Рыбы России (Том второй) - Леонид Сабанеев

При уженьи плотвы на слабом течении как хлебная или зерновая прикормка, тем более привада употребляются сравнительно редко. Здесь гораздо более действительной оказывается прикормка в виде мотыля, муравьиных яиц, которые далеко относятся течением и издали привлекают рыбу, между тем как слабое течение, на котором держится плотва, не в состоянии увлечь с собою зерна. Крупные пшеничные отруби, а также драное конопляное семя по своей легкости очень хороши, но летом привлекают слишком много мелочи. Лучшею прикормкою служит все-таки мотыль: весной — в мае, после нереста плотвы, а затем уже в августе или в начале сентября. В конце мая и в июне, когда мотыля достать трудно (в это время он вылетает из воды), можно с успехом ловить плотву, прикармливая ее муравьиными яйцами. Обе эти прикормки хороши тем, что не очень скоро насыщают рыбу. То и другое сминается обыкновенно вместе с глиною, но на очень слабом течении лучше прямо подбрасывать мотыля вместе с сором позади лодки; вообще для прикормки лучше употреблять не чистого мотыля, а вместе с водорослями и сором, в котором он застревает и который отчасти заменяет глину. Чем слабее течение, тем рыхлее и мельче должны быть глиняные шары с прикормкой. Весьма полезно бывает в том случае, когда сильно надоедает мелочь, теребящая насадку, прикормку бросать в виде глиняных пирожков с начинкой из мотыля. При обыкновенном же способе замешивания прикормки вместе с глиной мелочь перехватывает исподволь размываемого водой мотыля, тогда как в пирогах начинка выходит сразу и значительная часть мотыля относится далеко от лодки и привлекает нижестоящую крупную рыбу, которая затем поднимается кверху и отганивает мелочь. По всей вероятности, летом лучшею прикормкой была бы «зелень», т. е. нитчатая водоросли, лакомая летняя пища не одной плотвы, но трудно придумать, как это-устроить. В песчаных местах для привлечения плотвы иногда полезно бывает взрывание дна граблями или веслом; образующаяся муть приманивает плотву, хотя и не в такой степени, как пескаря.

Насадки для уженья плотвы довольно разнообразны. Они могут быть разделены на растительные и животные, причем первые употребляются большею частью в стоячей воде, а вторые в проточной. Главные растительные насадки — хлеб, пареные хлебные зерна, зелень; главные животные — мотыль, опарыш, муравьиные яйца, навозные черви; кроме того, изредка насадкою служат мухи, мелкие кузнечики, шиворотка, т. е личинка мошкары, раковые клешни и шейки.

В реках на хлеб плотва берет хуже, чем в прудах, а иногда и вовсе не берет, если не будет им же прикормлена. Черный хлеб, более пахучий и вязкий, чем белый, предпочтительнее, но и его не лишнее сминать с различными снадобьями: плотва — самая прихотливая и привередливая рыба, и если ей не понравится насадка, то она выплевывает до подсечки. Вообще всякий, в особенности белый, более безвкусный, хлеб лучше сминать с медом и прованским маслом, в которое прибавлено несколько капель анисового или мятного масла. Белый хлеб пригоднее домашнего приготовления, особенно сдобный и несколько сыроватый; можно его также заменять тестом; De la Blanchcre советует тесто немного просаливать, а затем слегка поджарить с салом на сковороде. За неимением сдабривающих веществ можно ограничиться тем, что мякиш сминают с слизью или даже с содержимым желудка пойманных рыб. Кроме того, так как несомненно, что вся рыба питает особую слабость к красному цвету, весьма полезно мякиш белого хлеба окрашивать суриком, сминая его с мелким порошком этой краски. Хлебные шарики могут быть величиною от просяного зерна до горошины; наиболее пригодные номера крючков — от 10 до 12.

Хлебные зерна как насадка уступают мякишу. Лучше всех, по моему мнению, перловая крупа (из ячменя), которая, если не очень разварена, держится на крючке довольно крепко, даже на не очень сильном течении. За ней следует пареная пшеница, рожь и, наконец, овес. На пареный горох плотву ловить не стоит, но я ловил ее довольно удачно на вареный зеленый горошек, который, вероятно, может быть заменен молодым сахарным горохом, а также и пареной чечевицей; последняя как насадка и прикормка, кажется, никем не употребляется, но во многих отношениях она должна быть лучше пареного гороха, да и лучше его держится на крючке. Ловят обыкновенно на одно отборное и хорошо распаренное (нетреснувшее) зерно. Вероятно, плотва будет хорошо брать и на разваренное настоящее саго (тапиоку), о котором я уже упоминал при описании уженья лещей.

