Кодекс Императора - Виктор Молотов

довольно много техники, которую требовалось списать еще лет десять назад.

Нюансов было много, даже слишком. Помимо истекшего срока службы техники, которая может развалиться на поле боя, хватает проблем и среди руководства. Люди — самый ценный ресурс, но его нужно использовать с умом. К сожалению, не все генералы умеют правильно направлять подчиненных, следить за выполнением приказов, награждать стоящих и наказывать нарушающих устав, отчего страдает и дисциплина. Но это не та проблема, которая волнует меня прямо сейчас.

— Схожу погулять, проветрю голову, — сказал я Алине.

— А я пока уберу на вашем столе, — улыбнулась она.

Я кивнул, разрешая, а сам вышел в коридор. На этот раз ко мне не пытались приставить охрану, видимо, все людские ресурсы были заняты на расследовании произошедшего. Надеюсь, от этого будет толк.

Или же меня не заметили специально — не удивлюсь. Часто приказы моей охране напрочь противоречат здравому смыслу. Интересно, вспомнят ли они об этом, когда я их всех уволю? Сомневаюсь.

Спокойно вышел с территории дворца, вокруг которого находилась облагороженная территория и парки, к одному из которых я и направился.

Размышляя о том, кто мог организовать нападение, шел по аллее между высоких деревьев и клумб с цветами. Здесь была атмосфера умиротворения, но даже ей не удавалось заглушить злость, бурлящую у меня в груди.

Сейчас было утро, рабочий день, и в парке было немноголюдно. Только много мам с колясками и детей.

Но из этой всей картины выбивался юноша аристократического вида, сидящий на лавочке. В дрожащих руках он держал папку, парень сильно переживал.

— Вы не против, если я присяду? Мне кажется, вам нужен собеседник, — обратился я, когда подошел к нему.

— Я не настолько старый, Ваше Высочество, — с грустью ответил он.

Но печаль это была отнюдь не из-за официального обращения, что-то сильно беспокоило этого человека.

— Тебе, извиняюсь, — улыбнулся я.

— Конечно, присаживайтесь, — чуть подвинулся парень.

— Расскажи, что случилось.

— Ничего, Ваше Высочество.

— Я же вижу, что это не так.

Парень тяжело выдохнул и понял, что так просто я от него не отстану.

— Ваше Высочество! Меня зовут Александр Булатов. У меня через час назначена встреча с Евгением Дмитриевичем Егоровым.

Теперь все встало на свои места, и я ответил:

— Вступать в гвардию не лучшее решение. Тебя отправят в Якутию или к рязанскому графу, только там сейчас идет набор из-за постоянных войн с соседями.

— Я справлюсь.

— Должна быть серьезная причина, чтобы принять подобное решение и пойти защищать не свой родной город, рискуя своей жизнью. Спокойной службы ты не увидишь.

— Выбора нет, Ваше Высочество. Мне придется справиться.

— О чем ты?

— Мой род почти угас, но враги остались, — признался Александр. — Понимаете, у меня есть невеста… Мы сбежали в столицу, но и здесь для нас небезопасно. А чтобы получить хорошую защиту, мне нужно устроиться на службу. Понимаю, что туда так просто не берут, но я из военного рода, хоть он и просуществовал всего семьдесят лет.

Склонность к военному делу у парня явно была — дар позволял мне это увидеть.

Немного подумав, я достал из кармана листок для заметок и ручку. Написал на нём номер телефона и протянул Александру.

— Возьми. Позвонишь, скажешь, что от меня и хочешь на службу. Этот человек тебя возьмет.

Александр улыбнулся и ответил:

— Спасибо, Ваше Высочество! Вы не представляете, как это важно для меня.

— Представляю, — улыбнулся и кивнул. — Не медли.

Когда я уходил, Александр уже набирал номер.

После этой встречи осталось теплое чувство, с которым я и вернулся во дворец. Там рассказал о произошедшем Алине.

— Вы дали ему номер Соломонова? — спросила она.

— Да, давно мы к нему людей не отправляли.

— Всего лишь полтора месяца, — пожала она плечами.

— Это много, учитывая, сколько людей проходит через Соломонова.

— Вам есть, о чем с ним поговорить.

— Хорошо, что напомнила. Завтра навестим его.

Вернувшись в свой кабинет, я вновь открыл планшет. За время моего отсутствия разведка нашла одну из диверсионных групп, организовавших недавний налет на город. Еще одну они нашли ночью, но я тогда спал и не успел среагировать.

Разведка последние дни работает активно, даже аномально активно, я бы сказал. Видимо, Разумовский хорошо надавил на Лаврентьева, с которым после смерти моего отца работает в связке. С одной стороны, хорошо, что дело движется, а с другой…

— Господин, я вам еще нужна? — поинтересовалась служанка, прервав мои мысли.

— В любой момент можем выдвинуться, ожидай.

Она кивнула и исчезла в тени.

…с другой стороны, не очень хорошо, что разведка начала нормально работать только после того, как погибло сорок три человека ни в чем неповинных людей. Разведка, вместе с прочими службами, коих во дворце насчитывалось много, должны были это предотвратить!

А с графом Соломоновым и правда давно следует встретиться, жаль, что на это постоянно не хватает времени. Этот человек один из немногих аристократов, кто остался верен своей чести и империи, несмотря на все происходящее вокруг.

Сейчас ему около сорока пяти, но за все время нашего знакомства Борис Соломонов ничуть не изменился внешне, а причина тому сильный и уникальный дар, а точнее — целых два дара.

Когда я впервые оказался в его поместье, мне было всего восемь лет. И сразу, зайдя в дом, я почувствовал в его доме что-то странное.

Не передать моего удивления, когда в тот день граф Соломонов вышел ко мне и опустился на колени, признав во мне Первого императора. Я взглянул в его глаза и осознал, что нет смысла ни о чем спрашивать — этот человек прекрасно знает, что говорит.

Активировав одну из граней своего дара императора, я взглянул на графа еще раз и понял — на этом чудеса не закончились. За ним на коленях стояло шесть белых силуэтов, хотя призракам вовсе не обязательно было опускаться — клятва служения империи действует только на одну жизнь.

Тогда-то в голове и сложилась картинка. Завидев меня, призраки увидели нечто большее, чем может обычный человек. Они меня узнали и велели графу делать что угодно, но меня не отпускать. Вот он и решил принести клятву истинному правителю.

С тех пор нас многое связывает.

Внезапно на планшет пришло уведомление. Разведка нашла третью диверсионную группу.

Надо было быстро действовать, пока уведомление не увидели другие, поэтому я спешно удалил все данные, которые были в этом донесении. Допуска для совершения подобных действий у меня не было, но это не проблемно сделать с учётной записи моего покойного отца. И этого никто не обнаружит. Разведка отправляет донесения