«ЕСЛИ» №6(208) 2010 - Сергей Цветков

По логике Клио

Майкл Флинн. Эйфельхайм. АCT — Астрель

Семь веков назад в лесу рядом с деревней Оберхохвальд оказался потерпевший крушение корабль инопланетян. Сюжетный почин, на первый взгляд, обещает рассказать криптоисторию палеоконтактов в духе фантазий Эриха фон Дэникена, разве что перенесенных в реалии европейского Средневековья. Однако писатель обводит легковерного читателя вокруг пальца: речь в романе пойдет о квантовой физике, теологии и истории науки. Помимо прочего, разумеется.

Майкл Флинн известен у нас НФ-триллером «В стране слепых», интрига которого основана на клиологии — выдуманной автором науки, предполагающей математическое моделирование исторических процессов. Ведь всегда найдутся желающие стать конструкторами истории.

Упоминание этого романа двадцатилетней давности, вероятно, не имело бы большого смысла, не принадлежи Флинн к той разновидности авторов, что из разрозненных кирпичиков своих произведений выстраивают единое мироздание.

В новом романе, завоевавшем Премию им. Роберта Хайнлайна и номинированном на «Хьюго», Флинн вновь обращается к клиологии. На сей раз устремления ученых направлены не в будущее, а в прошлое.

Забегая вперед, заметим, что события, описанные в «Эйфельхайме», откроют человечеству дорогу к иным мирам, где развернутся действия других произведений Флинна (например, переведенного у нас рассказа «Ладони Бога»).

Историк Том Шверин обнаруживает странную аномалию, связанную с «моделью пространственного размещения поселений». Исторические изыскания, предпринятые им в области топонимики и картографии, указывают на загадку Эйфельхайма — поселения, заброшенного во время чумы и овеянного столь дурной славой, что место, вопреки законам клиологии, так и осталось незаселенным.

В это же время подруга Шверина, физик Шерон Нэги, ведет работу над новой космологической теорией и — вот она, роль личности и случайности в истории — невольно способствует разгадке принципов передвижения инопланетного корабля. Впрочем, заковыристые научные построения, покушающиеся на постоянство скорости света, в романе отступают на второй план. Основная сюжетная линия отнесена в Средние века. Описание встречи представителей инопланетной цивилизации с землянами во времена феодализма для фантастики не ново. Вспомним хотя бы классический «Крестовый поход в небеса» Пола Андерсона. Впрочем, среди вдохновителей Флинна мы найдем и Умберто Эко.

Важное место в книге занимает практическая демонстрация становления натурфилософии из схоластики, или масштабнее — становление научной картины мира, идущей на смену господствующему религиозному мировоззрению. Упоминаются в романе и видные мыслители, сделавшие первые шаги на пути перехода от познания Бога к познанию мира, созданного Богом, — Жан Буридан и Уильям Оккам. Последний даже становится эпизодическим персонажем повествования.

Идея гармоничного сосуществования двух парадигм мировосприятия, научной и религиозной, является одной из центральных в книге. Неслучайно уровень науки и технологий пришельцев, за исключением принципов межзвездного перемещения, вполне соответствует положению дел на Земле начала XXI века, что лишний раз подчеркивает: объектами авторского сравнения и изучения являются не инопланетная и земная цивилизации, а именно научный и религиозный взгляды на мир.

Автор отходит от традиционных для НФ взглядов на религию и заключает: если для понимания инопланетян необходима наука, то для их принятия — вера и моральные принципы добродетели и терпимости. Важное место в романе занимают и диспуты по вопросам религии негуманоидных, абсолютно чуждых нам пришельцев-крэнков.

«Эйфельхайм» замечателен не только НФ-находками, но и литературным уровнем текста. Персонажи — живые, как оживает в книге и дотошно описанный средневековый мир. Появление «демонов»-инопланетян — не разрушает этот мир: в средневековом сознании есть место диковинным существам вроде псоглавцев, а в религиозном — всегда есть место чуду.

Книга снабжена авторским послесловием, разъясняющим научные предпосылки книги. Кстати, попытки переложить исторические события в математические модели, обладающие и прогностическими возможностями, действительно предпринимаются учеными.

Следует поблагодарить издательство за серию «Сны разума», в которой представлена современная англоязычная НФ. Однако такая культуртрегерская задача требует и высокого качества исполнения. Иначе переводческие вольности, огрехи и ошибки могут низвести тексты до уровня маловразумительных подделок под НФ.

