Бегущая за ветром - Елена Драгарадова

время притормозило здесь свой бег. Все такое медленное, тягучее, мирное. Вдали на изумрудном еще лугу протяжно мычат разноцветные пятнистые коровы. Откуда-то доносится глухой собачий лай и звонкое кукареканье голосистого петуха, слышатся далекие голоса людей. Все это перемешалось с шелестом ветра, шорохом слегка пожелтевшей листвы, трелями птиц и стрекотом насекомых. Как мне стало хорошо и спокойно!

Дорога вплотную подобралась к деревне и разбежалась широкими тропами между одноэтажными небольшими домами. Но я решила держаться основного направления, которое неминуемо и привело меня к центру поселения. А там расположилась небольшая круглая площадь. С одной стороны стояло высокое здание белого цвета явно культового назначения. Напротив него через площадь уверенно обосновалось двухэтажное сооружение из темного дерева с невысоким крыльцом и широко открытой дверью. И явно питейного назначения. В центре площади светлым деревянным грибочком с острой шляпкой стоял большой колодец с высоким журавлем, вокруг которого сгрудились местные жительницы в длинных разноцветных платьях и серых фартуках и скрытыми под платками волосами. Вокруг них стояли ведра с водой, а селянки что-то оживленно обсуждали, размахивая руками.

Я постаралась прошмыгнуть серой мышкой мимо, держа курс на трактир с огромной вывеской. Веселые, пляшущие краковяк, буквы, с трудом, но складывались в простые слова: «Веселый кабанчик». Поправила картуз на голове и вошла внутрь. Питейное заведение встретило меня полусумраком и запахом готовящейся еды из кухни. Вокруг было вполне прилично. Я ожидала худшего. На деревянных столах с лавками по бокам, лежали скатерки, без прикрас, но чистые. Стекла на небольших окошках были прозрачными, полы вымытыми. Паутины на темных бревенчатых стенах не наблюдалось. За широкой стойкой прямо по центру напротив входной двери стоял очень колоритный жизнерадостный тип, вот, прям сразу, напомнивший мне веселого молочника с популярной картинки. Только без колпака на голове. Его быстрые глазки, как буравчики метнулись ко мне и замерли в видимом безразличии.

Я благоразумно села возле окошка. Ну, что ж, надо подкрепиться, а то меня здесь не поймут и плохо примут. Лучше что-нибудь заказать поесть, а потом уже задавать вопросы. Не успела приземлиться, как ко мне подбежала девочка лет пятнадцати. Кругленькая и щекастенькая в папу, сомневаться в степени их родства не приходилось. Нос, щеки и глаза — буравчики вполне определенно указывали на это.

— Чего желаете, нер? — бойко обратилась ко мне.

Я постаралась добавить хрипотцы в голосе и, покашляв, произнесла:

— Блюдо дня и травяной чай.

Девчонка кивнула и шустро исчезла. Через несколько минут принесла большое блюдо с картофелем, запеченным в сметане и свиные отбивные, политые каким-то красным соусом. Рядом опустилась большая кружка ароматного чая. Все быстро поставила и, махнув пепельной толстой косой с узкой красной ленточкой, умчалась обратно на кухню. Впрочем, все оказалось не просто съедобным, но и вкусным. До Малушиной стряпни далеко, конечно, но если сравнивать с нашими столовыми, то последние проигрывают однозначно. А то и некоторые кафе. Съела почти все с помощью Фира, отправив ему в сумку отбивную, и в ожидании оплаты заказа, стала смотреть в окошко, за которым активно разворачивалось интересное действие.

Сначала донеслись пронзительные звуки горна. Потом с шумом и треском через сонную площадь промчалась, не останавливаясь, черная почтовая карета с серебряным гербом на двери, с пассажирами на крыше и охранником сзади, который ловко кинул большой тюк, стоящему сбоку человеку. Мирно гребущие землю курицы с громким заполошным кудахтаньем разбежались в разные стороны. А корпулентные женские фигуры дружно развернулись в сторону проезжавшей кареты и так же дружно провожали ее взглядами до тех пор, пока она окончательно не исчезла за поворотом, так и не притормозив. После они молча наклонились, взяли свои ведра и пошли в разные стороны по своим домам, наверное. Понятно, они ждали это важное событие деревенского масштаба. Куры потихоньку стянулись на прежнее место и деловито продолжили грести почву в поисках своих деликатесов.

Я так увлеклась этим необычным для меня зрелищем, что и не заметила нависшего сверху веселого молочника. Он протягивал мне бумажку с цифрами. Я тут же расплатилась, добавив сверху медяшку. Взгляд трактирщика сразу потеплел и стал уже заинтересованным.

— Эээ, милейший, не подскажете ли мне когда ожидать снова почтовой кареты на следующей неделе? До столицы?

— А чаво же не подсказать? Подскажу. Токма лучше бы вам юный нер ехать на дилижансе.

— А почему? — я хорошо помнила дядюшкины наставления покупать билет только на почтовую карету, так как она относится к государственной почтовой службе. А дилижансы имеют частных владельцев.

— Та как вы, юный нер, запрыгните на карету? Она здеся не тормозит, токма пошту скидывают, и дальше несутся.

О-о-о! Какое неожиданное осложнение имеется.

— И что же делать? — задала животрепещущий вопрос.

— А, ничо. В шестой день дилижанс будет проезжать. У меня и местечко одно внутрях имеется. Внутрях лучша, чем сверху-то. Всяго четыре седока. За десять сребней уступлю. Тама и охранника целых два будет. Доберетесь спокойно. И трясучки меньше, штуки какие-та придумали. Рясора какая-та, — замолчал и выжидательно уставился на меня. Понятно, что цена за доставку завышена. Но то, что уже имеются рессоры, меня порадовало. Трясти точно меньше будет. Да и выбора, как оказалось, не имеется.

— Хорошо. Билет на место дадите?

— А как жа? Это завсегда обязательно, — угодливо склонился довольный трактирщик, протягивая руку, в которую я и вложила запрошенную сумму: — В полдень проезжать будет. Стоит один час. Обедают все здеся. Билетик возьмите, юный нер! — трактирщик ловко вытянул из кармана фартука клочок желтой бумаги.

— Тогда спасибо за обед. Я пойду.

— Не опаздывайте, юный нер, — донеслось вслед.

Что ж, одно дело сделано. Осталось еще одно и не менее важное. Вперед, за козой и цыплятами для моих домовых!

Глава 38 ФЕКЛА И ИЖЕ С НЕЙ

Я вышла из «Веселого кабанчика» в приподнятом настроении. Все складывается пока хорошо. Следуя рекомендациям Никифора, повернула в переулок направо сразу за трактиром. Восьмой дом с левой стороны должен быть домом хозяйки у которой обитают наши будущие производители яиц и молока. Солнышко начало слегка припекать. Мне стало уже жарко в картузе и куртке. Но деваться некуда, надо терпеть. Хорошо, что мой ветерок прилетел на помощь и обдувал меня прохладой со всех сторон.

— Малыш, как ты там? — спросила у своего питомца.

Он что-то тявкнул невразумительное в ответ. Ему в его шубке, да еще и в сумке, явно хуже, чем мне. И не спросишь же. Дядюшка говорил, что в какой-то счастливый момент у меня с мажиком должна установиться ментальная связь. Не могу себе