Остров любви - Кэт Мартин

– Да, прямо сейчас.

Ей стало не по себе от первого за несколько недель проявления решительности мужа.

– Нет, – набравшись храбрости, ответила Глори.

У Николаса радостно забилось сердце.

– Или ты сделаешь это сама, или я порву его на тебе.

Глори вызывающе смотрела на мужа, пока он не сделал шаг в ее направлении.

– Хорошо! – взвизгнула она, отскакивая. – Пришли Бетси.

– У тебя есть муж, отлично умеющий раздевать прекрасных дам.

Молодая женщина украдкой посматривала на дверь, как бы прикидывая, успеет ли выскочить.

– Даже и не думай! – Николас был начеку.

Глори взглянула на него, подняла голову, расправила плечи и повернулась спиной к мужу.

– Ты ведешь себя, как безумный. Что за бес в тебя вселился?

Николас был счастлив. Если бы Брэд был рядом, он расцеловал бы его. Расстегнув пуговицы, капитан отошел в сторону.

– А теперь я пришлю Бетси. Как только ты оденешься, мы выезжаем.

– Выезжаем?

– Да, на прогулку. Думаю, тебе давно пора взглянуть на новый дом. – Не дожидаясь ответа, Блэкуэлл вышел из комнаты.

Через несколько минут женщина буквально преобразилась: серебристо-голубое платье, подчеркивающее голубизну глаз, тщательно расчесанные и завитые кольцами волосы, ниспадающие на плечи, робкий румянец на щеках.

– Если ты решил вытащить меня из дома, чтобы я простудилась и умерла, действуй. – Глори взяла мужа под руку, и они вышли из гостиной.

Укутав Глори в меховую накидку, он протянул ей муфту.

– Мы не будем гулять долго.

За ночь намело довольно много снега, и Николас решил прокатиться с женой в нарядных черных санях с золотой отделкой, запряженных парой лошадей.

– Надеюсь, ты спустишься к ужину сегодня вечером, – сказал капитан и взял поводья.

Глори подняла голову.

– Отныне ты будешь завтракать, обедать и ужинать в столовой.

Сани плавно заскользили по чистому снегу.

– Мне следовало бы знать, что ты не удержишься от соблазна и начнешь запугивать меня снова.

– Я предпочел бы называть неуважением к тебе свое прежнее поведение. Я и так достаточно пренебрегал тобой.

– А что будет, если я откажусь спускаться вниз?

– Тогда я поднимусь к тебе, переброшу через плечо и отнесу вниз. Слуги найдут это зрелище весьма интересным.

– Ты не сделаешь этого.

– Не сделаю?

Глори понимала, что муж поступит так, как сказал, но это не вызвало отрицательных эмоций.

Сани быстро неслись вперед. Хозяин поместья показывал жене границы владений, и она поймала себя на мысли, что окружающий пейзаж, посеребренный инеем зимы, прекрасен. Деревья и кусты покрылись белыми снежными шапками, через дорогу то и дело перебегали маленькие белые зайцы. Глори приходила в восторг от каждой такой встречи, и Николас радовался, что сумел поднять жене настроение.

С наслаждением вдыхая свежий морозный воздух, она чувствовала легкий запах дыма из какой-то трубы, расположенной неподалеку. После долгих дней заточения в душной комнате все радовало молодую женщину, а северная зима невероятно бодрила.

Подумав о неожиданной перемене в поведении мужа, Глори поняла, что таким, самоуверенным и властным, он нравился ей гораздо больше. Но все же… в нем появилось что-то еще.

Легкий перезвон бубенцов и мягкое поскрипывание саней по снегу действовали успокаивающе. Откинувшись на спинку сиденья, супруги наслаждались прогулкой. Глори не заметила, как Николас, натянув поводья, остановился перед домом. Передав лошадей на попечение конюха, он выскочил из саней и обошел их кругом, чтобы помочь спуститься жене. Когда капитан склонился над Глори, по ее телу пробежала легкая дрожь.

– Не так уж и плохо для первого раза, – с удовлетворением произнес Блэкуэлл. Придерживая жену за талию, он помог ей спуститься. Сердце Глори учащенно забилось.

Вечером они ужинали в компании Брэда, и молодая женщина сочла его прекрасным собеседником. Брат Николаса оказался красивым и умным.

– Как прогулялись? – спросил Брэд, глядя на хозяйку мягкими карими глазами.

– Было немного холодно, но я получила огромное удовольствие.

– Чудесно. Зимний морозный воздух всегда поднимает настроение.

– Полностью с тобой согласен, – заметил Николас.

От Глори не укрылось, что муж весь вечер не сводил с нее глаз, но его взгляд утратил прежнее выражение обеспокоенности и напряженности. В нем то и дело вспыхивали искорки прежней страсти, пробуждая в Глори похожие чувства.

На следующий день они отправились в Тэрритаун. К тому времени молодая женщина немного окрепла и чувствовала себя гораздо лучше. Николас полностью обновил ее гардероб: платья, халаты, туфли, ночные рубашки, накидки, вечерние туалеты. Оставаясь верным своему слову, он не позволил жене выбрать ни одного платья невыразительного или блеклого цвета.

Вернувшись в Блэкуэлл Холл, Глори почувствовала легкую усталость и все же пребывала в таком приподнятом настроении, какого не знала за долгие недели скорби. Вечером, закончив ужин, капитан проводил жену до ее комнаты. Коридор, освещаемый дрожащими язычками пламени свечей в медных канделябрах, был безлюден.

– Спасибо за одежду, я уверена, она будет выглядеть чудесно.

– Платья действительно красивы, но сами по себе ничего не значат.

Чувствуя, что краска заливает лицо, Глори посмотрела на мужа: он перестал быть озабоченным и снова выглядел молодым и жизнерадостным. Молодая женщина против воли потянулась к щеке мужа, но потом резко отдернула руку.

– Я пойду.

– Подожди. – Глори не успела возразить, когда Николас привлек ее к себе и поцеловал.

На следующее утро Николас разбудил жену рано, настояв на прогулке. В желто-коричневых брюках, черных высоких сапогах, белоснежной рубашке и кашемировой визитке, он ожидал у лестницы. Глори нарядилась в темно-синюю бархатную амазонку, за срочный пошив которой Блэкуэлл выложил кругленькую сумму. Ей было приятно снова красиво одеваться.

– У меня для тебя сюрприз, – сказал жене капитан и, взяв за руку, вывел из комнаты. В прихожей, держа теплое шерстяное пальто, стоял Айзек, старый черный слуга, прибывший в поместье из города. Этот старик с теплой улыбкой и неунывающим характером, некогда бывший рабом, напоминал Глори о доме.

Закутавшись в мягкую накидку, супруги под руку прошли через фойе и оказались на улице. Ярко светило солнце, поднимаясь из-за голых деревьев. Свежий морозный воздух приятно бодрил. В конюшнях тихо ржали лошади. Как давно не приходилось ей ездить верхом, испытывать возбуждение от быстрой езды!

На выгоне, расположенном рядом с массивным каменным зданием конюшен, по снегу весело скакала великолепная гнедая кобыла с маленьким жеребенком.