Девчонка с изнанки. Апрель (СИ) - Наталия Шитова

— Так, парень один из группы Шокера… Ты имена и адрес запишешь или запомнишь?

Йан достал из кармана и сунул мне свой телефон.

— Запиши в заметки, пожалуйста. У меня плохо с транслитерацией русских имён.

Я записала и отдала Йану обратно. Он внимательно вчитался.

— Кузнецовы… Рита Яновна и Валентина Андреевна… Выборг, санаторий «Ивы»… Отлично. Спасибо, Кира. Огромное спасибо. Я сотру это, когда выучу, как следует.

— Ты сказал, есть новости.

— Послезавтра начинается заседание трибунала.

— Так быстро?! Почему?

— А что им тянуть? Доказывать ничего не надо, признание есть. Послезавтра зачитают обвинение, на следующий день — приговор.

— Йан, что же делать?

— Завтра мне опять понадобится твоя помощь.

— А что будет завтра?

— Завтра я буду хоронить отца. Небольшая служба в церкви и прощание родственников. Я уже подал прошение Альдону, чтобы Андрею разрешили присутствовать на похоронах. Альдон пообещал сделать всё возможное.

— И если его всё-таки отпустят?..

— Ну, отпустят — это громко сказано. Разрешат присутствовать. Будет в наручниках под конвоем.

— Что это тебе даст?

Йан посмотрел на практически докуренную сигарету и отбросил её щелчком.

— Есть одна задумка.

— И что мне надо будет сделать?

— Я тебе завтра скажу. Будет зависеть от того, что именно разрешат Андрею. Просто будь с утра на связи.

Он выглядел очень сосредоточенным и опечаленным.

— Йан, ты ещё что-то мне не говоришь?

— Всё, что тебе нужно знать, я сказал.

— Йан, я теперь знаю больше. Брат рассказал.

Командор пожал плечами:

— Это хорошо. Я бы эту задачу не осилил. А Нарратор мастер.

— Теперь я поняла, что ради меня ты был готов на многое. Спасибо.

Йан молча отмахнулся.

— Но ты не помог бы моему брату бежать, если бы он не оказался вдруг Нарратором.

— С чего ты это взяла? — равнодушно поинтересовался Йан.

— А что, это не так?

— Послушай себя, Кира. И заткнись. И не обвиняй меня в том, что я чего-то не сделал бы, если бы всё было по-другому. Я не знаю, что бы я сделал. И ты не знаешь. Зачем этот допрос? Всё-таки не уверена, что я мерзавец? Определись уже.

— Извини.

— Ну и всё тогда, — командор отмахнулся. — До завтра. Жди моего звонка.

Я пошла прочь, оглянулась прежде, чем зайти за угол. Йан закуривал следующую сигарету.

Йан начал активную деятельность с утра пораньше, когда я только спустилась к завтраку. Его звонок мне лично не очень-то помешал: кусок в горло всё равно не лез. А ребята напряглись.

— Кира, готова? — бодро спросил командор. — Начинаем работать. Группа Шокера с тобой?

— Да. Все тут.

— Старшего дай мне.

Я опустила трубку.

— Это командор, — сказала я в ответ на вопросительные взгляды. — Кто сейчас за Шокера? Опять ты, Лали?

— Нет, — буркнула она.

— Я, — отозвался Елисей.

— Ну, тогда поговори.

Лис взял телефон и долго слушал командора.

— Есть, всё понял, — сказал он, наконец, и отдал мне телефон обратно. — Он тебе ещё перезвонит попозже.

— Что сказал? — обеспокоенно спросил Скай, не переставая поглощать очередной гигантский бутерброд.

Лис помолчал, сосредоточенно сжав губы, потом чётко скомандовал:

— Лали, собирай вещи. Ровно на одну сумку. Сейчас за тобой придёт машина.

— Зачем? — равнодушным эхом отозвалась она.

— Не знаю. Приказ командора.

— Лис, мне это не нравится! — встрял Скай.

— Небо, — Лис сурово посмотрел на друга. — Тебя не спрашивают. Лали, давай, вперёд!

— Я не поеду никуда, — вздохнула она.

— Ты подавала рапорт об отставке? О переводе в другую группу?

— Нет.

— Тогда встала и пошла, — тихо, но зловеще проговорил Лис. — Времени — мало. Через десять минут — с вещами к машине.

Скай бросил свою еду на тарелку, торопливо вытер руки о рубашку и встал.

— Пойдём, Лали, пожалуйста! — взмолился он. — Пойдём, я тебе помогу.

Лали медленно поднялась и пошла к лестнице. Скай побрёл следом.

— Ну, беда совсем, — вздохнула я. — Намучаешься ты с ней, пока Шокера нет.

— Пока? — усмехнулся Лис. — А ты оптимистка… Мне, кстати, самому не нравится идея отпустить её неизвестно куда. Но я обязан подчиниться.

— Я тебя уверяю, что там, куда её отправит командор, она будет в полном порядке.

Лали спустилась вниз даже раньше отведённых суровым Лисом десяти минут. Скай нёс за ней небольшую спортивную сумку.

Снова позвонил командор.

— Кира, сейчас к вам машина придёт, с пожилой женщиной за рулём. Отправляйте свою девушку. За парнями я приеду сам попозже.

Лали нам всё-таки удалось отправить. Она была совсем заторможенной, даже на заботу верного Ская никак не реагировала. И мне, в который уже раз, стало её жалко. Несчастная девчонка. Тоже видимо, хотела любви и сказки, сильного, умного и красивого мужчину рядом. Получила, как по заказу. Только почему-то и её герой, и все остальные всё время норовят сломать её о колено, и никого не интересует, чего же ей самой хочется. Конечно, она не просто барышня, а боевая единица спецподразделения, должна подчиняться приказам. Но всё равно, как-то это всё выглядело совсем бесчеловечно.

Командор появился почти сразу же после того, как отбыла машина с Лали. Он был не в мундире, а в строгом траурном костюме. Поздоровавшись со всеми, он подсел к столу.

— Послушайте меня, ребята, — начал он. — Всё происходит стремительно, и ни у меня, ни у вас нет времени на размышления. Поэтому думайте быстро. Завтра начинается трибунал. Если дело пойдёт по стандартному сценарию, через неделю вашего командира уже не будет в живых. Мы с Кирой, — командор встретился со мной взглядом. — Мы с Кирой будем за него бороться единственным способом, который сейчас возможен. Если бы у нас было время привлечь людей со стороны, мы бы это сделали. Но на поиски наёмников, которые сделают грязную работу и не зададут вопросов, нужно больше, чем пара часов. Поэтому я пришёл к вам.

Скай и Лис слушали его с каменными лицами.

— Вашу девочку я отправил в очень надёжное место. Если всё сложится удачно, то вы все снова будете вместе. Если вдруг у нас ничего не получится, о девочке и её ребёнке позаботятся хорошие люди. Я ваш командор, но сегодня я не могу вам приказать. Я прошу у вас помощи. Вы можете отказаться. Вы под расследованием, но, я уверен, на вас ничего нет, поэтому в итоге вас расформируют, передадут другим командирам, и вы сможете продолжить службу. Если вы сегодня пойдёте за мной, о прошлой жизни придётся забыть навсегда. Вы станете нелегалами, объектами для охоты, людьми, которым придётся вечно скрываться. Я пойму любое ваше решение, но оно должно быть очень быстрым. У вас пять минут.