятно: стены такие тонкие, что иногда напоминают кожу с раскрытыми порами. Но это работает в обе стороны. Уайлдер тоже может ее слышать, а ей нужно личное пространство. Иногда по ночам ей нужна компания.

Скай привыкла плакать в других местах, разражаясь лишь короткими рыданиями. Это тоже ее личное дело. Иногда она сидит в кофейне с плеером и в наушниках. И в какой-то момент начинает плакать. Обычно люди не задают вопросов, если у нее в наушниках что-то играет. Но они совсем не понимают, что ей вовсе не грустно – это перегорело уже много лет назад. Она просто умерла. А сейчас они видят только обугленный черный ящик с ее яростью.

Но когда Скай оказывается в своей комнате, она снова становится живой, как дрожащая на ветру мачта, – каждая струна ее души реагирует на его движения, на его кашель, на его сны. Столь внимательное наблюдение за человеком очень похоже на любовь. Неудивительно, что она их путает. Так она себе говорит.

Это просто перенос. Уайлдер – проводник. Не с ним рядом она хочет быть. Это просто одичавшая, осиротевшая, бродячая любовь в поисках дома – места, где она нужна. Она все это понимает.

Но Скай все равно ловит себя на том, что думает о его руках. И тихо смеется посреди контрольной над тем, что он не может заставить себя произнести слово «хер».

– Я думала о тебе, – говорит Скай на следующий день. Она слышит, как у него перехватывает дух. Они лежат у нее на кровати, уперев ноги в стену. Она водрузила пятки на постер «Перл Джем»[18], прямо на лицо Эдди Веддера.

– И о чем же ты думала?

– Тебе стоит попробовать поспать где-нибудь еще. Если тебе часто снятся кошмары в одной комнате, они вроде как впитываются в стены. Попробуй другие места.

– Например?

– Тут неподалеку есть сарай со старыми декорациями. Можешь попробовать что-то в этом духе.

Скай встречает его следующим утром, когда он возвращается в свою комнату с ошалелыми потемневшими глазами.

– Меня сегодня в этом сарае чуть охранник не поймал, – говорит Уайлдер почти с обидой, и она не может удержаться от смеха.

– Не думала, что ты правда это сделаешь.

– Ой, да ну тебя. Я пошел в душ.

– Но сработало?

– Мне ничего не снилось, – неохотно признается он.

Значит, она может заставить его сделать это еще раз.

У нее много материала, но Скай убеждает себя, что нужно больше. Она сама не знает, что конкретно подразумевается под «больше», пока на большом телевизоре в комнате отдыха не показывают выпуск новостей. Элтон Пеллетье отказывается принимать посетителей. Он не встретился с матерью Кристи Бэрам. И тут Скай понимает, что вот оно: идеальное завершение ее книги.

– Я думаю, он повидается с тобой, – говорит она Уайлдеру. Он даже бледнее обычного; явно борется с панической атакой.

Скай внимательно за ним следит и видит, что он уже на грани.

И тогда она решает не давить. По крайней мере пока. И не так. Она даже не заметила, в какой именно момент он из него превратился в Уайлдера.

* * *

Скай лениво потягивается на кровати в своей комнате и прислушивается к копошению Уайлдера за стенкой. Раздевается, готовится идти в засиженный пауками душ. Ее кровать все еще хранит теплые очертания последнего гостя. Она подцепила его вчера вечером в баре, сразу перед закрытием. Именем даже не поинтересовалась. Скай на автомате стянула у него из брюк кредитную карту, хотя знает, что не сможет ею