Огонь для дракона - Светлана Ледовская

Сердце пылало. Каждая секунда отнимала у меня волю. Мысли путались и приходилось заставлять себя втягивать в легкие воздух.

- Ничего не бойся, - уверенно сказал Вини, не оборачиваясь и легко касаясь моей ладони.

Неожиданно его пальцы показались теплыми. Хотя должны быть ледяными, по сравнению с моей пылающей кожей. Я отдернула руку, боясь опалить его, опасаясь навредить. Только не его.

«Он путь к твоей свободе», - шептал внутренний голос.

Даже мое подсознание от предстоящего исполнения договора не было в восторге. Я отступила от дракона, замечая подпалины в форме моего лица на ткани его пиджака.

Тик-так. Время сбора чужих долгов подходило к концу. И мое время заканчивалось. Боль тонкими иглами пронзала каждую мышцу, крошила кости, рвала нервы. Снаружи этого не было заметно. Но внутри я кричала. Кажется, это замечал только Авенго. Даже стоя ко мне спиной, он ощущал мои страдания. Но принимал их за ужас перед отцом.

- Она уже была обещана мне, - прорычал мой предок. – Или слово старосты ничего не стоит? Даже в этом священном месте?

- Я не отказываюсь, - зло процедил отец Вини

- Ты уже однажды обошел закон, - многозначительно произнес джинн, на что собеседник буквально вспыхнул.

– Но надо учитывать обстоятельства. Ни один закон не позволит забрать истинную у наследника рода…

- Так лиши его наследия, - хохотнул отец. – Сделай это на час, как когда-то поступали императоры прошлого. Когда им надо было принять решение, порочащее честь, они на час отдавали власть тому, кто вершил их волю. Или мне напомнить, как однажды ты уже…

- Хватит! Бери! – рявкнул мужичина. – На час и только в этом месте ты властитель Ариссии. Ты-  староста Ларист на час.

В этот момент с беседки спал полог, отделяющий нас от окружающего мира. Но все присутствующие смотрели на нас в гробовом молчании. Несмотря на тишину со стороны беседки, все следили за происходящим с голодным любопытством.

Мой отец ощерился иглоподобными зубами и отчетливо произнес, чеканя каждое слово:

- Авенго не мой наследник. И я не отнимаю у наследника повелителя истинную. Закон не будет нарушен. Моя дочь пойдет со мной. Я так решил.

Мне не нужно было большего. С силой, которой никто не ждал от хрупкой девушки, я оттолкнула со своего пути Вини. Мое тело окутало голубое пламя, а за спиной раскинулись огромные крылья. Джинн едва заметно дрогнул, но не отступил и выпустил собственное пламя. Черно-красное, оно взревело, вздымаясь высоко в небо и затмевая солнце. Клочья дыма за спиной фигуры повторяли контур крыльев.

- Смирись, - прорычал он.

- Ты не имеешь права на меня, - заявила я звонко.

- Закон не нарушен. Кто же осудит меня? – издевательски протянул он. – Ты?

- Я всего лишь возьму то, что должна, - ответила почти шепотом и одним прыжком сократила расстояние между нами. – Бери, если сможешь…

Преодолев царапающее кожу пламя, я обхватила отца за плечи и прижала к себе. Моя сущность вырвалась наружу, переплетаясь с его мрачным огнем, пачкаясь сажей перепончатых крыльев джинна. Свет проник в его нутро, тонким лезвием вспорол первозданную тьму, разорвал цепи мыслей. Я увидела его страхи, сомнения, надежды и окунулась в его душу. Там было много крови, черной ненависти и жажды. Ничего чистого… кроме одного мелькнувшего воспоминания. В нем я увидела лицо своей матери. Она смотрела на мужчину со светлой тоской, словно заранее прощая ему все и прощаясь с ним навсегда.

Мужчина пытался вытолкнуть мою сущность прочь, вытеснить меня из собственной души, да только поздно. Я поняла, что он скрывал, чего никому не хотел выдавать…

Много лет назад

Гран прибыл с дипломатической миссией в Ариссию. Мир произвел на него тягостное впечатление. С самого детства он слышал, что это место слишком яркое, чрезмерно терпеливое к слабостям своих подданных и насквозь фальшивое. И на деле это оказалось правдой. Тут он встретил множество натянутых улыбок, тщеславия и обещаний, которые никто не собирался исполнять.

В его родном мире все было иначе. Слова были на вес жизнь. Вопросы чести решались мечом, а оскорбления смывались кровью. Женщины знали свое место, а мужчины не кичились властью и деньгами. Все решали законы и сила.

Однако, он понимал, что для его клана важно перемирие. Именно потому Гран отвечал вежливостью на лесть и кивками на улыбки. За спиной слышались язвительные шепотки, но в лицо джинну никто не решался сказать ничего оскорбительного.

«Огненный дикарь», - доносилось до него из каждого темного угла. И Гран усмехался, считая это похвалой. Уж лучше быть сильным дикарем, чем изнеженным лицемером из местных.

В Арисии была только одна раса, которую стоило уважать – драконы. С ними нужно было проявлять осторожность.

С одной из драконов он увидел Ее. Хрупкая, красивая девушка с изумительными глазами и странной энергией, от которого в темной душе джинна проснулся охотник. Высшая казалась иной и Гран нисколько не удивился, узнав, что она из рода проклятых – лунная. Оказалось, что в этом мире она была признана виновной в преступлении против граждан. В его владениях такую девушку ждала бы казнь, а тут изнеженные аристократы решили оставить ей жизнь. Вероятно, рассчитывали потом использовать в политических играх с закрытым миром. Именно потому вспомнили один из мертвых законов и отдали в спутницы своему сородичу.

Дракон казался счастлив этой судьбе, и сама лунная льнула к нему, время от времени даря загадочную улыбку.

Гран вдруг отчаянно захотел, чтобы проклятая смотрела так на него. Он даже задохнулся от силы этой жажды. Мало кто знает, что джиннов не зря считали исполнителями желаний. Вот только они исполняли то, чего хотели сами. Любой глупец, испытавший удачу, получал иллюзию и боль. Что не отбивало желающих попросить о чем-то джинна.

Отвести в сторону влюбленного высшего, которому досталась лакомая пара, получилось легко. Как и убедить его, что у него есть желание. Даже не так - потребность. Конечно, тот хотел оказаться со своей супругой вдали от Ариссии и быть свободным. Дракон признался, что мечтает о свободе своей возлюбленной. Таланта у джинна хватило, чтобы вытянуть нужные слова и сплести из них обещание.

Затем Гран словно случайно обронил при разговоре со старостой, что знает о готовящемся побеге. И намекнул, что это может разрушить соглашение о мире. Также обмолвился, что в его владениях неугодных принято угощать весенним ядом нагов. А потом сжигать.

Джинн умел быть убедительным. Сильная кровь темного