Всем джедаям по мечам

Ну наконец-то хоть кто-то из «картографов ада» честно признался: фантасты пренебрегают научностью! В самом деле, почему в научной фантастике столь популярны «антинаучные» идеи: перемещения во времени, со сверхсветовой скоростью, телепортация? Таким вопросом задался Евгений Гаркушев. И как на него ответить без помощи «из зала»? А читатель у нас отзывчивый — всегда придет на помощь.

Итак, ответы распределились следующим образом:

Может быть, где-то в далекой-далекой галактике, в других измерениях будут работать другие законы физики? — 17 %;

Все из-за денег. Читателю интересны книги о сверхсветовых звездолетах, вот его вкусу и потакают — 8 %;

На самом деле объективной реальности не существует. А вне ее возможно все — 26 %;

Ничего авторы не знают, ибо в университетах не обучались — 5 %;

Тонкая диверсия. Злые силы внушают людям тягу к невозможному — чтобы разочарование от встречи с реальностью было сильнее — 3 %;

Современная наука ошибается. Фантасты прозревают правду и пишут о ней — 41 %.

Всего в голосовании приняли участие 482 респондента.

Людям свойственно верить в чудо. Факт этот установлен давно и непреложно. И не только верить, но чуда жаждать и ждать.

Надо заметить, вера эта регулярно подпитывается совершенно чудесными событиями и обстоятельствами. И за примерами далеко ходить не нужно, достаточно проанализировать свою жизнь. Ну, и не только свою, если на то пошло.

Каких-то сто пятьдесят лет назад люди не летали на аппаратах тяжелее воздуха, железная дорога была диковинкой, автомобилей как таковых не имелось, медицина была развита крайне слабо — но были сказки…

Прошло сто лет, и сказки воплотились в реальность. Появились и ковры-самолеты, причем гораздо более продвинутые, чем мечталось. И блюдечки с яблочком — тоже «апгрейднутые». И сапоги-скороходы, и многое другое…

Да что далеко ходить за примерами! Еще двадцать лет назад никто не мог представить, что все, абсолютно все будут ходить с портативными телефонами! А тридцать лет назад немыслимо было вообразить, что почти в каждом доме будет стоять персональный компьютер, а то и не один. Помилуйте, да зачем он был нужен? Считать? Не надо нам столько считать…

Сейчас мы мечтаем о полетах к звездам и о том, как здорово будет перемещаться по планете на антигравитационных катерах. Некоторые задумываются о путешествиях в прошлое и будущее. Ну, и кто из нас не хотел войти в дверь в лето, пусть даже не из 2010–го в 2020 год, а из Москвы в Хургаду? Ну ведь не хочется лететь! Даже на электричке ехать не хочется, нужно перемещаться мгновенно!

Наверное, именно потому, что нам нужно больше, чем мы имеем, на вопрос о популярности в научной фантастике «антинаучных» идей со значительным отрывом лидирует ответ: «Современная наука ошибается. Фантасты прозревают правду и пишут о ней». Ведь приятно было бы сознавать тот факт, что нынешние представления о некоторых процессах были ошибочными, верно? Нам, конечно, не нужен «1984», и «451 градус по Фаренгейту», лучше оставить их в области несбывшихся прогнозов, но ведь и чудесного нарисовано немало. А действительность превосходит самые смелые ожидания…

Впрочем, с действительностью тоже нужно разбираться и разбираться. И многие это поняли. Для меня стало откровением то, что вариант, который и я мог бы выбрать, поддерживает практически четверть опрошенных: «На самом деле объективной реальности не существует. А вне ее возможно все». Понятно, что у журнала «Если» своеобразная аудитория. И все же тем, кто получил материалистическое образование, такой ответ слышать диковато. Но вот — появилось поколение, которое осознанно выбирает солипсизм и живет по его законам.

Третий по популярности ответ на самом деле является завуалированным последним (по порядковому номеру). Только сформулирован он более дипломатично и «наукоемко»: «Может быть, где-то в далекой-далекой галактике, в других измерениях будут работать другие законы физики?» Ну, должны же быть какие-то иные измерения, и уж там-то человечество развернется — когда проникнет. А о вере в чудо и возможности человеческого разума и технологий мы говорили. Хочется! Хочется, чтобы все было прекрасно и мощно.