Зелень, как сказано, составляет превосходнейшую летнюю насадку для плотвы. К сожалению, последняя берет на зелень только там, где к ней привыкла. Эта нитчатая водоросль, называемая также по своему виду, напоминающему пради тончайшего шелка ярко-зеленого цвета, шелковником; по мнению барона Черкасова, научное название ее Confervula rivularis. Может быть, можно ловить и на эту водоросль, но москворецкие рыболовы удят на один из видов рода Cladophora. Зелень растет как на слабом, так и на умеренном течении, преимущественно на сваях и на камнях, притом на небольшой глубине; на очень слабом течении она всегда бывает очень груба и темна, почему рыба берет ее не особенно охотно. Лучшая, т. е. самая яркая, тонкая и вместе крепкая, зелень растет обыкновенно на сваях под мостами. Растет зелень чрезвычайно быстро и, если не было паводков, которые обыкновенно смывают или обрывают ее, достигает длины аршина и более. Предпочитается, впрочем, молодая короткая зелень — около четверти длины. Водоросль эта имеет очень сильный запах, напоминающий огуречный, и довольно приятный вкус, так что нет никакого сомнения в том, что она сама по себе составляет лакомый корм для рыбы, которая вовсе не ищет в ней мелких организмов, t которых на течении бывает очень немного. Что плотва летом питается главным образом зеленью или, за неимением ее, какой-либо другою нежною водорослью, можно убедиться, исследовав содержимое ее желудка, в чем, впрочем, не представляется особенной надобности. Легкая горечь мяса плотвы обязана своим происхождением именно водорослям. К сожалению, зелень летом довольно скоро портится и даже если хранилась ночью в погребе, на другой день становится квёлою, разлезается и рвется на крючке. То же самое происходит и от хранения ее в банке с водой, хотя она в ней и разрастается. Во время ловли держат ее в мокрой тряпке.

Способ насаживания зелени довольно оригинален. Берут прядку не короче 2, даже 3 вершков, от спички до гусиного пера толщиною, сгибают ее пополам и делают посредине двойную петлю в виде буквы в; в отверстия эти продевают крючок, петлю затягивают и концы обрезывают или откусывают так, чтобы длина прядки была не менее вершка. Жало крючка находится, таким образом, совсем наружу, но это не имеет никакого или почти никакого влияния на клев плотвы, по крайней мере, что объясняется тем, что эта легчайшая насадка плывет впереди крючка, всегда очень маленького (б. ч. 11–12 №), и по причине своей длины заглатывается прежде, чем рыба почувствует крючок. Где течения нет и зелень висит, там рыба очень плохо берет или не берет вовсе.

Ловля плотвы, а попутно подъязка, голавля, ельца на зелень — один из самых добычливых способов уженья. Ни на какую насадку, с привадами, прикормами, притравами, нельзя поймать летом столько плотвы, сколько на зелень без всякой прикормки, если только, конечно, выбрано удачно время и место, а плотвы много. На Москве-реке есть специалисты этой ловли, которые в самое глухое время для уженья таскают на зелень плотву пудами, поддевая изредка и порядочных язей и голавлей. Плотва питает какую-то не совсем объяснимую слабость к зелени. Я даже думаю, не имеет ли она для нее летом значения не только вкусной пищи, но и лекарственного — слабительного — средства. Рыба летом, особенно в жары, вообще болеет и страдает от паразитов.

Уженье на зелень начинается обыкновенно в конце мая или позднее, как только установится теплая погода и на сваях покажется зелень в вершок, а продолжается до середины августа или первых чисел сентября. Первое время, впрочем, плотва берет плохо; рыболовы говорят, что настоящий клев ее начинается, только когда она «въестся» в зелень, т. е. привыкнет к ней, а это бывает после первого порядочного паводка, который смоет часть зелени и таким образом приучит к ней рыбу. Хотя плотва и держится в тех местах, где растет зелень, но здесь она берет плохо, вероятно потому, что сыта. Всего практичнее ловить ниже таких мест, на умеренной глубине, так как здесь рыба привыкла сторожить мимо плывущий корм и бросаться на оборванные течением прядки зелени. Надо только «потрафить» глубину, т. е. узнать, где стоит плотва — в полводы или низко. Это можно узнать эмпирически, начав ловлю с дна и постепенно спуская поплавок, но само собою понятно, что если ловят ниже мелкого места, где растет зелень, то ловить со дна не следует, потому что зелень имеет почти одинаковый удельный вес с водою. Вообще на зелень со дна ловят редко. Очень успешно можно ловить на зелень под плотинами, в ямах, где воду крутит, а также ниже перекатов, где течение сразу ослабевает. На очень быстрых местах и на самых перекатах плотву на зелень не ловят, и здесь скорее можно поймать голавля, ельца или подъязка. Замечено, что при каждом не только усилении, но и ослаблении течения (в шлюзованных реках) плотва начинает брать на зелень жаднее. В тихих местах можно ловить, не перебрасывая, даже на 2 или 3 удочки. Перед тем как забросить удочку, зелень на крючке немного отхлестывают, чтобы она распушилась и имела бы еще более соблазнительный вид. О характере поклевки плотвы на эту насадку будет говориться далее.